Чтение онлайн

Лили покачала головой, прервав его.

— Я не хочу причинять боль другой женщине, занимаясь этим с тобой прямо сейчас, да еще в ее доме.

Веракко нахмурился.

— Это никому не вредит. Зири не видит меня или это место так, как ты думаешь, — он пытался объяснить, что измена, которую Лили могла предположить, что Зирита может почувствовать, была далека от истины.

Лили некоторое время смотрела на его рот, и ему показалось, что она передумает, но затем ее брови нахмурились, и она схватила его рубашку, которую он бросил.

— Я слышу, что ты говоришь, но у меня за плечами целая жизнь на Земле, которая заставляет меня чувствовать себя паршиво из-за этого. Пока я сама не увижу, что люди, состоящие в браке, не имеют таких связей, как те, к которым я привыкла, я не думаю, что мы должны это делать.

Он зарычал и выхватил рубашку из ее рук.

— Веракко, — сказала она с предупреждением в голосе. Она потянулась к рубашке и промахнулась, при этом ее груди потрясающе задергались.

Нахмурившись, с уже ноющими от неутоленного вожделения яйцами, он поправил рубашку и поднял ее над ее головой. Он бросил на нее разочарованный взгляд и увидел, как на ее губах заиграла легкая улыбка, прежде чем она подняла руки и позволила ему стянуть рубашку. За последнюю неделю он совершил несколько преступлений, но прикрывать ее великолепное тело казалось ему самым ужасным из всех.

Он не спеша потянул ткань вниз по ее бедрам, не забыв при этом коснуться костяшками пальцев ее сосков. Она вздрогнула от этого прикосновения. Надев рубашку, он уперся сжатыми кулаками по обе стороны от ее бедер и сосредоточился на ее лице, позволяя ей увидеть его разочарование. Честно говоря, он полагал, что заслужил это.

Они некоторое время молчали, просто глядя друг на друга, напряженность между ними росла.

— Могу ли я спать здесь с тобой, Лили?

Она закусила внутреннюю часть щеки, раздумывая.

Она не дала прямого ответа, сказав:

— Я все еще злюсь на тебя.

Это тихое заявление задело его сильнее, чем следовало бы. В ее словах не было яда, но он услышал за ними правду. Злость была неподходящей эмоцией. Это была маска, скрывающая обиду. Та обида, которая стала бы для него самым большим препятствием. То, что он делал с ней на прошлой неделе, возможно, и не задело ее настолько глубоко, чтобы она порвала с ним, но это посеяло сомнения. Сомнения, на преодоление которых у него ушло бы больше времени.

Для его мивасси, со всеми ее значительными знаниями и непоколебимой уверенностью, сомнение в ее собственных чувствах к нему повредило бы его делу больше, чем что-либо другое

— Я проведу остаток своей жизни, стараясь загладить свою вину перед тобой, если ты позволишь мне.

Лили сглотнула, но ничего не сказала.

— Начну прямо сейчас, помогу тебе заснуть, — он выпрямился, наблюдая, как она закопалась под кучу одеял. Сняв штаны, он скользнул в кровать рядом с ней и запрограммировал свет на уменьшение яркости.

Отчаянно надеясь, что она позволит, он притянул ее к своей груди и убрал волосы с ее шеи. Если она и возражала против его члена, который теперь снова полностью встал и прижимался к ее ягодицам, то ничего не сказала. Он провел носом по изгибу ее шеи и почувствовал, как по ее рукам побежали мурашки.

— Готова?

Она ненадолго задумалась, и каждая миллисекунда сомнения была ударом в живот. Однажды они снова достигнут состояния, в котором она будет доверять ему безоговорочно, и до тех пор ему придется быть терпеливым. В конце концов, она кивнула.

— Спи крепко, мивасси, и пусть тебя посещают только приятные сны. Ты проснешься утром обновленной и готовой к долгому дню, — он продолжал мягко шептать слова, даже когда ее тело стало расслабленным, а дыхание уравновесилось.

Веракко остался на месте, поглаживая ее волосы и проводя костяшками пальцев по ее щеке, одновременно думая о способах ускорить ее решение.

Вдруг ему пришла в голову идея, которую он изначально отбросил, но она продолжала всплывать в его мыслях, требуя внимания. Возможно, сначала она не понравится Лили, но в конечном итоге это может быть именно то, что ей нужно, чтобы понять его. Она могла не верить ему насчет того, в каком положении он находится, но был один человек, которому она поверила бы.

Веракко осторожно высвободил руку из-под головы Лили и взял свой коммуникатор из кухни.

Через несколько мгновений связь была установлена.

— Мне нужна помощь, — сказал он.

Глава 21

Лили прижала к груди пушистую подушку и сжала её. Холодная ткань приятно охлаждала её горячую грудь, и она уютно устроилась в своих одеялах. Одеяла?

Её глаза широко раскрылись, и она резко села. Когда её зрение прояснилось, она увидела большую кровать, блестящий каменный пол и серо-голубые стены. Вспомнив, где она находится, она снова упала на матрас и сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить своё сердцебиение.

Запах цветов висел в воздухе. Лили оглядела комнату, но не нашла явного источника. Может, он поступает через вентиляцию?

Убедившись, что Веракко действительно ушёл, она подняла его рубашку, которую всё ещё носила, к носу и глубоко вдохнула. Запах был менее насыщенным, чем обычно, но любимый ею дымный аромат всё ещё оставался на ткани и успокаивал её.

Она лежала, глядя на потолок, с рубашкой на носу, и мысленно осмотрела своё тело. Боль в спине ушла, не осталось никаких остатков боли или неприятных ощущений из леса. В целом, она чувствовала себя невероятно комфортно и расслабленно. Успокоение Веракко было лучше, чем её ночная шумовая машина. Или чем снотворное, уж тем более.

Если я останусь с ним, могу заставить его делать это каждую ночь.

Лили думала обо всём, что произошло вчера. О всех их ссорах, его откровениях и неожиданном моменте близости, который они разделили прошлой ночью. Хотя они спорили большую часть дня, горячие разговоры между ней и Веракко почти казались правильными. Будто они работали над чем-то, а не разрушали друг друга словами. Недовольство закралось в её мысли. Почему прощение и продолжение отношений казалось таким естественным? Чувствую ли я ту связь, о которой он говорил?

Между ней и Веракко есть что-то особенное, она это понимала. Могло ли этого быть достаточно, чтобы быть счастливыми всегда? Если бы это были привычные ей отношения на Земле, она бы, наверное, решила заставить его страдать ещё несколько дней, прежде чем простить, но тут ставки были выше. Если она снова откроется перед ним, обратного пути не будет. Никаких расставаний, никаких разводов. Не если она хоть немного заботится о его благополучии.

Готова ли я к этому?