Кирилл Померанцев. Спор с безжалостной судьбой: Собрание стихотворений
«А всё-таки в страдании есть смысл…»
А всё-таки в страдании есть смысл —Таинственный и страшный смысл страданья:Как птица, бьётся каторжная мысльО ледяные стены мирозданья.Но так же медленно встаёт луна,И в царственном покое нерушимыНад чёрною Голгофой тишинаИ звёзды над сожжённой Хирошимой.
«А за окошком — только кошки…»
А за окошком — только кошки,Великосветские коты,Метафизические крошкиОнтологической мечты,В которой нет ни категорий,Ни силлогизмов, ни апорий, —Всего, чем логика сильна(И с нею — Александр Зиновьев)…Но мне понятнее раздолье:Рубить сплеча и пить до дна!Вот почему наш мир трёхмерный,С трёхмерной слякотью мозгов,Мне кажется — пусть равномерной,Но всё же участью скотов.
«А может быть, совсем не надо…»
А может быть, совсем не надоНадеяться, чего-то ждатьИ клёны векового садаС блаженной грустью вспоминать…Быть может, лучшая награда —Уметь забыть, уметь устать,Уметь, как в детстве, крепко спать.
«Автобусов зелёные зарницы…»
Автобусов зелёные зарницы,Автомобилей ангельские сны…Весна, весна! С весною не ужиться:Пришла весна, и нет уже весны.Влюбляются налево и направо,Целуются в метро и не в метро.И теплится Божественная СлаваНад стойкою соседнего бистро.Май 1953
«Близится вечер. Ну что ж, господа…»
Близится вечер. Ну что ж, господа,Жизнь прожита, изжит анавсегда.Много, конечно, случиться б могло,Да не случилось, не произошло.Много надежд улетело в трубу.Глупо теперь всё валить на судьбу.Но, может быть, среди радужной тьмыПлохо историю поняли мы?Не разглядели?.. Ну что ж, господа,Бог даст и так скоротаем года.Наши, теперь уж немногие л ета,В апофеозе вечернего света.
«Бог увидал: “всё хорошо зело”…»
Бог увидал: «всё хорошо зело»,И в день седьмой почил от дел творенья.Но человек, его предназначенье —Пройти сквозь мрак, отчаянье и зло.Так день восьмой был создан во Вселенной,День грешников и блудных сыновей,Дабы по истечении всех днейБыла на небе радость совершенней.
«Богоносец… Скорей чертоносец…»
Богоносец… Скорей чертоносец,Зачумлённый блатною судьбой,Гениальный беспутный уродец.И вот всё же — ты мой, а я — твой.Погляди, что ты сделал с собоюВ мёртвой хватке за будущий рай,Как покрыл планетарной тюрьмоюСвой бескрайний, безвыходный край.О, святая, немая бездонностьПустоты эмигрантского дня…Я в тебе, ты — моя обречённость,Ты во мне — обречённость твоя.3 ноября 1985
«Бывает так: встаёт тревога…»
Бывает так: встаёт тревога,Глухая спутница тоски,И щупальцами осьминогаСожмёт холодные виски.И в тишине почти могильной,Подушку нервно теребя,Неисправимый и бессильный,Ты встретишь самого себяЛицом к лицу: все помышленья,Каким ты стал, каким мог быть.Чтоб с сладострастьем отвращеньяВсё оправдать и всё простить.
«Был некий день. Я шёл, блуждая…»
Был некий день. Я шёл, блуждаяДорогой вечной мерзлоты,Уже почти не различаяГраницы яви и мечты.Всё было непривычно ново,Стирался прошлого итог…И вдруг: «В начале было Слово,И это Слово было Бог!»1988
«Быть может, на другой планете…»
Быть может, на другой планетеИль на какой-нибудь звездеНе знают маленькие детиО холоде и о нужде.И если правда во вселеннойЕсть мир, не ведающий зла,Где радость каждая нетленнаИ каждая душа светла,То это вечное сиянье —О, знаете ли вы о том? —Земным обязано страданьямСвоим небесным торжеством.1958
«Быть может, на другой планете…» (Вариант)
Быть может, на другой планетеИль на какой-нибудь звездеНе знают маленькие детиО голоде и о нужде,И херувимы величавоСредь мирового торжестваПоют немеркнущую славуНеведомого Божества.И это дивное сиянье, —О, знаете ли вы о том? —Земным обязано страданьямСвоим небесным торжеством.
«В вечерний предзакатный час…»
В вечерний предзакатный час,Когда и сердце бьётся глуше,Мне страшно вглядываться в вас,О, человеческие души.Мне кажется, что вся земля,Со всей набухшею в ней кровью,Со всей тоской, со всею болью,Застенком стиснула меня.Как будто пробили курантыОтбой надеждам и мечтам,И я, как тень, плетусь за ДантомПо девяти его кругам.
