Чтение онлайн

Ян тяжело вздохнул. Кровь долго не останавливалась, и сейчас он чувствовал себя совершенно обессиленным. В голове пульсировала боль. Отвар из семисила и горькой полыни помог бы вытянуть грязь и остановить воспаление. Да только готовить его было негде. Пришлось ограничиться примочкой из растертых листьев подорожника и тысячелистника.

Через лес их вел Грай. Ян спешил, нужно было попасть в ближайшее селение как можно раньше. До того, как Дуваф оклемается. Разорванная магическая связь ударила по учителю сильнее, но и восстановиться у него получится быстрее. В том, что тот будет искать Иссу, Ян не сомневался, как и в том, что не простит случившегося бывшему ученику.

Ян знал, что поступил правильно, но… Вчера он нарушил закон. Если Дуваф пойдет в Ковен — а именно так он и поступит, когда не сможет найти их сам — те объявят на них с Иссой охоту. Поймают, потому что нет в этом мире места, где могли бы они тогда спрятаться, и будут судить. А там кто знает, как сложится…

Он запнулся и едва не упал. Выругался, сквозь стиснутые зубы. От ослепительной вспышки боли потемнело в глазах. Яна мутило: от сотрясения и истощения.

Исса оглянулась, смерила холодным взглядом и поджала обветренные губы. Всю дорогу она избегала смотреть на него. Злилась. И беспокоилась. Мысль о том, что она волнуется за него, придавала сил.

— Со мной все в порядке, — соврал Ян.

Девушка нахмурилась, но спорить не стала. Да и как тут поспоришь, когда и слова вымолвить нельзя.

Сумерки в лесу начинались рано, да и привал был необходим им обоим. Ян обвел двойным кругом место стоянки и вычертил символы защиты и сокрытия от чужих глаз — два снаружи и три изнутри. Они не требовали вкладывания колдовских сил. Может и не самая сильная защита, но большего он сделать сейчас не мог.

Исса собрала хворост для костра, а Ян высек искру… с десятого щелчка пальцев, почти отчаявшись. Потом в тягучей тишине они нажарили грибов, что собирала в дороге Исса. Вышло по два прутика на каждого. Заели кислыми ягодами, немного утолив жажду.

— Замерзла?

Исса сидела, обхватив себя рукам и подогнув ноги. Самому Яну холодно не было, жар поднялся уже давно, но девушке об этом знать не обязательно.

Она посмотрел на него из-под насупленных бровей и покачала головой. Огненные блики отражались в ее глазах, и чудилось, что в них горит пламя. Тени и лунный свет вплелись в ее растрепавшиеся волосы, посеребрили гладкую кожу. Она была похожа на лесного духа — прекрасная и недоступная. Чужая.

Она всегда была чужой, а он присвоил ее. Против ее воли. Эгоистичный мальчишка.

Ян мотнул головой, рассеивая иллюзию. Поднялся, стянул мокрую от пота рубашку и расстелил у костра, рядом с сапогами.

— Я сяду рядом. Спина к спине. Так будет теплее.

На лице Иссы мелькнул испуг, ее тело напряглось, сжались в кулачки ладони. Ян сглотнул, отступил:

— Ты боишься меня, Исса?

Повела плечом. Вздохнула. Поджала губы.

Посмотрела в глаза и отрицательно качнула головой.

Спина у Яна была горячая, и сердце билось часто-часто. Сердце Иссы вторило ему, все быстрее разгоняя кровь по жилам. В животе делалось тепло и щекотно, от мысли, что на нем нет рубашки. Это было почти на грани допустимого… как и ее мысли, что раз за разом возвращались к его обнаженному торсу.

Почему мать не выбрала его в мужья для нее, если уж ей так нужно было видеть рядом с дочерью колдуна?! Ян молод и красив, а деньги… деньги — это наживное.

Отбрасываемые костром танцевали тени: водили хоровод, распались и кружились, скакали, принимая самые немыслимые обличья, чтобы потом снова взяться за руки… Страшно не было. Рядом с Яном спокойно и уютно. И пусть завтра она снова будет на него злиться — совсем немножечко — она никому его не отдаст. Если он сам не захочет уйти…

Если бы Исса могла говорить, то спросила бы, почему он ей помогает? Уж точно не из-за того обещания. Она была ему благодарна, как никому раньше. И это пугало… Как и то, что ей приятно прикосновение его обнаженной кожи и терпкий запах.

Она откинула голову Яну на плечо. Над головой качались деревья, открывая взгляду созвездия, разбросанные по небу. Иногда родимое пятно на бедре напоминало ей одно из них — нужно только немного изменить расположение некоторых пятнышек….

— В детстве я думал, что духи разговаривают со мной, — голос Яна звучал глухо. — Нет не так… мне это приснилось однажды, во время долгой болезни.

Исса тронула кончиками пальцев его руку, потому что иначе ответить, показать, что слушает не могла.

— В месте, где я родился отмеченных другой стороной… не любили. Родители продали меня за несколько медяков, потому что боялись, — ломкий, как первый лед, смешок. — Я не хочу, чтобы ты боялась меня, Исса. Ты ведь не боялась раньше, правда? Помнишь, назвала свое имя…

Духи всемогущие, да он же он просто горит! Исса резко отстранилась, прижала ладонь к влажному, горячему лбу. Жар!

Ян отнял ее руку, улыбнулся бледными губами:

— Утром со мной все будет хорошо. Еще ни один колдун не умер от простой царапины, — его глаза нездорово блестели. — Во всяком случае, в книгах о таком не писали…

Ворон дернул головой, сверкнул бурым в свете костра глазом и издал протяжный каркающий звук. Ян нахмурился, поднялся, всматриваясь в темноту. Треск сучьев вдалеке, тихий, едва уловимый. Исса бы и внимания не обратила — в лесу постоянно что-то скрипело и шуршало. Она дернула Яна за штанину,

— Мы тут не одни, — на нее он не смотрел. — Не бойся, это… человек. Просто человек. Иначе тени вели бы себя иначе. Грай видел проселочную дорогу дальше, должно быть припозднившийся путник. Он не увидит нас, я начертил знаки…

Тени бросили свой танец и тоже прислушивались. Принюхивались. Щебетали тоненькими голосами.

К ужасу Иссы, Ян сорвал повязку с головы, провел по ране рукой, сдирая корочку и, присев у границы круга, вытянул окровавленную ладонь. Произнес несколько слов, значение которых от девушки ускользнуло. Тени кинулись на кровь, как птицы на хлебные крошки, и Ян резко сжал пальцы.

Исса открыла рот от изумления, увидев, как в кулаке у него извивается пойманной рыбой темное бесформенное существо.

— Бесенок, мелкий еще, — с бесстрастным видом рассматривал его Ян. А потом добавил несколько слов на незнакомом Иссе языке, обращаюсь уже к тому. Тот замер, оставив тщетные попытки вырваться. Обмяк.

Ян разжал руку, и Исса инстинктивно отступила. Бесенок скатился с ладони, успев мазнуть длинным языком по багровому, и скрылся в темноте.

— Я велел ему посмотреть кто там и если ли у него конь, — Ян пожал плечами, и, правильно оценив ее взгляд, добавил. — Пешком мы далеко не уйдем.