Чтение онлайн

— А если её взять, — проговорил я, прокручивая в голове одну идею, — сильно мешать будет?

— А то! — ни капли не усомнился Ерофей. — Под ногами постоянно будет путаться. Да ещё, не дай бог, помрёт. Зачем на душу грех брать?

— А если будет на базе находиться всё время?

— Ну… вообще, воля ваша, конечно. На базе-то вряд ли сильно мешаться будет… Боюсь только, вынюхивать начнёт всё подряд, нос везде и всюду совать, вопросами замучает, а потом какую-нибудь кляузу в своём журнальчике начеркает. Вот скажите, вам оно зачем?

А так ли плохо, что про нас в журнале напишут, подумал я. Заявлю о себе на всю страну. Пускай все знают, что Прозоровские снова в деле и снова защищают людей от адских отродий.

Конечно, крутились в голове подозрения, что, возможно, девица пытается что-то вынюхать, что её специально сюда послали мои недруги. Только вот что мне скрывать? Мой облезлый полупустой особняк, в котором живёт два десятка мужиков? Дела мы ведём легально, ничем криминальным дружина не промышляет. С точки зрения закона мы — чисты. Да и вообще, если мои могущественные недруги хотят что-то вынюхать, разумнее использовать полицию или пятое отделение, у которых возможностей всяко больше, чем у какой-то девчонки.

— А может, не кляузу? — сказал я. — Может, что-то хорошее напишет? Люди узнают про нашу работу. Разве плохо?

— Воля ваша, ваша светлость, — вздохнул Ерофей. — Здесь вы хозяин.

Я достал телефон и набрал номер с визитки:

— Алло, госпожа Тараканова? Прозоровский звонит. Я подумал, что всё-таки могу вам предоставить некоторый материал, но имейте в виду, с моей стороны есть ряд условий. Если ваше предложение в силе, возвращайтесь, обсудим.

— Правда? Ой, это было бы здорово! — раздался в трубке звонкий девичий голос. — Я сейчас вернусь.

Скрывшийся пять минут назад за деревьями внедорожник вновь показался на грунтовке. Он затормозил рядом с поваленной оградой, девушка вылезла из него и направилась к моему СимАЗу.

— Как я и сказал, могу предоставить материал, но вначале давайте обсудим условия, — я вылез из микроавтобуса.

— Да, конечно, — кивнула Тараканова. — Я слушаю.

— Во-первых, вы будете находиться на базе под присмотром моего человека. Создадите помехи работе или полезете куда-либо без разрешения, и я немедленно выдворю вас за границы поместья. Это, надеюсь, ясно?

— Поняла.

— Второе — материал, который вы напишете, я должен прочитать и одобрить, прежде чем он попадёт в печать.

— Разумеется, я отправлю вам статью. Что-то ещё?

— На этом всё. Если согласны, можете проследовать к базе моей дружины. Встретимся там.

— Скажите… а в ОПКТЭ можно будет пойти?

— Я не могу вам запретить пойти куда-то за пределы моего поместья. Но сопровождать вас моя дружина не будет. У нас нет времени заниматься… не слишком важными делами.

— Я поняла. Но ведь на базе я не увижу ни демонов, ни вашей работы.

— Не совсем так. Мы ведём круглосуточное наблюдение за границей, поэтому кое-что вы всё-таки увидите.

— Тогда я согласна. Спасибо вам большое, господин Прозоровский. Кстати, а как вас по имени-отчеству?

— Святослав Павлович.

— Анжелика Леонидовна. Очень приятно, — девушка вся засветилась от радости.

Недалеко отсюда в ограде имелись ворота, тоже проволочные. Ерофей открыл их, Анжелика вернулась в свой внедорожник, а я — в «лимузин». Судя по тяжёлому вздоху, воевода был не рад попутчице. Но я твёрдо решил, что не позволю репортёрше отвлекать дружинников от дела и лезть туда, куда не нужно, и потому считал, что поводов для беспокойства нет.

Небольшой внедорожник Таракановой резво помчался вслед за нами, и минут через десять мы оказались на базе.

— Это база моей дружины и мой дом, — объяснил я Анжелике. — Будучи защитником, я стою на страже мира и покоя этой земли.

— Вы — защитник?! — удивилась Анжелика. — Кто бы мог подумать, что мне так повезёт! Вот бы взглянуть, как вы работаете.

Похоже, ей моя фамилия ни о чём не говорила.

— Не забывайте про уговор, Анжелика Леонидовна.

— Да, конечно, я помню, — кивнула девушка с ответственным видом. — Я не буду вам мешать.

— Тогда прошу за мной.

Мы с Ерофеем и Анжеликой поднялись на второй этаж. Настя уже находилась в пункте управления. Я представил её нашей гостье.

— Анастасия Павловна, моя сестра. Отдаю вас под её надзор. Если будете разгуливать по дому или усадьбе самостоятельно, я вас немедленно выпровожу за ворота. Настя, это Анжелика Леонидовна, репортёр какого-то журнала. Она будет некоторое время гостить у нас и заниматься своей репортёрской работой.

— Журнал «Полдень империи», — протараторила Анжелика. — Очень приятно.

Настя вопросительно посмотрела на меня. Извинившись перед гостьей, я вывел сестру из комнаты управления, и я объяснил ситуацию.

— Ладно, присмотрю за ней, — с тенью недовольства согласилась Настя. — Умеешь же ты сюрпризы устраивать. И долго она у нас будет гостить?

— День-два. Вряд ли дольше. Зато о нас напишут в журнале. О возвращении Прозоровских должны знать все, а не только наши враги.

Настя пожала плечами:

— Наверное, это хорошо. Но я не хочу светиться в прессе.

— Хм… Ладно, скажу, чтобы про тебя она не писала. Идёт?

— Да, про меня не надо ничего писать.

Мы вернулись на пункт управления.

— Ну вот и всё, — сказал я. — Теперь остаётся ждать, когда к нам пожалуют. Простите, если мои слова показались вам слишком резкими, Анжелика Леонидовна, но мы здесь не в игрушки играем. А вчера произошёл выброс, значит, работа предстоит тройная. И надеюсь, вы понимаете, что нам не до лишних разговоров.

— Я вас прекрасно понимаю, Святослав Павлович, и не буду мешать. Ещё раз благодарю вас, что согласились посодействовать, — серьёзно, с чувством ответственности произнесла Тараканова.

И мы стали ждать. Настя ни на шаг не отходила от экранов. Она постоянно кусала нижнюю губу от волнения, но ничем другим тревогу старалась не выдавать. А Ерофей объяснял ей и нашей гостье, как устроена защита границы, как работают ловушки, как проходят вылазки.

Спокойный бас Ерофея действовал умиротворяюще. Воевода утверждал, что с современными средствами защиты — ловушками и артефактами — выбросы не страшны, что последний крупный выброс, который представлял хоть какую-то опасность, случился три года назад, но даже тогда ничего серьёзного не произошло. Генерал-губернатор собрал ополчение, а через два дня распустил за ненадобностью.