Чтение онлайн

— А может, это и не он сделал, — задумчиво произнёс он. — Кулебякин тот же или кто-то из моих врагов. А Светлов мне покровительство предлагал, и отказ он не примет. С его стороны звучали некоторые угрозы. Теперь придётся быть осторожнее в аномальной области. И люди нужны. Дружину надо увеличивать. Для начала до тридцати человек доведём, в перспективе — до сорока.

— Надо, ваша светлость. Но… простите за прямоту, но на такое жалование, как у нас, если кто и пойдёт, то либо салаги зелёные, либо выпивохи, которых никуда не берут. Профессионал за десятку не станет наниматься. Другой вариант: можно из пансиона ребят взять, как вон её взяли, — Сокол кивнул на Надю. — Будет гарантированный контракт на два года, но, во-первых, пансиону заплатить придётся и немало, во-вторых, новичков обучать надо.

— Я подумаю об этом. Но люди нужны — это даже не обсуждается. И жалование ваше пересмотрю, дай только время освоиться.

Не знаю, правду ли говорил Ерофей или нет. Я плохо представлял расценки на работу наёмников, но вознаградить своих людей надо. Только вот если подниму им жалования, понесу убытки, уйду в минус — тоже нехорошо.

Как я понял, дружинники здесь были кем-то вроде рыцарей — вассалы, о которых я, как сюзерен, обязан заботиться. Ими становились либо бастарды, либо способные одарённые, не имеющие титула. Они приносили клятву своему господину и имели статус чуть выше простолюдинов. Но касалось это только дружины великих родов. Слуги обычных князей и дворян дружинниками в полном смысле слова не являлись, хоть и назывались так.

— Да я не жалуюсь, ваша светлость, — проговорил Ерофей. — Мы ведь поклялись служить. Дружинник — это не наёмник какой-нибудь. Но если жалование поднимете, ребята только спасибо скажут.

У Ерофея зазвонил мобильник.

— Алло. Слушаю, Татарин, что хотел? — спросил воевода. — Что?!.. Понял. Отдай приказ о боевой готовности. Мы уже возвращаемся, — он убрал телефон. — Ну вот, все дела отменяем. Показатели приборов резко упали. Выброс был.

До усадьбы мы добрались быстро. Дружина только-только начала собираться в вестибюле на первом этаже. Разбитые стёкла вставить не успели, и теперь окна в нескольких местах закрывала фанера, что придавало помещению ещё более заброшенный вид. Но сейчас здесь было людно: бойцы в полном снаряжении толпились возле лестницы, ожидая приказов.

Надя побежала в оружейную, а мы с Ерофеем — на второй этаж на пост управления.

— Выброс — дело ответственное, — говорил на ходу воевода. — С одной стороны, можно хорошо заработать, поскольку тварей прёт много. С другой стороны, будет катастрофа, если у защитников границы не хватит сил сдержать демонические полчища. Вначале пойдут морфы. Они появляются быстро — от нескольких часов до двух-трёх суток — и составляют первую волну. Потом начнёт попадаться бесноватое зверьё. Изменения у них происходят не сразу, процесс может затянуться на месяц…

Мы влетели на пост управления.

— Как дела? — спросил Ерофей у дежурного.

— Выброс был буквально минут пятнадцать назад. Но на границе пока пусто, — ответил парень, сидевший за экранами.

— Первые твари утром выйдут к границе, — проговорил воевода. — Часам к пяти их будет полно.

Сокол считал, что у демонов нет задачи проникнуть за рубеж, будто они бродят, где захотят, и их единственная цель — жрать тёмный эфир и себе подобных. Но я-то прекрасно знал, что за этими мелкими тварями стоят архидемоны и их прислужники, одним из которых стал мой дядя из того мира. Но они то ли не появлялись здесь, то ли держались в тени.

Дежурных с вышек Ерофей снял заранее. Слишком опасно сидеть одному на границе, когда из ОПКТЭ прёт полчище тёмно-эфирных тварей. К тому же сейчас важно было иметь на базе как можно больше людей, чтобы формировать из них отряды для отправки на самые сложные участки.

Вскоре на командный пункт пришла Настя. Сестре тоже был интересен выброс, и она не смогла остаться в стороне. Но прошёл час-другой, а ничего не происходило. На границе царило спокойствие — тревожное затишье перед бурей. И в первом часу ночи мы с сестрой, так и не дождавшись нападения, отправились спать в свои комнаты. Я приказал, чтобы меня будили сразу же, как начнётся вторжение.

— Боишься? — спросил я, когда мы с Настей шли по коридору.

— Сказать честно, тревожно как-то, — призналась сестра. — Здесь гнетущая обстановка.

— Не бойся, выбросы случаются один-два раза в год, но ты о них часто слышала?

— Слышала что-то, не помню.

— Просто надень на всякий случай «чёрный камень», чтобы было спокойнее, и ничего не бойся. На границе столько ловушек, что ни одна тварь не проскочит.

Я лукавил. Таких сильных существ, как убитый недавно лось-мутант, наши ловушки вряд ли остановят. Только вот могучие демоны появляются далеко не сразу после выброса. Им нужны недели и месяцы, чтобы набраться сил, и десятки себе подобных, чью энергию можно поглотить.

— Так и сделаю, — сказала Настя, остановившись у своей комнаты. — Спокойной ночи, Слав. Завтра, чувствую, денёк будет весёлый.

— Ничего не бойся. У тебя за стенкой защитник живёт, — улыбнулся я. — Теперь официальный.

— А, так ты всё-таки получил статус. Здорово! Совсем забыла, что ты в «пятку» ездил.

— Получил, но есть ещё кое-что, что мне нужно вернуть — лицензию на право свободной реализации ООС. Надеюсь, на следующей неделе решится вопрос. Спокойной ночи.

Утром меня так никто и не разбудил, но не успели первые солнечные лучи коснуться земли, я был на ногах. Вскочил с кровати, быстро оделся и побежал на пост управления. Часы показывали шесть, но Ерофей уже находился здесь.

— Ты что, совсем не спал? — укоризненно посмотрел я на воеводу.

— Почему же? Вздремнул немного, — Сокол имел такой мрачный вид, словно у нас под боком преисподняя разверзлась. — Но меня разбудили.

— Что такое? Уже началось? Тогда почему меня никто не разбудил?

— Началось… Вторжение газетчиков.

— Не понял. Кого?

— Да девка какая-то, репортёша к нам забрела. Залезла, дура, на территорию и попёрла к границе. Теперь её надо вытаскивать, а то наткнётся на ловушки, сдохнет, а нам потом перед легавыми отчитываться. Только сраных газетчиков нам сегодня не хватало!

— Где она? Далеко отсюда?

— Дорога А-3. Вдоль южной границы пролегает. Минут пятнадцать ехать.

— Заводи машину. Поедем разберёмся.

Походный «лимузин» стоял возле здания под открытым небом, как и другие служебные машины. Ерофей заскочил на место водителя, я — рядом, и мы погнали к дороге А-3, на которой камера засекла незваную гостью.

— Ненавижу газетчиков! — бубнил возмущённый Ерофей. — Была б моя воля, я бы их на съедение демонам оставлял бы. Идиоты чёртовы!

— Сильно надоедают? — спросил я.

— И не говорите! Постоянно лезут, словно им мёдом здесь намазано. Всё сенсации свои чёртовы ищут. А какие у нас здесь сенсации? Мы работаем, некогда нам… сенсации эти придумывать.

— Они разве не должны запрашивать разрешение? Это всё-таки проникновение на чужую территорию. Любой помещик их убить может за такое. Мы ведь даже разбираться не обязаны.

— Эти репортёры — безбашенные люди. Им всё равно, хоть в пасть к медведю-мутанту лезть, если есть шанс материал для своей газетёнке найти. По-хорошему они обязаны разрешение просить, да только плевать они хотели! А самое паршивое, среди них тоже аристократы есть. И вот такой благородный на территорию залезет, а ты любезничай с ним! — Ерофей с досадой хлопнул ладонью по баранке.