Чтение онлайн

Но раз они могли ошибаться…

–  Первая волна истребителей атакует через тридцать секунд, - сказала Х'сиши без всякого выражения.

–  Всем приготовиться.

Хорошая команда. Они умрут за него, если он попросит.

–  Тахирай, - выдохнул Солюсар. Лицо его усеивали капельки пота.

–  Что такое?

–  Тахирай. И Валин. Санна. Энакин. Они все внизу, - его голос упал, выражая страдание.
– Тахирай пытают.

–  Но они внизу.

–  Да. Я в этом уверен.

–  Спасибо, джедай Солюсар. Дэнкин, прекратить атаку. Мы пропускаем их. Открывайте минимальный огонь для прикрытия и командуйте остальным кораблям, пусть заводят двигатели. Мы будем биться в другой раз, господа - когда это действительно будет иметь значение.

Каррд сделал глубокий вдох, пытаясь сбросить напряжение, что накопилось в шее и плечах.

–  И будем надеяться, что детишки Соло разыщут этого бродягу Террика, прежде чем нам придется вступить в драку. После этого я определенно займусь поисками своего собственного "Звездного Разрушителя".

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Энакин выгнулся дугой, стараясь не кричать - что бы йуужань-вонг ни вложил в его рану, это вызвало жуткую вспышку боли во всем теле.

–  Ты ненавидишь боль, - сказал Вуа Рапуунг с нескрываемым отвращением.

Энакин не мог и не стал отрицать. Он просто стиснул зубы и дождался, пока боль не прошла. Он знал, что йуужань-вонги поклонялись боли в себе и в других. Это был один из отличительных догматов их нездоровой религии.

–  Чем в меня попали?
– вместо ответа спросил Энакин.

–  Нанг халом, - буркнул воин.
– Жуком-пулей.

–  Ядовитый?

–  Нет.

Они сидели в сырой пещере за водопадом. Стены ее были покрыты плесенью и мхом. Очевидно, йуужань-вонг прятался в пещере день или два, потому что здесь было много его вещей, включая пластырь, который он только что приложил к плечу Энакина. Он оторвал его от бледно-зеленого, имевшего грубо прямоугольную форму блока толщиной в несколько сантиметров. Блок состоял из множества тонких слоев и напоминал склеенные флимсипластовые листы. Рапуунг отделил один такой кусок кожи и накрыл им рану Энакина. Как и все используемое йуужань-вонгами, лист был живой. Энакин чувствовал, как он извивается, забираясь в рану. Ему пришло в голову, что воин хочет отравить его чем-то еще более ужасным.

Но если бы Вуа Рапуунг хотел его убить, он мог сделать это в любой момент. В конце концов, ему не составило труда расправиться с двумя йуужань-вонгскими воинами, а у Энакина не было сил, чтобы ему сопротивляться.

–  Ты спас мне жизнь, - неохотно сказал Энакин.

–  Жизнь - ничто, - произнес Вуа Рапуунг.

–  Да? Тогда чего было напрягаться?

Темные глаза Вуа Рапуунга угрюмо блеснули:

–  Ты, джиидаи. Ты пробиваешься к поселению формовщиков. Зачем?

–  У твоих сородичей моя подруга. Я намерен ее вызволить.

–  А, женщина-джиидаи. Ты хочешь спасти ее жизнь. Как жалко. Какая жалкая цель.

–  Да? Ладно, я не просил тебя о помощи, ты сам ее предложил. Так что объясни или убей меня. У меня нет лишнего времени.

–  Чтобы отомстить, - сказал Вуа Рапуунг. Его голос стал низким, глаза превратились в щелочки.
– Отомстить и доказать, что боги…

Глаза его вдруг сурово сверкнули.

–  Я ничего не должен тебе говорить, человек. Я ничего не обязан тебе объяснять, незаконное отродье машин.

Последнее слово он выплюнул, точно яд, который вдруг обнаружил у себя во рту.

–  Тебе надо знать лишь вот что, - продолжал воин.
– Я буду стоять рядом с тобой или у тебя за спиной. Твои враги - мои враги. Мы будем убивать вместе, принимать боль вместе и вместе примем смерть, если такова воля ЙунЙуужаня.

–  Ты поможешь мне спасти Тахирай, - с сомнением в голосе произнес Энакин.

–  Это глупая цель, но если мы найдем ее, это будет на руку и мне.

Энакин вглядывался в эти глаза, похожие на черные бриллианты, и пытался понять. Там не было ничего, ну ничего. Йуужань-вонг скорее был похож не на человека, а на голограмму, на образ, на видение. Разве такое может иметь чувства, которые можно было бы понять? Без Силы, как можно надеятся постичь столь чуждое существо?

–  Я не понимаю, - сказал Энакин.
– Что тебе сделали твои сородичи? Почему ты их так ненавидишь?

Вуа Рапуунг грубо ударил его и вскочил на ноги. Грудь его вздымалась.

–  Не издевайся надо мной!
– завизжал он.
– У тебя есть глаза! Ты видишь! Не издевайся надо мной! Это не боги сделали со мной такое, не боги!

Когда йуужань-вонг снова пошел на него, Энакин поднял с помощью Силы большой камень и послал его прямо в грудь воина. Это застало Рапуунга совершенно врасплох, и он отлетел к стенке пещеры. Воин упал на землю с несколько удивленным видом.

Энакин снова поднял камень и занес его над головой Рапуунга.

Йуужань-вонг посмотрел на камень и вдруг отрывисто закашлялся, словно подхватив дагобахскую болотную простуду.

Только через минуту Энакин понял, что он смеется.

Успокоившись, Вуа Рапуунг устремил на юного джедая любопытный взгляд:

–  Я видел, что ты сделал с охотниками - и все же, чтобы это обернулось против меня… - его лицо снова посуровело.
– Скажи мне правду, как воин воину, если можешь. В касте воинов ходят слухи. Говорят, что ваши способности джиидаи исходят из машинных имплантантов. Это правда? Неужели ваш народ настолько слаб?

Энакин вернул ему вызывающий взгляд:

–  Наши способности не исходят из машин. Более того, многие из твоих сородичей должны бы это знать, потому что им представлялось достаточно возможностей, чтобы вскрывать наши тела. Ваши слухи лживы.

–  Да? Значит, у мастера джиидаи нет машинной руки?

–  У мастера Скайуокера? Есть, но… - Энакин запнулся.
– Откуда ты это знаешь?

–  Мы слышим много историй от перебежчиков и шпионов. Значит, это правда. Глава джиидаи - частично машина.

Наверное, лицо Рапуунга могло бы выразить большее отвращение, лишь будучи измененным хирургически.

–  Одно к другому не имеет никакого отношения. Мастер Люк лишился руки в великой битве. Ему заменили ее. Но его способности, как и мои, исходят из Силы.

–  У тебя есть имплантаты, как у твоего мастера?

–  Нет.

–  Ты получишь их, когда тебя повысят в звании?

Энакин коротко засмеялся:

–  Нет.

Вуа Рапуунг кивнул:

–  Тогда будет, как я сказал. Мы будем сражаться вместе.

–  Но только если ты больше не будешь сбиваться с курса, как минуту назад, - ответил Энакин.
– Может, я и ранен, но, как ты видел, я не без ресурсов.

–  Вижу, - проворчал Рапуунг.
– Но не провоцируй меня. Я этого не люблю.

–  Ты имей в виду то же самое, приятель. Итак. Ты говоришь, что мы будем сражаться вместе, но не хочешь сказать мне, почему. Можешь тогда хотя бы сказать, как?

–  Формовщики прорастили на этой луне пять дамютеков. Именно там держат твою подругу-джиидаи.