Я вышел раз под вечерПройтись по Бристоль-Стрит;Как спелая пшеницаТолпа кругом шумит.И у реки гуляя,Услышал песню я.Влюбленный пел подруге:"Навек любовь моя!".Люблю тебя, покудаПамир с Китаем врозь,Река с горой несхожа,И не поет лосось.Люблю, покуда мореНе превратится в лес,И звезды, словно гуси,Не улетят с небес.Пусть мчат, как зайцы, годы —Покуда ты со мной,В моих об'ятьях вечностьИ рай любви земной."Но все часы в округеВдруг разом стали бить:"Не презирайте Время,Его не победить.В кромешном мраке ночи,В об'ятьях правоты,Закашляется время,Когда целуешь ты.В болезнях и кручинахЖизнь промелькнет твоя,А время будет вечно,Твой главный судия.Зеленые долиныЗавалит снег глубок,И оборвется пляска,И замолчит смычок.О, опусти ладониВ речную глубину,Смотри, смотри на то, чтоДавно ушло ко дну.Ледник из шкафа дышит,Пустыня — простыня;Все это — царства мертвыхНедальняя родня.Там деньги любят нищих,И Джека — Великан,Ликует Мальчик-с-пальчик,Джил прыгает в бурьян.Вглядись, вглядись сильнееВ зеркальное стекло,Все ж жизнь благословенна,Как жить ни тяжело.О, стой, стой у окошка,И слезы лей рекой,Убогого полюбишьУбогою душой".Был поздний, поздний вечер,Влюбленных — ни следа,Часы свое пробили,И вдаль текла вода.
На улицах светло, повсюду чистота,Мухлюет в карты третий класс, а в первом ставки бьют;Никто из нищих на носу не видел никогда,Что происходит — и зачем — внутри кают.Строчит письмо любовник, спортсмен бежит с мячом,Кто не уверен в чистоте, кто в красоте жены,Юнец амбиций полон, Kапитан давно ни в чемНе видит смысла, кажется; а кто-то видит сны.Так наш культурный мир плывет, путем прогрессаВперед по глади волн, и где-то там нас ждетВосток септический, цветов и платьев вид чудесный;И Завтра хитроумное в постель свою идет,Задумав испытать мужей Европы; неизвестно,Кто будет низок, кто богат, а кто — умрет.
Кто говорит, любовь — дитя, А кто — бранит ее.Кто говорит, она — весь мир, А кто твердит — вранье!Когда ж соседа я спросил, (а с виду он знаток),На шум жена его пришла, Чтоб выгнать за порог. Кто опишет любовь, кто мне скажет, Не похожа ль она на халат? Правда ль запах ее будоражит, Или сладок ее аромат? Как ежи ее колются складки, Или мягкого плюша нежней? А края ее остры иль гладки? О, скажите мне правду о ней!О ней петитом говорит Любой научный том.О ней всегда заходит речь На вечере любом.Самоубийца в дневниках О ней упоминал,И в туалетах на стенах Я про нее читал. Как овчарка голодная воет, Иль гремит, как оркестр духовой? Может быть, подражая обоим, Электрической взвизгнет пилой? Запоет ли, гостей оглушая, Или классика, все ж, ей родней? Замолчит ли, когда пожелаю? О, скажите мне правду о ней!В беседке я ее искал — Там нету и следа.На Темзе возле Мейденхед, И в Брайтонских садах.Не знаю я, что дрозд поет, Зачем тюльпану цвет,Но нет в курятнике ее, И под кроватью — нет Переносит ли сильную качку? Рожи корчить умеет иль нет? Все ли время проводит на скачках, Иль на скрипочке пилит дуэт? О деньгах говорит без опаски? Патриотка ль она до корней? Не вульгарны ли все ее сказки? О, скажите мне правду о ней!Даст ли знать мне о дате прихода Напрямик — или скроет хитро?Постучится ли утром у входа, Иль наступит на ногу в метро?Будет резкой, как смена погоды? Будет робкой иль бури сильней?Жизнь мою переменит ли сходу? О, скажите мне правду о ней!
Когда ловлю я, садом окружен,Все те шумы, что порождает он,Мне справедливым кажется, что словНвт у пернатых или у кустов.Вот безымянный воробей пропелПсалом свой воробьиный, как умел,и ждут цветы, когда из отдаленьяК ним кто-нибудь слетит для опыленья.Никто из них о лжи не помышляет,Не ведает никто, что умирает,и ни один, звук рифмы полюбя,Груз времени не взвалит на себя.Пуст речь оставят лучшим, одиноким,Кто писем ждет, или считает сроки.Мы тоже, плача и смеясь, шумим;Слова — для тех, кто знает цену им.
В драку лезь, на бой идиИ героя победи;Льва поймай, плюнь с высоты;Кто поймет, что слабый ты?У прирожденной сиделки родняБольше болеет день ото дня.Изменяет мне терпеньеВ моих личных отношеньях:Мало в них хорошего,И стоят мне недешево.Я за свободу стою, ибо цензору не доверяю.Сделавшись цензором сам, о, как я стал бы суров!Когда здоров он или рад,Она ему устроит ад,Но встанет каменной стеной,Когда он слабый и больной.Иных, не внемлющих уму,Их действия погубят;Иные гибнут потому,Что действовать не любят.Пусть в почет войдет навекВертикальный человек,Всеми чтим и так тотальноЧеловек горизонтальный.Частный типВ публичном местеВыглядит скорей на месте,И милей, сказать по чести,Чем чиновник в частном месте.Птичьи беседы всегдаСообщают так мало,Но так много значат.Из всех зверейЛишь человек имеет уши,Не выражающие чувств.В минуты радостиВсе мы хотели б иметьХвост, чтоб вилять им.Стыд старенияНе в том, что желание гаснет,(Кто сожалеет о том,в чем ему нету нужды?) — а в том,что нужно сказать другому.Девиз тирана:Все, что Возможно —Необходимо.Красота, проходящая мимо,Еще восхищает его,Но он больше не долженОборачиваться вослед.Судит ли нас ГосподьПо тому, как мы выглядим внешне?Подозреваю, что да.Сегодня две песни просились, чтоб я записал их:Прости, уже нет, дорогая! Прости, мой дружок, еще нет!В зеркало смотримся мы, чтоб дефект отыскать исправимый,Неисправимые нам слишком известны итак.Бог не вяжет узлов,Но может, если попросят,Легко развязать их.Мечта поэта: бытькак сыр — местным,Но ценимым в других местах.
В нее выходит будущее черни,Загадки, палачи и звон оков,Ее Величество не в настроенье,Иль шут, водящий за нос дураков.Великие в ней зрят во тьме вечерней,Что, так шутя, впустила в сумрак свой,Вдову с усмешкой миссии святой,Потопа волны в ярости пещерной.Мы с ней ведем войну, когда боимся,И бьемся об нее, коль смерть настанет:Вдруг распахнется и Большой АлисеСтрана Чудес предстанет, вся из роз,Но огорчит ее до моря слезОдним лишь тем, что маленькою станет.
1.В ту спальню не пройдет горящих окон свет;В ней слух его ловил с волненьем полдня звень:Где множатся луга и мельницы уж нет,Но мелят жернова любви ушедшей тень.Напрасно он вздыхал с усталостью пустойО храме, где святых отринули давно,О сломанных мостах, о зелени густойВокруг руин, где зла наследство сожжено.Забыть ли детских лет стремленье взрослым статьИ стены школ, где жить и лгать учили нас.Сказал бы правду он, хоть сам в нее не вник,Что все вокруг него, насколько видит глаз,Теперь, как и всегда, — одна лишь благодать:Желанный дом отца и матери язык.2.В ту спальню не пройти горящих окон свету;В ней слух его ловил с волненьем полдня звень:Где множатся луга и мельницы уж нету,Но мелят жернова любви ушедшей тень.Напрасно он вздыхал с усталостью давящейО храме, где святых отринули давно,О сломанных мостах, о леса темной чащеВокруг руин, где зла наследство сожжено.Забыть ли детских лет стать взрослым устремленьеИ стены школ, где жить и лгать учили нас.Открыл бы правду он, хоть сам в нее не вник,Что все вокруг него, насколько видит глаз,Теперь, как и всегда, — одно лишь умиленье:Желанный дом отца и матери язык
Время ничего не скажет, я же тебе замечу,Одно только время знает цену наших затрат;Я же, увы, не знаю и я тебе не отвечу.Если б могли мы плакать, слыша клоуна речи,Если б могли споткнуться от чьих-нибудь серенад,Время ничего не скажет, я же тебе замечу.Нету такой удачи, которую я отмечу,Ибо люблю тебя больше, чем я узнать бы рад,Я же, увы, не знаю и я тебе не отвечу.Ветры должны подуть откуда-нибудь под вечер,Не объяснить, почему с дерева листья летят;Время ничего не скажет, я же тебе замечу.Возможно розы дейстительно желают расти вечно,Наверно виденья эти с нами остаться хотят;Я же, увы, не знаю и я тебе не отвечу.Положим все львы вдруг встанут, чтобы уйти далече,И убегут — не останется ни ручейков, ни солдат;Разве нам время скажет? я же тебе замечу:Я же, увы, не знаю и я тебе не отвечу.
Глядя на звезды, нетрудно понять,Что им с высоты на меня наплевать,Но от безразличия все ж потерьМеньше несет человек или зверь.Что будет, если зажжется звездаС жаром, что нам не вернуть никогда?Коль равной любви быть не может с ней,Пускай буду я, кто влюблен сильней.Простой почитатель, каков я есть,Звезд, не знающих брань и месть,Глядя на них, я не замечал,Что хоть по одной ужасно скучалКогда бы исчез всех звезд хоровод,Я б научился глядеть в небосводПустой, возвышаясь тотальной тьмой,Хотя это заняло б год — другой.
Погрузись, любовь моя,В зыбкие мои объятья;Время, страсть испепелятЧад задумчивых своихКрасоту и сон могильныйИх докажет эфемерность:Но до самого рассветаБудь со мной, творенье жизни,Смертным, грешным, но по мнеВсеобъемлюще прекрасным.Дух и тело безграничны:Разделяющим любовьНа ее роскошном ложеЧерез обморок любовныйШлет Венера образ смерти,Сплав ее расположенья,Вечной страсти и надежды,Пробудить через прозреньеСреди льдов, снегов и скалДух отшельника святогоВерность и определенностьС боем полночи проходятСловно колокола звоны,Ропщут модные безумцыМонотонно и надсадно,Каждый фортинг в кошельке,Зло, что им гадали карты,Подлежат оплате, ноНи с единой мыслью, вздохомНе хотят они расстаться.Красоты виденье гаснет:Пусть рассвета дуновенье,Близ твоей мечты повеяв,Став сладчайшим днем блаженства,Сердца стук благословит.Миром смертным будь доволен;Полдня жар питаем силой,Что не терпит произвола,На виду любви людскойПусть исчезнут язвы ночи.
О что это за звук дребезжит, не смолкая,По всей долине раскаты, раскаты?Алые солдаты всего лишь, дорогая,Это шагают солдаты.О что это за свет льется там, сверкаяПовсюду так ярко, ярко?Это на ружьях у них, дорогая,Солнце горит жарко.О зачем же машины идут, громыхая,Куда это все движенье, движенье?Обычные маневры всего лишь, дорогая,А может и устрашенье.О почему они, пыль подымая,Свернули в селенья, в селенья?Наверно, сменился приказ, дорогая,Встань, дорогая, с коленей.О может быть помощь нужна им какая,Быть может им нужен доктор, доктор?Никто же не ранен из них, дорогая,Никто из этой когорты.О может быть помощь нужна им другая,Которую просят у бога, бога?Нет, мимо церкви святой, дорогая,Ведет их эта дорога.О может идут они к ферме, что с края,Там фермер в печали, печали?Они мимо фермы прошли, дорогая,Теперь они побежали.О куда ты уходишь, тебе не нужна я?Все было обманом и ложью, ложью?Нет, я клялся тебя любить, дорогая,Но уходить я должен.О сорвана дверь и разбиты замки,О ворота ломают, ломают,И по полу топают их сапоги,И глаза их горят и пылают.