Чтение онлайн

— Понимаю, — только и ответил он, хотя на языке вертелось еще множество вопросов. Что она чувствовала, когда поняла, что беременна? Да еще и от какой-то мерзкой скотины. О чем думала? Как пережила убийства еще не родившихся детей? Ей двадцать один, и она перенесла два аборта. К решению убивать любого попавшегося в руки Глеба Воина добавилось желание предать их пыткам перед смертью.

Больше не в силах ждать или сдерживаться, парень поцеловал Улитарис. Но не в губы: сначала он поцеловал ее горячую щеку, затем медленно, легкими, порхающими поцелуями, добрался до глаз, потом целовал виски, чувствуя пульсирующую под кожей кровь, покрывал поцелуями лоб. К губам он не прикасался, считая их чем-то непорочным и даже священным, позволяя Тари самой решать, достоин ли он касаться ее губ. И она решила, что достоин, накрыв его холодные губы теплым поцелуем. Горячая волна поднялась к самому сердцу Глеба, но он нашел силы сдерживать вдруг охватившую его бурлящую страсть, ни на секунду не забывая, сколько боли принесла девушке грубая мужская близость. По прошествии неизвестного количества минут они наконец-то оторвались друг от друга, снова тут же соприкоснувшись лбами и не разжимая объятий.

— Когда вы собираетесь уходить? — прошептала Тари, силясь скрыть печаль, так как наверняка догадывалась, каков будет ответ.

— Наверное, скоро. Минут через пятнадцать, если быть точнее, я думаю, — с ответной грустью проговорил Глеб. — Мы завершим эту войну. Я клянусь тебе.

— Не нужно! — испуганно воскликнула Улитарис. — Клятва — это тяжелая ноша, — произнесла она, положив голову Глебу на плечо. Он потерся щекой о ее макушку и улыбнулся.

— Уже поздно. Либо я исполню ее и вернусь, либо не вернусь вообще. Неужели думаешь, что я не смогу?

— Нет, я верю, ты всё сможешь.

Гулкие шаги в подвале, оповещающие о том, что оставшиеся трое хотят подняться наверх, оказались слышны как нельзя кстати. Глеб нехотя отошел от Улитарис и занял нейтральную позицию на подоконнике. Она же стала собирать оставшуюся посуду и положила ее в деревянную кадушку. Как раз в этот момент тишину кухни нарушили Зитсу с двумя Защитниками, пребывающие в весьма хорошем расположении духа. Оглядев хитрыми взглядами молчаливую парочку, ребята расположились, кто где успел.

— Смотри, не засветись перед местными жителями, — предостерег Глеба командир, — а то занял самую небезопасную позицию.

— Да там нет еще никого, рано ведь, — отмахнулся повелитель Земли. — Когда мы выдвигаемся?

— Как раз об этом я и хотел сказать. Сейчас.

— Ну, вообще-то я так и думал, — состроил кислую гримасу парень, и Макс с наигранной веселостью усмехнулся.

— Я смотрю, ты совсем не рад, друг мой. Приключения ждут нас! Так что не кисни, — Макс подмигнул товарищу и стащил со стола еще один ломтик фрукта.

— Конечно, мы собираемся в столицу, где правит какой-то старый психованный дед, да я счастлив, что ты! — в тон командиру ответил Глеб и через плечо посмотрел в окно. Единственная улица Каменной Степи уже полностью была пропитана светом Церона, но на ней по-прежнему не было ни души. — Ваши жители всегда так поздно встают?

— Нет, они просто ждут, пока вы уйдете, — без обиняков ответила Зитсу. — Мы соберем вам еды в дорогу.

Защитники синхронно кивнули и вышли из кухни. Проверили содержимое рюкзаков, запасы воды и медикаментов, правильно ли надеты и застегнуты костюмы… Сняв с себя маски веселья и беззаботности, ребята тяжело вздохнули и плюхнулись на кушетку, напоминающую диван. Спать, есть, говорить, куда-то идти — им не хотелось абсолютно ничего. Они безумно жаждали тишины, жизни без войны, спокойствия, обычных жизненных проблем, не связанных с разработкой стратегий или боевыми действиями. Эрика потянулась всем телом.

— Я хо-чу до-мой, — по слогам произнесла она, ни к кому конкретно не обращаясь. По лицам парней проскользнули мимолетные улыбки, настолько короткие, что могло показаться, будто их и не было вовсе.

— А я вот думаю, идти мне потом в армию или не идти? Война в Миртране не будет засчитываться как пройденная служба? — поинтересовался Максим, разглядывая потолок.

— Если ты в подробностях опишешь ее в военкомате, от службы тебя точно освободят. Только полежишь малость в дурдоме, — ответил Глеб, лежа с закрытыми глазами. Эрика хихикнула, но добавлять ничего не стала. Через пару минут в комнату вошли близняшки, и Защитники повскакивали со своих мест, будто никто не должен видеть, как они отдыхают. Зитсу протянула всем троим по очереди небольшие пакеты с провиантом, и ребята молча рассовали их по рюкзакам. После все замерли в таком странном, неловком молчании, что Эрике так и хотелось сказать «Ну что, присядем на дорожку?».

— Спасибо вам за всё, что вы сделали для нас, — поблагодарил девушек Максим. — За информацию отдельная благодарность, она очень важна. Ну и за еду, разумеется, она была обалденно вкусная, — с усмешкой добавил Макс. Эрика подхватила его веселый настрой и тоже улыбнулась, а Глеб всё смотрел на Улитарис и думал: попрощаться с ней, как все, или наплевать, подойти и поцеловать, и пусть все остальные думают, что хотят?

— Мы счастливы, что вы пришли в наш дом, — в ответ проговорила Зитсу, поклонившись Защитникам, и Тари повторила ее движение. — Мы надеемся, что вы найдете в себе силы прекратить эту войну. Пусть Святой Ангел оберегает вас. Простите, но провожать до дверей мы вас не сможем, в окнах соседних домов полно любопытных глаз, а ведь вы все-таки для них Воины Горной Долины. Мы потом расскажем всем, если посчитаем нужным. Удачи вам, Защитники Миртрана.

«Ну, была не была», — немного нервничая, подумал Глеб, но всё же подошел к Тари и поцеловал ее, вложив в поцелуй всю нежность, желая окутать ею Улитарис с ног до головы. Она тоже не стала растерянно застывать в ступоре и крепко обняла Защитника, так, что жар ее ладоней на его спине чувствовался через плотный вражеский костюм. Судя только по одному изумленному вздоху, удивилась лишь Зитсу. Все-таки Эрика с Максимом знали Глеба гораздо дольше и могли заметить признаки светлого чувства в его взгляде, словах или движениях. Посмотрев в небесные глаза девушки, Глеб с надеждой подумал, что это их не последняя встреча, затем сдержанно кивнул Зитсу и первым вышел из дома. Его сестра, обняв поочередно обеих близняшек и еще раз их поблагодарив, вышла следом за братом. Командир покинул дом последним. Прищурившись от непривычно яркого света, все трое огляделись. Затем поспешно накинули капюшоны, даже надели респираторы на всякий случай и переглянулись.

— И куда теперь? — приглушенно спросила Эрика, так как она вообще не помнила, с какой стороны они пришли. Макс приложил ладонь ко лбу козырьком и посмотрел вдаль.

— В столицу, куда ж еще. Сейчас отойдем от поселения на приличное расстояние, а там решим, каким способом добираться. Пешком до главного города мы будем идти наверняка не меньше недели.

— Только не посредством подземного тоннеля! — воскликнул Глеб, чуть не перекрестившись, но вовремя вспомнил, что на них наверняка смотрят притихшие в домах жители.

— Ну, это как получится, — обнадежил его лидер. — Двинули, что ли.

— Нет, подождите, — Глеб остановился, как только ребята покинули единственную улицу поселения. — Я так не могу. Мы должны как-то обезопасить всех местных жителей от последующих набегов этих… дикарей.

Друзья хмуро переглянулись, пытаясь придумать, что можно сделать.

— Если мы окажем им помощь, Воины Горной Долины явно догадаются, что здесь побывали шпионы вражеской стороны…

— Макс, какая разница!

— …но ты прав, хотел я сказать. В жизни не видел более затравленных взглядов, чем у близняшек, — с помрачневшим видом проговорил командир и потер лоб, словно у него моментально разболелась голова. Впрочем, может, так оно и было. Пока Макс раздумывал, кому сообщить информацию о Каменной Степи, Глеб уже вызвал одного из командующих войском по многофункциональному браслету.

— Говорит Глеб, Защитник Миртрана. Мы просим помощи для защиты одного из поселений Горной Долины.

— Горной? — судя по голосу ответившего, он был практически шокирован. — Мы едва сдерживаем натиск врага, чтобы он не пробрался в Серебряную Долину, а вы просите отправить часть наших Воинов на защиту вражеского поселения?