Чтение онлайн

– Почему? Зачем?

Настя смотрела с недоверием. Правда ли это? Кто теперь может сказать? Возможно, Григорий так решил реабилитироваться в ее глазах? Чтобы она ему посочувствовала?

Но он неожиданно махнул рукой, оставив пачку чая в покое.

– Не думайте, что я давлю на жалость. Вовсе нет. Просто хочу, чтобы вы понимали мотивы следующих моих поступков. Чтобы понимали, почему мне не было ее жалко. Всех их не было жалко! Они монстры! Зажравшиеся, опустившиеся, нищие нравственно! Это…

Он замолчал, принявшись мять пальцами подбородок. И Настя сжалилась. Предложила кофе. И, пока кипятила воду, наводила ему растворимого кофе – он запросил три ложки на чашку, – слушала.

– Она рассказывала мне обо всем на свете. Даже о скандалах, которые ей регулярно закатывала Инга – дочь ее любовника. – Артюхов благодарно кивнул, принимая из ее рук большую подарочную кружку. – Инга была очень странной особой. На мой взгляд, по ней дурдом скучал. Какое-то извращенное сознание. Знала прекрасно, что муж ей изменяет в соседней комнате, и оставалась с ним!

– Мишин изменял ей дома?

– Да. Когда его тесть отправлялся на пробежку, он хватал мою Ларису в охапку и скрывался с ней в одной из комнат.

– Он спал с вашей женой?! – Настя потрясенно умолкла.

– Это она спала с ним. А потом еще и Свету вовлекла в их оргии. Распутные, грязные твари, – брезгливо поморщился Гриша. – В общем, моему кошмару не было конца. Я был вынужден слушать ее рассказы. День за днем, день за днем. Она подходила к зеркалу, смотрела на свое обезображенное лицо и говорила, говорила, говорила… Странно, но ее распутная подруга Светлана меня жалела. Даже советовала бросить. Говорила, что останется с Ларисой, что не оставит ее. Они будут вместе. А как я мог?

– Но вы ушли, – напомнила ему Настя. – Ваша соседка рассказала.

– Да. В какой-то момент я просто осатанел, подлетел к ней, накричал. Наговорил ужасного всего. И понял, что если не уйду, то убью ее. А она… Она решила это сделать сама.

– Она точно покончила жизнь самоубийством? Ей не помогли?

– Нет. Вот Лариса точно сама совершила суицид. Света рассказала мне, что она звонила ей и долго прощалась. Просила ее простить. Через нее мне передавала извинения. Лариса сама ушла. – Артюхов поставил пустую кружку на стол навалился на него локтем. – Но она единственная, кто это сделал по своей воле. Все остальные: Яковлев, его дочь Инга, Света, – ушли по воле одного-единственного человека. Мишина! И мне кажется, я могу вам помочь доказать это…

На этот раз Мишин выглядел настоящим красавцем. Гладко выбрит, ногти чистые, со следами свежего маникюра. Настя могла поклясться, что ногтевые пластины поблескивают бесцветным лаком. Тонкие шелковые брюки цвета индиго, сорочка без рукавов той же ткани, легкие кожаные сандалии.

– Вы оправились, Мишин, – невольно вырвалось у Насти. – Отлично выглядите.

– Спасибо. – Его губы нервно дернулись, наверное, пытался улыбнуться. – Жизнь продолжается. Вечная скорбь – это ни к чему.

– Понятно, – покивала Настя.

– Чего вы опять от меня хотите? Вызываете и вызываете! – попытался он возмутиться, намекая на беззаконие и ущемленные права.

Но левое верхнее веко заметно дергалось, и пальцы с отличным маникюром подрагивали. Он психовал, это было очевидно.

– Мы пригласили вас, чтобы вы послушали замечательную историю ваших похождений. Ой, простите, оговорилась. – Настя тронула губы кончиком пальцев. – Историю ваших преступлений.

– Даже так? – Мишин вытянул шею. – Мне пора приглашать адвоката?

– Да погодите вы с адвокатом, – наигранно рассмеялась Настя. – Я же не спрашиваю вас ни о чем. Я просто расскажу вам историю. А там посмотрим…

– Ну, ну…

Он откинулся на спинку жесткого стула, театрально расправил плечи, глянул на нее с высокомерной снисходительностью. Вот именно таким был его взгляд – ни дать ни взять. Ар-тист – одно слово!

– Жили-были… – начала Настя, раскрывая папку с делом, в котором уже документации прибавилось. – Точнее, жил себе поживал некто Яковлев Сергей Игнатьевич. Звезд с неба не хватал, по карьерной лестнице продвигался слабо. И однажды судьба соблаговолила сделать ему шикарный подарок, подложив в его койку Артюхову Ларису. Милая нежная красавица, вслед которой оборачивались не только мужчины, но и женщины, душу имела циничную, тело продажное. А еще у нее был высокопоставленный родственник – дядя, у которого не имелось собственных детей, и он племянницу всячески баловал, потакал ее прихотям. Купил ей шикарный дом, снабжал деньгами, помогал продвигать ее любовника – Яковлева – по карьерной лестнице. Потом дядю с его должности ушли, племяннице пришлось уволиться после того, как ее любовника Яковлева тихо отправили на пенсию. Но на этом история их запретных отношений не закончилась. Они продолжили встречаться, но теперь уже дома у Яковлева. Жена его на тот момент умерла, оставив его вдовцом, а единственную дочь сиротой.

– Я все это знаю! – возмутился Мишин.

Схватился за пуговицу на рубашке. Отстранил от тела и потряс. Тонкий шелк пошел мокрыми пятнами. Вспотел, то ли на нервах, то ли от духоты в допросной.

– Зачем вы мне это все пересказываете? За этим позвали? Произвол какой-то!

– Наберитесь терпения, Мишин… Лариса Артюхова практически поселилась в доме Яковлевых. Приезжала каждый раз, когда ее муж отправлялся в рейс. Иногда на два-три дня. Иногда на неделю. Яковлев, не изменяя привычкам, занимался физкультурой, ездил на рыбалку. Порой с ночевкой. И Лариса, чтобы не скучать в его отсутствие и сгладить общение с Ингой, приглашала в дом свою подругу – Светлану Лопачеву. Но вы и об этом знаете, не так ли?

– Видел ее всего пару раз, – фыркнул неуверенно Мишин.

– И оба раза в компании с Ларисой в вашей постели?

– Что вы?.. Что вы себе позволяете, капитан?! – взвизгнул Мишин, приподнимая зад, обтянутый шелком, от казенного стула.

– Сядьте, Мишин. И взгляните сюда… – Настя разложила на столе несколько фото, сделанных с телефона Инги. – Телефон вашей жены не просто так пропал после ее самоубийства. Его забрала Светлана Лопачева. Она знала, что Инга фотографировала ваши игрища и хранила фото в облаке телефона. Этими снимками Инга начала шантажировать Ларису. Грозилась рассказать отцу о том, что его любовница ему изменяет.

– Чего же не рассказала?

Мишин изобразил неподражаемую презрительную улыбку. Артист!

– Не рассказала потому, что любовница отца изменяла ему с ее мужем. С вами. Как она могла подставить вас под удар? Отец мог вас и застрелить. Он грозился и за пустяковые дела пустить вас в расход. А тут такое!..

Настя собрала фотографии, отложила в сторону, достав им на смену другие. Положила снимки изображением вниз. Мишин тут же уставился на стопку.

– Инга не выдержала. Плеснула в один прекрасный момент Ларисе в лицо кислотой. Она обезобразила ее и думала, что проблемы на этом закончились. Но просчиталась. Лариса принялась тянуть деньги с ее отца на лечение, реабилитацию, поездки за границу. Инга была в ярости. Не знала, что делать. И однажды позвонила Ларисе и от имени отца послала ее куда подальше с ее запросами. И даже продемонстрировала аудиозапись с возмущением Яковлева. Она не была поддельной, нет. Просто Яковлев устал от требований. И обезображенная женщина ему была не нужна. Лариса, не выдержав, покончила с собой. Ее психика была изношена. Внешность вернуть она не могла… Прошло время, и Яковлев вдруг засовестился и начал гнобить Ингу, винить ее в самоубийстве Ларисы. Грозился оставить ее ни с чем. И она решилась. Рассказала отцу о причине своего поступка – почему она так поступила с Ларисой. Она рассказала о ваших групповых игрищах в постели. И все! Яковлев озверел. Он начал следить за вами. Установил, что вы продолжаете встречаться со Светланой. И однажды встретил вас у ее подъезда и набил вам лицо. И вам даже пришлось переносить репетиции. Тараканов это подтвердил. Правда, причину ваших синяков вы указали другую. Сказали, что стали жертвой нападения хулиганов. Не суть… – Настя перевела дыхание и по-пыталась прокрутить в голове все сказанное. Вроде ничего не упустила. – Яковлев отказал вам в доме. И начал торопить Ингу с разводом. Вы поняли, что, если разведетесь с Ингой, останетесь на улице ни с чем. И решили, что тестя надо убрать.

– Это ложь! Не докажете! – зашипел Мишин, страшно бледнея.

– Вот эти кроссовки были сделаны для вас на заказ для одного из спектаклей. – Настя поставила на стол кроссовки в прозрачном пластиковом мешке. – А вот это фотографии странного сотрудника управляющей компании, который в штате не числился, но почему-то принимал участие в покосе обочин.

Она разложила сильно увеличенные фото, сделанные их спецами покадрово и с увеличением некоторых фрагментов.

– Вы исчезли из виду на пять минут. Этого вам хватило, чтобы войти в дом и заставить вашего дремавшего тестя выпить отравленную воду. Он умер за три минуты. Внезапная остановка сердца. Убедившись, что он мертв, вы вернулись и присоединились к тем, кто окашивал обочины.