Чтение онлайн

– Он предсказал свою смерть! – выкрикнул Горен, поднимаясь. – И это не смешно, Изветен, не смешно! И мою смерть он тоже предсказал!

Магнетизер кинул на Горена короткий взгляд, и тот сел обратно – и не отчаяние было на его лице, а удивление.

– Дурачок, я же и хочу тебе сказать, что твой отец ничего больше не предсказал, кроме своей смерти, которую выбрал сам. Тебе же не пятнадцать лет, зачем тебе так хочется быть сыном великого пророка? Он был выдающимся ученым, он под эти пророчества хотел замаскировать правду, которую знал наверняка, и узнал он эту правду вовсе не от Внерубежья, не за сводом и не в Исподнем мире, а в Ковчене. И если бы он меньше пил и не злоупотреблял опием, ему бы это удалось вернее.

Изветен взглянул на Йеру исподлобья, так, словно только что сгоряча сказал лишнее, теперь жалеет об этом и уповает на порядочность Йеры.

Йера не пожелал быть порядочным и переспросил:

– И что же это была за правда?

– По всей видимости, скорое крушение свода, – вздохнул Изветен и виновато пожал плечами.

– Югра Горен предсказал дату крушения свода?

– Он не назвал даже года. Из его туманных разговоров было ясно, что сто лет, которые обещают нам чудотворы, – это полная ерунда. Я думаю, он хотел назвать дату, но не успел. А может, она была написана в его дневниках и он наивно верил, что дневники не попадут в руки чудотворам.

– Я читал его дневники, не было там никаких дат… – проворчал Града. – Картинки были, портреты. А то убожество, которое вы около нашей плавильни выловили, судья, ни разу на Врага не похоже. Как отец его нарисовал.

– Надеюсь, судья, вы не посчитали это убожество Врагом? – улыбнулся магнетизер.

Йера испугался этого вопроса. Конечно, чудотворы знают, кто такой Йока, но есть еще толпа… Да, Изветен не походил на человека, который захочет обнародовать эту информацию, но кто же знает, что у него в голове? А если он, в отличие от Грады Горена, не понимает, что Йока может смягчить катастрофу? Если он считает Врага именно врагом?

– А почему вы так уверены, что это не Враг? – спросил Йера осторожно.

– Враг сейчас где-нибудь возле свода качает энергию в Исподний мир, и неважно, под руководством чудотворов или мрачунов. Скорей чудотворов – у них больше возможностей.

– Вы не сомневаетесь в существовании Врага? – снова спросил Йера.

– Горе всем нам, если чудотворы не создали гомункула с бесконечной емкостью. В этом случае всех нас в недалеком будущем ждет страшная смерть.

Гомункула… Йеру передернуло, он поморщился и прикрыл глаза.

– Что с вами, судья? Я чем-то задел вас? – На лице магнетизера мелькнуло самое неподдельное участие.

– Нет-нет… – Йера поднял голову и вымученно улыбнулся. – Напротив, я внимательно слушаю, ведь это напрямую касается работы думской комиссии.

– Да, о думской комиссии. Мы отвлеклись. – Магнетизер встал, направился к комодоподобному сооружению у стены и откинул его верхнюю крышку – похоже, этот предмет мебели все-таки следовало назвать сундуком. – Я бы дал вам на время одно полезное издание… К сожалению, у меня только один экземпляр и не хватает двух томов. Неоспоримым доказательством существования Исподнего мира я бы эти книги не назвал, с точки зрения права и это можно оспорить, но не с точки зрения здравого смысла.

В сундуке-комоде навалом лежали книги, и он начал извлекать на свет увесистые тома в синих обложках с серебряным тиснением.

Йера потянулся к одной из них и едва не выронил ее из рук, прочитав название: «Энциклопедия Исподнего мира. Том 9».

– Взгляните на типографию и тираж, и вы поймете, почему мне так жаль с ними расставаться, – пробормотал хозяин книг, продолжая вываливать на стол том за томом.

Йера открыл последнюю страницу: книга была отпечатана в типографии Славленской Тайничной башни тиражом пятьдесят экземпляров. Коллектив авторов состоял примерно из тридцати фамилий.

– Не спрашивайте меня, где я это взял, – все равно не отвечу. Я рекомендую взять первый, второй и восьмой тома. Но, прошу вас, обязательно верните! Если получится, конечно…

– Я всегда возвращаю взятые книги… – пробормотал Йера смущенно.

– Однако никакая энциклопедия не даст вам представления о мире, если вы не посмотрите на него своими глазами. Хотите взглянуть на Исподний мир, судья? – Изветен легонько ему подмигнул.

– Я… не совсем понимаю, о чем вы говорите…

– Дело в том, что увидеть Исподний мир может почти каждый. Кто-то сам вводит себя в транс, кто-то туманит себе мозги абсентом и опием, как некоторые… Остальные могут воспользоваться услугами магнетизера, чтобы совершить мысленное путешествие по Исподнему миру. Так что, если вы хотите увидеть Исподний мир своими глазами, я к вашим услугам.

– А я могу быть уверен, что мысленное путешествие не будет внушено мне от начала до конца? Ведь ваша… хм… специальность – внушение.

– Внушение – это не передача мыслей, а тем более детальных зрительных образов, на расстоянии. Можете почитать об этом в трудах авторитетных психиатров, я же более ничем не могу убедить вас в своей честности. Ну, разве что… дам вам ключик к проходу в Исподний мир, и вы сможете повторить этот опыт с любым другим магнетизером.

Увиденное потрясло Йеру. Он все еще сомневался, не обманул ли его странный магнетизер, совсем непохожий ни на циркового шарлатана, ни на солидного доктора. Но, листая в собственной библиотеке энциклопедию Исподнего мира, Йера все больше убеждался в том, что видел Исподний мир своими глазами.

Он не мог себе представить такой нищеты, такого убожества жизни. Учебники истории умалчивали о грязи и смраде, о вшах и изъязвленных телах, об уродливых карликах, которых порождает нищета, о кривоногих женщинах без зубов, о капусте в бородах мужчин, засаленных котлах, мухах и червях в мясных лавках, о похлебке из лебеды и крапивы… Но никакой учебник истории не мог рассказать о бескрайних болотах с редкими островками полей, об изъеденных сыростью лачугах, о бесконечно моросящем дожде и гниении всего живого.

И было понятно, что нищета и непогода – оборотная сторона того, что происходит за сводом, но когда Йера увидел Храм, и лик Инды Хладана в нем, и людей, стоявших перед ним на коленях, когда Горен пояснил ему, для чего этот лик предназначен, Йера ужаснулся и не захотел в это поверить. Однако энциклопедия, написанная самими чудотворами, не только не отрицала этого, не только повествовала об этом как о должном, – она была написана для того, чтобы Исподний мир продолжал стоять на коленях перед ликами чудотворов и как можно правильней любил тех, кто медленно их убивает… А машина, называемая правосудием, перемалывала кости тех, кто смел усомниться в абсолютности добра, исходящего от чудотворов.

Йера нарочно остановился на статьях энциклопедии, раскрывающих правовые основы государств Исподнего мира, и был поражен: соблюдая большинство правовых принципов, законодательство открывало широкие возможности для злоупотреблений властью, взяточничества и, по сути, беззакония. Историю права Йера тоже знал хорошо: нет, не естественным историческим процессом было обусловлено несовершенство законов – чьей-то злой волей, чьей-то тонкой придумкой, просчитанной и взвешенной.

Обливаясь холодным потом, Йера вспоминал слова сказочника: «Откровение Танграуса сбудется». Человек (совсем необязательно бог) Исподнего мира вложил в эти слова гораздо больше, чем Йера был в состоянии понять тогда, на утреннем пикнике у Важана. Но Инда Хладан, Инда, перед чьим ликом на коленях стоит Исподний мир, он-то должен был понять! Стало ли ему страшно хоть на миг? Или чудотворы столь уверены в своей неуязвимости? Неудивительно, что Откровение Танграуса пропитано ненавистью (что так часто повторяли в школе на уроках истории и литературы), – есть откуда появиться ненависти…