Чтение онлайн

– Града, я много раз говорил, что «зеленая пери» ничего не прибавит к твоим знаниям о Внерубежье. А ты вчера опять напился? – Изветен посмотрел на Горена с улыбкой, выражавшей не осуждение, а сожаление.

Он сделал какой-то жест рукой перед глазами Горена, поднял руку у него над головой, снова опустил к глазам и щелкнул пальцами.

– Твое пьянство не имеет ничего общего с процессом познания, ты пьешь от страха. Перестань себя обманывать, и тебе станет легче.

Горен откинулся на бревенчатую стенку за спиной и выдохнул:

– Уф… Спасибо.

Очевидно, поблагодарил он магнетизера не за полезный совет.

– Ради избавления от головной боли стоит выслушать и немного нравоучений… – пожал плечами Изветен. – Кстати, пирамидон тоже отрава, если пить его ежедневно.

– Отец пил абсент и опий, – сказал Горен.

– Не все, кто пьет абсент и опий, могут слышать Внерубежье. И не каждый, кто слышит Внерубежье, пьет абсент и опий. Не вижу связи. Простите, судья, я считаю своим долгом повторять этому юноше одно и то же – может быть, когда-нибудь он меня услышит.

– Скажите, а Горен-старший в самом деле слышал Внерубежье? – спросил Йера.

– Сомневаюсь. И его нелепая смерть никак с этим не связана, его убило вовсе не Внерубежье.

– Я просматривал материалы дела и говорил с детективом, который его вел, – нет причин считать его смерть насильственной.

– Я не верю во внезапный параноидный психоз Югры Горена. Югра, конечно, нормальным не был, но видения от реальности отличал. Очевидно, умереть ему помогли.

Горен-младший никак не отреагировал на эти слова, наверное, слышал их и раньше.

– Но… как? – поразился Йера – утверждение прозвучало слишком твердо. Впрочем, этот человек внушал доверие именно своей твердостью, уверенностью (но не самоуверенностью). Несмотря на некоторую его иронию, Йера пока не видел ни малейшего повода сомневаться в его словах. У магнетизера были умные глаза и спокойное лицо, он смотрел на собеседника долгим открытым взглядом, и это тоже располагало к доверию.

– На вопрос «как» ответить нетрудно, а ответа на вопрос «почему» я не знаю.

– И… как же?

– Есть немало способов внушения, которые помогут отправить человека на тот свет. Ну а уверенность Горена в предсказаниях собственной смерти играет на руку внушающему. И… судья, я прошу вас, не вставайте, пока я не скажу «можно встать», хорошо? – Магнетизер вышел из-за стола и отдернул ситцевую занавеску на маленьком окошечке – она крепилась на натянутой веревке. – В отличие от Грады, я считаю, что причина смерти Югры Горена скорее связана с его работой в Ковчене и никак не касается откровений, которые ему якобы являли Внерубежье и Исподний мир.

– Но, насколько я понял, Горен ушел из Ковчена за два года до смерти…

– Дело в том, что он с каждым днем все больше пил и все больше болтал. Насколько я понял, в Ковчене он работал над каким-то секретным проектом, давал подписку о неразглашении. Возможно, причина в этом. – Изветен вернул занавеску на место, выдохнул и сказал: – Ну вот, теперь можно встать.

Йера с облегчением поднялся и даже потянулся. И только потом в недоумении огляделся по сторонам – Горен смотрел на него с усмешкой.

– Зачем вы встали, судья? – улыбнулся магнетизер. – Разве вы собирались встать? Замечу, я не смотрел вам в глаза, не делал пассов, не погружал вас в транс. Так вышло и с Гореном.

– И что, любого человека можно заставить делать то, что он делать не собирался? – Йера сел в полной растерянности и даже в страхе.

– Нет, определенно не каждого. Но многих, да… Принудить человека… скажем, броситься со скалы сложней, чем заставить встать из-за стола. Но это возможно. То, что проделал я, – простейший трюк, это умеют даже уличные мошенники. У чудотворов есть специалисты совсем другого уровня и знаний.

Пожалуй, стало понятно, почему Изветен так неохотно отвечал на вопросы полиции и почему кому-то не хотелось, чтобы он на них отвечал…

– Вы считаете, что Горена убили чудотворы? – напрямую спросил Йера.

– Необязательно. – Изветен задумался и посмотрел в потолок. – Но очень вероятно. Я же не знаю, почему его убили. А возможность без мотива не многого стоит, вам это должно быть понятно.

– Но в том, что у них была возможность, вы не сомневаетесь?

– Чудотворы когда-то занимались внушением мыслей на расстоянии, была у них такая экстатическая практика, одна из. Ортодоксальный мистицизм рассматривал энергетические потоки как способ влияния на мозг, но прикладной мистицизм что-то не пользуется этими теориями. Зачем? У чудотворов нет в этом нужды, они и так владеют миром. Энергетический удар и солнечные камни – это проще и практичней. Да и способы управлять массами тоже далеки от экстатических практик – это простейшие манипуляции, никаких герметичных наук. Но теоретически…

– Его убило Внерубежье… – упрямо повторил Града Горен.

– Это тоже кажется мне сомнительным. Во всяком случае, я не слыхал, чтобы Внерубежье кому-нибудь что-то внушало. Тут, Града, нет пока ни мотива, ни возможности.

Йера улыбнулся: как тактично и умно магнетизер отбросил версию младшего Горена!

– Но отец же писал о людях, которые служат Внерубежью.

– Я не исключаю, что такие люди в самом деле существуют. Но вовсе не потому, что Внерубежье им что-то внушает. Тут твой отец прав: это природа человека, потребность служить своим страхам. Или, если взглянуть поглубже, инстинкт разрушения и саморазрушения.

– Отец называл Внерубежье разумной силой.

– Он выражался фигурально. Я не отрицаю, что Внерубежье обладает сильным эгрегором, возможно, превосходящим по силе эгрегор Предвечного, и способно порождать некоторые мыслеобразы. Но понятие эгрегора бессмысленно вне человеческого разума, и собственного разума Внерубежье, очевидно, иметь не может.

Йера очень мало понял из слов магнетизера – вдруг показалось, что эти двое просто дурят ему голову, нарочно разыгрывая перед ним представление.

– Отец предсказал появление Врага! И об этом он узнал от Внерубежья!

Магнетизер посмотрел на Горена снисходительно и улыбнулся:

– Появление Врага предсказал Танграус.

– Отец говорил, что Откровение Танграуса – это чушь. Что никакие крылья свод поколебать не могут.

– Ага, а еще он говорил, что никакое чудовище из Исподнего мира не явится и что магнитогородский рудник скоро закроют, из-за чего твой дядюшка начал покупать руду в другом месте и едва не разорился, – усмехнулся Изветен. – И еще он говорил, что Лудона потечет вспять и затопит Брезен, даже писал об этом в городской совет Брезена с требованием оповестить население. А еще что свод обрушится по воле юной девушки, рисовал ее портрет и предлагал разместить его в газетах, чтобы опознать виновницу трагедии заранее. И если бы он был чуть-чуть трезвее, когда все это говорил, писал и обходил газеты, его бы все равно забрали в клинику доктора Грачена, только с другим диагнозом.