Чтение онлайн

– О добрые духи… – ахнула Спаска, поднимаясь с коленей. – Сегодня… Сегодня! Надо сказать… Надо предупредить…

Стража явилась на ее зов немедленно, через несколько минут разбудили начальника – и он примчался, не одевшись толком, хлопая глазами спросонья.

– Нужно сказать Государю. Нужно сказать Милушу, – бормотала Спаска. – Сегодня. Сегодня Вечный Бродяга прорвет границу миров.

– О Предвечный, – покачал головой начальник стражи. – Как вовремя сделали нашу стенку!

Спаска ничего не сказала – она знала, чувствовала, что новая стенка оползет песком, когда в нее ударят вихри из Верхнего мира.

В Хстове знали о грядущем бедствии – Государь назвал его местью злых духов за разрушенные храмы, и стекавшиеся в город мнихи подтверждали его слова, только называли это карой Предвечного и его чудотворов. Стражники храбрились (как, наверное, и все армейцы) – война со злыми духами их не пугала и даже наоборот – поднимала в собственных глазах. Волче говорил Спаске (с восторгом, конечно), что Государь умеет убеждать и вдохновлять. Если бы новая стена не должна была оползти песком, Спаска отнеслась бы к его словам с большим уважением…

Ветра Верхнего мира закручиваются противосолонь, а вихри колдунов – посолонь. Пусть рухнет весь мир, не только стены Хстова, – лишь бы устояла Тихорецкая башня… А для этого мало вихрей всех колдунов Млчаны. Даже если Вечный Бродяга погибнет, прорывая границу миров, Спаска сможет брать энергию у других добрых духов, гораздо больше и быстрей, чем все остальные колдуны.

– Мне нужно туда, в лагерь Милуша… – сказала она начальнику стражи. – Обязательно нужно. Не прямо сейчас, но к рассвету.

Государь не усомнился в предупреждении Спаски (в отличие от Милуша), начальник стражи передал, что за Спаской скоро прибудет карета. Она переоделась в колдовскую рубаху – наверное, в этом не было необходимости, но так было привычней.

Она не сказала Волче, почему ей обязательно надо быть в лагере колдунов, а он решил, что она, как всегда, будет принимать силу Вечного Бродяги.

– Когда-нибудь… Когда-нибудь вы поправитесь, – говорила она ему на прощание, – и победите всех злых духов. Со своим Государем, конечно. И тогда я не буду кидать со стен невидимые камни. У меня отрастет коса, и мы с вами будем жить в своем доме. С нашими детьми. Ведь я разрушила храмы, значит мне можно будет жить спокойно. Правда же, вам это тоже нравится?

– Правда.

– Вы же не хотите, чтобы я кидала невидимые камни, правда?

– Не хочу.

Он сказал так, чтобы ей стало приятно. На самом деле он солгал – Спаска всегда чувствовала чужую ложь. Он подумал о пушках на подступах к замку Чернокнижника (Спаска ощутила прикосновение к холодному гладкому металлу), об их расчетливой практичности – и о том, что невидимые камни Спаски намного сильней бездымного пороха. Ну и пусть, пусть! Пусть он так подумал! Татка тоже заставлял ее учить естествознание. Потому что они не могут жить просто, по-человечески. Потому что этот мир им дороже всего остального… И если несколько часов назад мысли об их любви к миру вызывали жгучую ревность, то теперь Спаска подумала об этом с нежностью: отец говорил, что так правильно. А Волче обязательно нужно, чтобы все было правильно.

– Хотите. – Спаска улыбнулась. – Не нужно меня обманывать: хотите. Ладно, я иногда буду кидать невидимые камни, если вам так надо. Татка говорил, что если не изменять этот мир, он явится на порог твоего дома. И жить нашим детям попросту не придется.

– Да, я слышал. Если не изменять этот мир… Змай умеет сказать просто и в самую точку.

Думать об отце почему-то было больно. И почему-то вспоминались (нет, не вспоминались – представлялись, будто наяву) красные лучи, способные прожигать камень. И почему-то опять в голове стучало: нельзя грезить о мертвых, из этих грез нет выхода…

– Отец, наверное, останется там, в мире Йоки Йелена… Я так думаю… – сказала Спаска – самой себе сказала. И про себя знала, что заранее выдумала удобную и простую грезу, потому что у отца не было никакой причины оставаться в мире Йоки Йелена.

В Тайничной башне оставалось с десяток диспетчеров, поддерживающих связь с железными дорогами, распоряжающихся вездеходами и грузовыми авто, – остальные руководили эвакуацией на местах.

Лифт не работал, и Инде пришлось идти по лестнице пешком. И сначала он поднялся на верхнюю площадку, где двое молодых ребят поддерживали живой огонь.

– Где фотонный усилитель? – спросил у них Инда, понимая, что задает вопрос не по адресу.

Ребята пожимали плечами и переглядывались.

– Здесь стоял фотонный усилитель. Куда его перенесли? – в раздражении повторил вопрос Инда, считая его риторическим. Не добившись ответа, он бегом кинулся вниз, в апартаменты Приора.

Нет, тот не сидел в зимнем саду в окружении попугаев – Инда нашел его в центральной диспетчерской, у телеграфного аппарата.

– Где фотонный усилитель? – перво-наперво спросил он.

– Его забрал Длана, когда выезжал в Торфяной, – невозмутимо ответил Приор.

Инда выругался про себя и продолжил расспросы:

– Где Есен? Где Справлен?

– Они уехали вместе с Дланой.

– То есть в Тайничной башне нет ни руководителя службы управления погодой, ни первого энергетика? И кто управляет аккумуляторными подстанциями?

– Справлен оставил вместо себя помощника, ему выделили телеграфный аппарат – только для распоряжений Дланы.

– Мне нужен его код и, разумеется, приказ принимать и мои распоряжения. Вотан обрушит свод сегодня, – сказал Инда сквозь зубы. – Будьте готовы. А мне в вездеход пусть погрузят малый фотонный усилитель и переносной телеграфный аппарат.

Приор посмотрел на Инду так, будто давно знал о планах Вотана, – грустно посмотрел и грустно улыбнулся.

– Я так и думал. Но… но ведь выхода нет? – спросил он заискивающе.

– Выход есть. У меня в вездеходе лежит документация. И если мы доживем до послезавтра, я предам эти документы гласности. Да, и не верь, что мы не можем удерживать свод еще неделю. Можем.

Приор покачал головой и прикусил губу.

– Кстати, я настоятельно советую всем вам перебраться в Славлену, – заметил Инда. – Если свод рухнет, там будет безопасней.

– Нет смысла. Если свод рухнет, до Славлены Внерубежье доберется лишь на полчаса позже, чем сюда…

Обреченность в голосе Приора Инде совершенно не понравилась.

– Это тебе сказал Длана Вотан?

– Нет, но он намекал, что бегство из Тайничной башни будет выглядеть некрасиво, усилит панику…

– Я еще раз настоятельно посоветую вам уехать, но если вы идиоты, можете следовать совету Вотана, а не моему.