Чтение онлайн

Так вот, там в больнице у ребенка – грудничка я увидел во рту на небе белые бугорки, а это и есть признаки туберкулеза. У ребенка уже во рту и небо, и гортань были покрыты бугорками, как в учебниках патологической анатомии. Педиатр показала мне глаза ребенка: они смотрели в разные стороны. У больного ребенка было косоглазие, как следствие туберкулезного менингита. Ребенок умирал.

Туберкулезный менингит у детей был очень распространен до 50 – 70-х годов ХХ века, так как в условиях низкой бытовой культуры, где дети живут в контакте со взрослыми, больными туберкулезом, и плюющими всюду свою зараженную мокроту, это неизбежно. 30% населения этих северных народов были больны туберкулезом. Средняя продолжительность жизни – 33 года.

Я это вспоминаю, потому, что был поражен разницей между нашей, не очень развитой культурой гигиены и полным отсутствием гигиенических навыков у северных народов.

Но, вспомнив об этом умирающем ребенке, нельзя не сказать отдельно о туберкулезе, лечению которого я посвятил свыше тридцати лет своей жизни.

Туберкулез

Само слово «туберкулез» происходит от латинского «tuberculum» – бугорок, так как болезнь начинается с образования бугорков в пораженном организме, которые потом сливаются и образуют инфильтраты, которые, в свою очередь, распадаются и так далее. Причем, туберкулезом могут поражаться любые органы: кожа, глаза, гортань, кишечник, мозг, кости и так далее.

Позже, когда уволившись из армии, я работал в Гродно в туберкулезной больнице и сам делал анализ заболеваемости туберкулезом. Так вот, если в благополучной Гродненской области заболеваемость туберкулезом в городских условиях была одна из самых низких в республике (34 – 35 на 100 тысяч населения), то в сельской местности заболеваемость всегда была в полтора раза больше, чем в городе. И все это за счет более высокого уровня гигиенической культуры жителей городов. В то же время в тюрьмах уровень заболеваемости туберкулезом доходит до 200 заболеваний на сто тысяч человек.

А что говорить про чукчей и про другие северные народности? Они даже рук не моют никогда, и тело, кстати, тоже.

У нас в Союзе профилактика туберкулеза осуществлялась путем стопроцентного охвата прививками детей, начиная с самого малого возраста и последующих повторных прививок тем детям, у которых иммунитет от первой прививки ослаб. Это была реакция Перке и Манту, когда детей заражали ослабленной туберкулезной вакциной, которая не вызывает заболевания, но создает иммунитет против заболевания.

Когда-то таким же образом сумели победить оспу: делали детям прививки, следы которых остались у нас на плечах.

Но в развитых странах, где туберкулеза практически нет, никаких прививок от туберкулеза никому не делают. Поэтому с прибытием в Израиль эфиопов из Африки случаи заболевания туберкулезом появились и в Израиле.

Но вернемся из теплого Израиля в заполярную Хатангу.

Полярные день и ночь

Помню, что однажды мы приехали в Хатангу и в сентябре мороз был уже 27 градусов, хотя еще светило солнце и до наступления полярной ночи оставалось достаточно времени.

Полярная ночь царит за полярным кругом с ноября до конца января. В это время только днем, часов в 11, чуть-чуть светлеет, как бывает перед рассветом. А потом опять наступает темнота.

В конце января, у нас это случалось 27 января, солнце впервые показывается над горизонтом. Северные народы этот день называют «День Солнца» и каждый год отмечают этот праздник. В этот день они танцуют вокруг воткнутого в снег шеста, которым погоняют оленей. Потом день становился длиннее и с мая солнце уже совсем не заходит и только катается по небу у горизонта.

Летом солнце светит и днем и ночью. Солдаты в такое время спать совсем не хотят и могут гонять футбол в два часа ночи. Для того, чтобы соблюдать режим в летнее время по моему предложению в казарме сделали темные шторы, и на ночь, чтобы было темно, завешивали окна и не пускали ночью солдат из казармы.

Полярное лето довольно теплое, но лето в Арктике - очень короткое время года. Температура летом может достигать 27 – 30 градусов тепла, но в это время города на севере очень много мошкары. Чтобы избавиться от насекомых, на лицо приходилось надевать сетку от комаров и носить плотную одежду. В частности, женщины на севере никогда не ходят с голыми ногами, а всегда надевают брюки.

Помню, я раз пошел порыбачить на реку. Рыбы в северных реках всегда было очень много.

Чтобы мои руки не искусала мошкара, я надел перчатки. Но чтобы надеть червя на крючок мне пришлось снять перчатки и мои руки тут же покрылись слоем мошкары да так, что рук не стало видно. И я ушел, не получив от рыбалки никакого удовольствия.

Жизнь и здоровье

Конечно, Арктика в нашей жизни оставила глубокий след и необычные воспоминания. Условия нашей жизни были необычными: холод, отсутствие каких-либо удобств, отсутствие свежих овощей и фруктов. В таких условиях, когда молодой врач действует в одиночку, легко можно было сломаться. Тем более, что врач всегда имеет дело с бесценными понятиями – жизнь и здоровье.

Мне сейчас отрадно вспоминать, что в трудных с медицинской точки зрения ситуациях я не терялся, принимал верные решения и правильно действовал.

Трагический случай произошел в день моего первого посещения медпункта.

Прием вел врач, который служил в Хатанге до меня и который вскоре должен был уехать «на материк». Я же присутствовал в санчасти как новый, но пока еще будущий начальник. На приеме было очень много солдат, с различными жалобами, но среди них немало было и симулянтов.

Но вот пришел скромный солдат, стал жаловаться, что ему очень плохо. Доктор осмотрел его, ничего не нашел, дал ему таблетку пирамидона и велел придти завтра. Я сказал врачу, что надо бы его оставить в медпункте, чтобы он был под наблюдением. Но врач сказал, что свободных мест нет, потому что в стационаре всего 10 коек. Я же посоветовал выписать кого-нибудь, например, больного с гастритом. Чем ему поможет лежание в санчасти?

Но, поскольку я еще не принял дела, то в вопросах лечения я был пока посторонний. Этого солдата все же отправили в казарму и ночью он умер. Меня тогда не посчитали виновным, так как я еще не приступил к работе, но парторг все же сказал, что Осиновский начал свою работу со смертельного случая.

Кстати, на вскрытии, которое проводил опытный врач Суховой из районной больницы, не было обнаружено никакой патологии. Я тоже был на вскрытии. Больше у меня смертельных случаев не было никогда.

Хотя много лет спустя, когда я работал в Гродно начальником туберкулезного отделения госпиталя, был тяжелый случай, когда у солдата в казарме началось кровотечение из горла и до госпиталя его не довезли. На вскрытии обнаружили запущенный туберкулез легких, а из документов установили, что погибший два года не проходил флюорографию. Это был единственный случай гибели больного туберкулезом на территории моей врачебной ответственности, в гибели солдата я не был виноват, но этот случай позволил нашему окружному фтизиатру Маруашвили говорить, что у Осиновского солдаты от туберкулеза умирают в казарме. Но если бы больного тогда довезли живым, я думаю, что он бы остался жив. У меня были потом случаи и потяжелее, но я всех спасал.