Чтение онлайн

— Достаточно, — сказал он, закрывая глаза, — что-то я с вами устал, господин советник.

Советник продолжал еще, по инерции, говорить, но Фома его не слушал, с блаженной улыбкой считая трещины на потолке. С этой улыбкой он и проснулся под пристальными взглядами Доктора и секретаря.

— Извините, господа, в доме скорби манная каша, — поделился он с ними, охорашиваясь от сна и с удивлением замечая, что Танер его не любит.

— Может быть, нас здесь тоже покормят или хотя бы кофе принесут? — спросил он еще, чтобы отвести от себя слишком пристальные взгляды.

— Кофе заказан, — был сухой ответ.

Оказалось, не прошло и пяти минут.

Его превосходительство государственный советник сэр Торонтел Меркин появился вместе с кофе. Неожиданно отворилась потайная дверь, ворвался уже знакомый шум и гомон недалекого веселья и в кабинет вошел высокий, лысоватый мужчина с брезгливым выражением лица. Фома с искренним сожалением узнал в нем клиента своего дурдома, того что снился.

Секретарь поспешно вскочил:

— Ваше превосходительство, господа Джулиус и Томас, странствующие рыцари!

Доктор и Фома молча кивнули головами, причем Фома не преминул справиться о здоровье его превосходительства. Советник недоуменно посмотрел на своего помощника, тот едва заметно пожал плечами и сделал такое выражение лица: мол, не обращайте внимания, ваше превосходительство, я от него еще и не такое слышал!.. Доктор, в свою очередь, тоже быстро взглянул на Фому: ты с ума сошел? — спрашивал его взгляд. — Это уже не трактир!

«Доктор, здесь одни сумасшедшие!» — ответил ему Фома ясным взглядом. После перекрестного обмена взглядами беседа возобновилась. Советник витиевато, хотя и несколько надменно поведал им о безграничной благодарности короля и о сожалении последнего, что не может сам лично передать эту благодарность — дела. Но он просит господ странствующих рыцарей быть завтра у него на обеде, устроенном в их честь, на котором его величество сможет выразить все те чувства, которые переполняют его.

Доктор в том же духе, церемонно, поблагодарил его величество в лице советника за оказанную честь и сказал, что они счастливы принять это милостивое приглашение. Фома присоединился к словам своего товарища, присовокупив только, что изумлен способностью его величества работать в глухую ночь под такую разнузданную музыку, что доносится до него. Он кивнул в сторону потайной двери. Последовал еще один обмен взглядами. Фоме все это надоело.

— Я бы хотел знать, после того, как получил благодарность его величества и сожаление о том, что встречи сегодня не будет, можем ли мы с моим другом рассчитывать на отдых?

— Конечно, господа! — хмыкнул советник. — Но прежде, все-таки позвольте узнать, кто вы такие и откуда? Насколько я понимаю, вы у нас впервые?

— Впервые, — подтвердил Фома. — Мы, как правильно заметил ваш помощник, странствующие рыцари, ищем, так сказать, счастливую дольку.

— И откуда вы?

— Послушайте! — возмутился Фома, не придумав, что на это сказать. — Это что, допрос? Я согласился с тем, что ваше величество бессмертно, но не любит говорить о своем здоровье! Хорошо, бессмертно так бессмертно, но всему есть предел!..

Он возбужденно прошелся по кабинету.

— В конце концов, мы оказали вам услугу и немалую, насколько я понимаю! Причем здесь — откуда? Разве вы спрашиваете у доктора, откуда он взялся, когда он спасает вам жизнь?.. Откуда?.. Оттуда!..

Фома махнул рукой вверх: с потолка, мол… — и исчез.

Советник и его помощник судорожно переглянулись, потом посмотрели на Доктора. Так они стояли в молчании, друг против друга.

— Господин Джулиус! Что происходит? — не выдержал советник.

Его изумление постепенно переходило в возмущение.

— Его нельзя волновать, он выходит из себя! — меланхолично сказал Доктор.

— Что это за фокусы? Немедленно верните его обратно!

— Хорошо, господа, он вернется, а пока обсудим наши дела…

Дома Фома обнаружил красочную открытку с двумя огромными золотыми кольцами и похожими на розовых молочных поросят купидонами. Это было приглашение на свадьбу Ирины. Ну вот и все, подумал он, последний человек, который меня терпел. Через некоторое время зазвонил телефон. Звонила Ирина.

— Как сегодня? — удивился он. — Когда?.. Через два часа?!

Он повертел открытку: действительно сегодня, в шестнадцать ноль-ноль, состоится торжественная церемония бракосочетания, за которой воспоследует банкет, посвященный этому радостному событию.

— Да, да, — рассеянно отвечал он. — Я только сейчас ее увидел.

— А где ты пропадал эти три недели, я тебе каждый день звонила? — кричала Ирина в трубку.

— Где?.. — Фома удивился: какие три недели? — Там же, где и всегда.

— Не было тебя в баре!

— А ты уверена, что мне надо приходить? — спросил он.

— Фомин, ты негодяй! Ты будешь последним подлецом, если не придешь на самый светлый праздник моей жизни! — предупредила Ирина.

— Ну, а жених-то тоже так думает?

— Причем здесь жених? Это же моя свадьба!

— А, извини, я не знал! Но он-то хоть приглашен?

— Фомин, ты подлец! Если ты испортишь мне и этот праздник, я сама к тебе приеду!.

Кажется, Ирина начала утро с шампанского, что было очень романтично, или еще не оправилась от девичника, — но в любом случае с ней вот-вот могла начаться истерика.

— Хорошо, хорошо! Буду!.. Только не открывай вторую бутылку и ни в коем случае — коньяк! — попросил он, чувствуя, как Доктор «тянет» его обратно.

— Извините, господа, меня пригласили на свадьбу! — объявил Фома, вновь появляясь в кабинете государственного советника.

— Ирина сподобилась, — пояснил он Доктору, и обращаясь ко всем сделал заявление:

— Теперь я свободен, господа!..

Не дождавшись поздравлений, он деловито поинтересовался:

— Итак, на чем мы остановились?

— Мы остановились на мастере игрушек Фэе и Джофраиле, — сообщил ему Доктор.

— Не так ли, ваше превосходительство? — повернулся он к советнику.

На этот раз советник пришел в себя быстрее. «Черт знает что!» — было написано на его лице.

— Так вот, — продолжил он прерванный полетами Фомы разговор, взглянув на виновника, как на последнего шалопая и пакостника.

Интересно, что Док наплел им про меня, подумал Фома, прислушиваясь к разговору.

— …один из самых опасных смутьянов королевства. Он терроризировал местное население в течение нескольких лет, пользуясь обстановкой военного времени… был неуловим… небольшая банда… множество пособников в городах и деревнях, которые всегда и вовремя предупреждали его об опасности…