Чтение онлайн

Своей жертвой я выбрал подслеповатого седого самца, блаженно греющегося на солнышке отдельно от всех остальных сородичей. Я обогнул основное стадо по широкой дуге, чтобы ненароком не привлечь внимание животных, и начал осторожно подходить к матёрому зверю. Вроде шагал я медленно и даже бесшумно, однако седой самец ещё издали меня обнаружил и принялся широко и шумно раздувать ноздри, а также водить ушами. Я запоздало сообразил, что ветер дует на зверя с моей стороны, и меня похоже выдаёт запах пота, особенно сильный после многочасовой утренней тренировки и долгого утомительного махания мотыгой в яме. Что ж, раз зверь меня обнаружил, пытаться действовать скрытно никакого смысла больше не было.

— Да, да, я пришёл по твою душу, — проговорил я негромко, чтобы только седой самец мог меня услышать.

Дугар меня действительно услышал и развернулся на голос. Помотал огромной рогатой башкой, пытаясь рассмотреть наглого человека своими подслеповатыми глазами, после чего шаг за шагом начал медленно двигаться в мою сторону. При этом остальные дугары никакого внимания на происходящее возле престарелого сородича не обратили и продолжили блаженно греться или рвать зелёные ветки. Именно то, что нужно! Я повёл старого самца за собой, выдерживая дистанцию и иногда голосом подправляя его направление, если мой преследователь сбивался с курса.

Пару раз старый носорог останавливался и похоже намеревался вернуться обратно к стаду, но в такие моменты я начинал действовать активнее — громко топал или шаркал ногами, повышал голос, даже швырялся в зверя камнями. И лишь когда мы удалились от стада на приличное расстояние, я совсем перестал скрываться и уже вовсю покрикивал на дугара, а в конце перед самой ловушкой и вовсе рискнул подойти в упор к почему-то остановившемуся зверю и пнул его ногой по морде. Этого хватило, чтобы взбешённый носорог взревел и бросился на наглого обидчика. Я еле увернулся и поскорее отбежал, но затем снова продолжил дразнить зверя.

Наконец я остановился на противоположном краю замаскированной ямы и громко крикнул. Дугар, до этого потерявший было меня и решивший возвращаться, моментально развернулся и решительно бросился на голос. Разложенные поверх ямы ветки не выдержали груза многотонного тела, и… вой боли старого самца прокатился по долине, когда сразу десять острых кольев вошли в брюхо огромного животного. Я подошёл ближе и убедился, что выбраться из ловушки умирающий зверь уже не сможет. Затем с тревогой обернулся и посмотрел на оставшееся стадо, но там встревоженный воем самец-вожак наоборот спешно отводил своё семейство подальше от опасного места. Отлично! У меня всё получилось! И даже мантию-невидимку не пришлось использовать!

Ко мне с вершины холма спустились молодые орки, дружно восхищаясь моей храбростью и наперебой рассказывая, насколько же они переживали за своего наставника во время охоты. Мой авторитет в глазах парней резко вырос, и все дружно хотели завтра продолжать занятия с человеком. Очень довольный собой, я присел на край ямы и свесил туда ноги. Посмотрел на постепенно затихающего, но ещё изредка подёргивающегося в предсмертной агонии дугара и проговорил негромко.

— Хуго, предоставляю тебе честь добить такого шикарного зверя. Вбей ему острый кол в основание шеи и прекрати мучения. Остальные же, зовите жителей посёлка. Пусть снимут шкуру и разделают зверя на мясо. Сегодня вечером, как я вчера и обещал, в племени Жёлтой Рыбы будет отменный ужин!

Всего один день прошёл, но насколько же изменилось ко мне отношение обитателей поселения Жёлтой Рыбы! Вчера для членов племени я был невесть откуда взявшимся человеком-чужаком, к которому относились очень настороженно. Сегодня вечером те же самые орки со мной уже общались, как с лучшим другом, меня поздравляли, а некоторые даже восхваляли. Объяснение таким разительным переменам было совсем простое: мяса с крупного дугара было снято столько, что его хватило бы полусотенному племени на две или даже три седьмицы, если бы его удалось сохранить столько времени. А потому орки решили, что начавшаяся ещё в середине осени чёрная полоса в жизни племени наконец-то закончилась с появлением у них человека, и начались хорошие времена.

Про хранение мяса я отметил вовсе не случайно. Дело в том, что из всех способов сохранения портящихся продуктов орки знали лишь помещение в ледник в зимнее время года или засолку. Льда в это время года уже не осталось, с солью же был сильнейший дефицит, как и со многими другими необходимыми для жизни товарами. Соль выменивали при случае у соседей-орков, которые вели торговлю с людьми. Ещё какая-то часть поступала из племён с юго-запада, где по слухам имелось пересохшее озеро, где эту соль и добывали. В любом случае, достать соль было крайне проблематично, а потому мой рассказ о копчении мяса или рыбы для вкуса и лучшего хранения был воспринят орками с большим энтузиазмом, и ремесленники уже завтра намеревались построить коптильню.

Стоило мне лишь заикнуться о том, что ночью было холодно, как нашлась и целая гора сена для лежанки, и несколько шкур, чтобы ими укрываться. А когда я признался, что из всех видов оружия лучше всего владею копьём, нашлось даже копьё для меня. Плохонькое правда, с дрянным наконечником и слишком тяжёлое для использования человеком, но это было всяко лучше чем ничего.

Подошёл ко мне после ужина даже сам вождь племени Дых Белый Зуб. Для начала поздравил с удачной охотой и сохранением головы. А потом задал странный вопрос, претендую ли я на рог дугара, который по закону полагается главному охотнику, больше остальных сделавшему для добычи ценного зверя. Я сперва думал отказаться, поскольку не видел в таком трофее никакого смысла, но потом всё же поинтересовался у вождя и присоединившегося к нашей беседе шамана, зачем этот рог вообще нужен. И резко изменил своё решение, поскольку выяснил, что из твёрдого и прочного словно сталь рога дугара орки не только вырезают всякие декоративные безделушки, но и делают самые лучшие свои клинки, а также наконечники копий, нисколько не уступающие творениям самых искусных кузнецов эльфов или людей. Я объявил, что в таком случае часть рога мне нужна, и я хотел бы сделать из неё наконечник копья, форму которого сам нарисую мастеру. На остальной же материал совершенно не претендую, и он может пойти в качестве оплаты мастеру за труд.

Подходили ко мне и «мои» ребята из отряда, которые сегодня купались в славе среди соплеменников. Сперва Фых привёл свою мать, и немолодая орчиха интересовалась, сколько могут стоить услуги человеческого лекаря, который исправит неровную верхнюю губу её сына. Ответа я не знал, но пообещал при первой же возможности, как только встречу людей и заведу с ними знакомство, прояснить этот вопрос. Ради счастья сына женщина была готова на всё и даже намекнула, что у неё в тайнике припрятано что-то крайне ценное, что возьмёт любой человеческий маг.

Потом побеседовать с наставником пришла целая группа орочьей молодёжи, и Хуго признался, что в первый раз с прошлой осени наелся сегодня досыта. Потому как, тут парень осмотрелся и убедился, что наш разговор посторонние не подслушивают, криволапый Дубых Крепкий вообще ничего не смыслит в охоте и его сделали главой охотников лишь из-за того, что он сын вождя. Сегодня, кстати, охотники снова вернулись ни с чем — и вражеских разведчиков из племени Синей Рыбы упустили, и никакого зверя за весь день не добыли. Так что если бы не наш успех, сидело бы племя вновь голодное.

— А чем займёмся завтра, Альвар? — полюбопытствовал громко один из парней, и я внезапно обнаружил, что все голоса вокруг стихли, и собравшиеся возле костра орки ждут моего ответа.

Вообще-то сначала я намеревался ответить, что завтра будет самый обычный день — тренировка утром, потом обед, затем снова тренировка. Но понял, что вовсе не такого скучного ответа ждут от меня орки племени Жёлтой Рыбы, увидевшие во мне надежду на улучшение своей жизни. И ответил совсем другое.

— С утра и до полудня будет тренировка, но потом вы все отправитесь отдыхать и отсыпаться до самой темноты. Потому как завтра ночью у нас в планах налёт на вражескую кузницу, а к этой опасной операции нужно подходить со всей серьёзностью!