Чтение онлайн

– Может, он украл ключ на будущее?

Рыбкин фыркнул.

– Ангелы, по-твоему, идиоты, чтобы не поменять замки после кражи ключа? А вор – кретин, чтобы не понимать этого?

– Ты меня только что косвенно дурой назвал, получается? – Инга всплеснула руками.

– Даже лучшие из нас иногда тупят, – нетерпеливо отмахнулся Феликс. – Если вора в хранилище не окажется, я с распростертыми объятиями встречу там астиномов и удалюсь в закат.

– Но тебя все равно накажут за вмешательство без лицензии! Привычка делать, как вздумается, тебя однажды погубит! Ты что, хочешь вернуться обратно в…

– Хватит катастрофизировать! – перебил-огрызнулся Феликс.

– …Чем дольше вы болтаете, тем большую фору даете вору, – пробормотал я.

Я и не надеялся, что меня услышат. Влезать в чужие споры никогда не казалось мне хорошей идей, а тут я и вовсе особо не имел на это право: ведь я был новичком – эдаким унылым котенком, перед который ревели друг на друга два тигра магического мира.

Тем не менее, оба резко пристыженно замолчали.

– Я за преступником, – кивнул Феликс.

– Я с тобой, – сказал я.

Во взгляде Рыбкина проступило явное сомнение. Еще бы: пока что я совершенно бесполезен в бою. Чтобы убедить напарника, но при этом не опозориться в глазах Инги, я наклонился с нему и шепнул.

– Если что, просто вызову тебе целителей, окей? Как говорится, с паршивой овцы хоть шерсти клок.

Он подавил смешок.

– Ты пугающе самокритичен, Женя. Ладно, погнали!

Мы рванули к воротам Академии. Темные сады, скульптуры, фонтаны, мерцающие арки – всё это выныривало из облака нам навстречу и таяло в нём вновь. Мне казалось, что я в компьютерной игре.

Когда сбоку вдруг вынырнула хищная фигура в черном, я чуть не заорал. Но оказалось, что это всего лишь Эрантис.

– Ого, – присвистнул Феликс, не сбавляя шага. – Ты оставил свою госпожу одну, серьезно?

– Она приказала помочь.

Дворецкий бежал куда плавнее, чем мы. Казалось, он едва касается земли. Я вдруг понял, что Эрантис напоминает мне ласточку – из-за этой легкости и фалд его темного фрака.

Вскоре из белой мглы проступили очертания массивного здания. Его купол напоминал бутон тюльпана, каждый лепесток украшала изысканная резьба. Но на этом изящество заканчивалось: стены были очевидно толстыми и неприступными – никаких окон в пол, никаких витражей – только узкие бойницы, в которые не пролезет и рука мужчины.

Вокруг здания вились крохотные огоньки – их были тысячи! Я решил, что светлячки, но в этот момент все огни разом потухли, и Феликс ахнул:

– Кто-то отключил сигнализацию! Ребята, поднажмем!

Входные двери были приоткрыты. Один за другим: сначала Рыбкин; потом слабое звено (я); наконец, Эрантис – мы прошмыгнули внутрь.

Мы миновали несколько небольших залов, прежде чем попасть в огромное помещение со сводчатым потолком. Зал Мириадов Эхо встретил нас пугающим звуковым эффектом: казалось, будто тысячи голосов одновременно шептали что-то. Зал опоясывала балюстрада; пол из белоснежного мрамора отражал слабый свет магических сфер, парящих прямо в воздухе на разной высоте. В каждой из них хранилось какое-то оружие: мечи, секиры, посохи, кинжалы…

Все это было похоже скорее на смесь музея и храма, чем на хранилище.

Когда мы вбежали, преступник в темно-зеленой мантии стоял возле одной из сфер. В ней, за её переливающимся колдовским щитом, я увидел изогнутую широкую саблю. Если не ошибаюсь, такие называют абордажными.

Вор держал пальцы в особой магической печати. Явно повинуясь его приказу, полупрозрачный сюрикен фиолетового цвета с шипением взрезал защитную сферу вокруг сабли. Защитная сфера шипела и брызгала искрами, но поддавалась.

Примерно также обычные воры в сериалах вырезают дырки в стеклах ювелирных магазинов.

К моменту нашего появления вор уже почти завершил свое дело. Огромный кусок защитное сферы с шипением выпал на пол одновременно с тем, как Феликс кинулся к преступнику, сбил его с ног и повалил на пол.

Тот упал, и наколдованный им сюрикен растворился в воздухе.

Соскользнувший во время падения капюшон открыл шокирующий факт: на полу лежала девушка. Поняв это, Феликс слегка ослабил хватку – но зря. Воровка тотчас изо всех лягнула его, вскочила на ноги и собиралась метнуться прочь, но тут её остановил уже я.

К собственному, кстати говоря, немалому удивлению.

«Моё тело двигалось само», – как любят говорить герои.

Я схватил девушку за локоть, что дало ей прекрасную возможность мгновенно развернуться и как следует врезать мне кулаком свободной руки. К счастью, это была левая рука – на пальцах правой я успел заметить кастет. Впрочем, и без него удар оказался ужасно сильным.

Я взвыл, уже «предвкушая», как погано на мне будет смотреться сломанный нос, и был готов к тому, что преступница удерёт, но… Она не вырвалась, а вместо этого пораженно вскрикнула.

Оказывается, её дезориентировал тот факт, что с меня от удара слетел парик.

Колючее розовое безобразие, чем-то похожее на болонку, с тихим шлепком упало на пол. К такому сюрпризу воровка не была готова: секунды промедления хватило, чтобы Феликс вновь схватил её.

Эрантис, как ни в чем не бывало, продолжал вежливо ждать у колонны.

– Мы ведём себя крайне не по-джентльменски, но сложные обстоятельства требуют соответствующих мер, – выдохнул Рыбкин, со спины удерживая преступницу, испуганную и злящуюся одновременно. – Кто вы? Зачем вам это оружие?

– Так я вам и сказала! – рявкнула она.

Потом зло глянула на Феликса, на меня, на Эрантиса, и… Разрыдалась.

Она ревела, как теленок. Выла, утопая в слезах и соплях: хорошая акустика разносила ее рыдания по всему залу.

Сказать, что мы обалдели от такого поворота событий – ничего не сказать.

Я, вытащивший из кармана салфетку и планировавший приложить ее к собственному окровавленному лицу, в итоге протянул её девушке.

– Возьмите, пожалуйста. И не плачьте, всё будет хорошо.

Это было слегка глупо с моей стороны, ведь взять салфетку злоумышленница не могла: её отведенные назад в локтях руки крепко держал Феликс. Но я не мог не попробовать помочь ей!

– Если я отпущу вас, вы больше не будете вырываться? – с легким вздохом спросил Рыбкин. – Все равно вон тот парень в черном догонит вас, если вы попробуете убежать. Нет смысла. Правда.

Девушка, сжав зубы, кивнула. А потом, освобожденная, сама выхватила у меня салфетку и громко высморкалась.

Феликс в это время скользнул взглядом по табличке, сопровождающей саблю. Его глаза расширились, и он воскликнул: