Строптивая в Академии. Практика истинной любви
Шрифт:
Видимо, в этом и состоял их ритуал — кровь и особый набор слов. Что ж, не худший вариант. Ради возвращения дракона, Вэйд и сплясать готов.
Воины не были дураками. Их ритуал отличался удобством, для его проведения необязательно было находиться рядом. Но он и Диондра — другое дело, где-то они накосячили. Их оправдывает лишь одно — они не знали, что создают какой-то там ритуал.
Вэйд откинулся на спинку дивана. Вроде все понятно, но ничего не ясно. Итак, у них с Диондрой есть свой ритуал, раз произошел обмен. Они его создали, сами того не подозревая.
Остался сущий пустяк — понять, в чем состоит конкретно их ритуал. И заодно придумать, как потянуть время, чтобы Диондра оставалась с ним подольше.
Кто вообще сказал, что нельзя получить сразу обоих и девушку, и дракона? Вэйд все-таки Даморри. А значит, правила, ограничения, мораль и прочая ерунда для него не существует.
— Ты уверен, что это не поцелуй? — все сомневалась пташка.
Они уже с полчаса обсуждали прочитанное. Вэйд привык, что с Мороком можно говорить обо всем. В его отсутствие Кати неплохо справлялась с ролью собеседника. Надо только следить за тем, чтобы она не разболтала ничего Диондре. Это проще простого, достаточно не призывать ее при хозяйке.
— Точно нет, — ответил Вэйд. — Мы уже его пробовали, забыла? Не сработало.
Вэйд потер лоб. Надо вернуться в библиотеку и глубже изучить ритуалистику. Возможно, там что-то натолкнет на дельную мысль.
— Пошли скорее расскажем все Диондре, — воодушевилась пташка.
— Не сейчас. Сначала сами разберемся, почитаем что-нибудь по теме.
— Значит, в библиотеку?
— Позже. У меня есть другие дела. Я все-таки куратор курса.
— Мне кажется, или ты нарочно затягиваешь процесс? — заподозрила она.
— Придумала тоже, — фыркнул Вэйд. — С какой стати мне это делать?
— С той, что ты боишься потерять Диондру. Мне можешь в этом не признаваться, но признайся хотя бы себе.
Вэйд передернул плечами. Вот ведь пристала! Да признался, он признался. Прошел уже все стадии отрицания и понял, наконец, что его влечет к девчонке. Невыносимо, болезненно. Но что толку, если ей плевать? Как же невероятно он влип!
И времени в обрез. Еще немного — и Диондра начнет задавать неудобные вопросы. Почему ответ из архива идет так долго, сколько ждать и все в подобном духе. Надо ускориться, как-то приучить девушку к себе, а еще лучше — приручить.
Взгляд скользнул по дивану, и Вэйд поморщился. Опять ему спать одному. Хотя… Он хмыкнул. Нет дивана — нет проблем.
Часа не прошло, как диван по его приказу вынесли из комнаты. Теперь ему негде спать. Разве что с Диондрой на кровати.
— Что ты творишь? — ворчала пташка. — Хочешь переспать с Диондрой? Тебе нужно только ее тело!
— Ошибаешься, — возразил Вэйд. — Мне нужно ее доверие. Именно его я и добиваюсь.
— Каким образом? Приставая к ней?
— Не стану я этого делать. Но пусть Диондра привыкает ко мне. В том числе физически.
— А сам-то выдержишь? — хмыкнула Кати.
Вэйд поморщился. На этот вопрос у него нет ответа. Но, видимо, он скоро его узнает. На практике.
Он так увлекся, что не успел спрятать письмо. Диондра едва его не застукала. За миг до того, как дверь в коридор открылась, и девушка вошла, Вэйд сунул конверт с содержимым в схваченную со стола книгу, а потом сделал вид, что читает ее. Ненадежный тайник. Надо будет перепрятать, когда Диондра уйдет.
Впрочем, девушке было не до него. Она принесла сущий кошмар, который почему-то назвала бальным платьем. Едва она в обнимку с этим недоразумением скрылась в спальне, как Вэйд одновременно с Кати произнесли:
— Она не может пойти в этом на бал!
Хоть в чем-то они проявили единодушие.
— Надо что-то делать, — разволновалась пташка. — Дия будет посмешищем в этом наряде.
Вэйд был только рад, что Кати забыла о письме из архива, а потому поддержал инициативу. У него имелся личный снабженец в Академии. Не какой-то там студент, а один из комендантов общежития. Через него Вэйд обычно заказывал еду из города, когда столовская надоедала. Когда твои карманы набиты золотыми монетами, не проблема достать что угодно.
— Тебе нужно платье, серьезно? — не поверил снабженец, к которому Вэйд обратился этим же вечером. — Решил сменить имидж?
— Очень смешно, — поморщился Вэйд. — Так ты поможешь или нет?
— Сначала выбери что-то конкретное. Я дам тебе каталог всяких девчачьих штук. Как определишься, приходи. Постараюсь успеть к балу.
Вэйд полагал, что самое сложное — заказать платье. Но нет, намного сложнее было его выбрать. Каталог состоял из множества страниц, на каждой из которых было платье. Спустя двадцать таких картинок у него уже рябило в глазах и раскалывалась голова.
Кати, являясь сателлитом женского пола, вроде как должна была помогать, но она только все усложняла.
— Вот хорошее платье, — Вэйд показал ей наряд, обтягивающий фигуру, как вторая кожа.
— Фу! — отреагировала пташка. — Оно же вульгарное. Дия никогда такое не наденет. Возьми лучше то, пышное.
— В нем она будет похожа на взбитые сливки, — скривился Вэйд. — Ей не пять лет. Давай тогда красное.
— Дия ненавидит этот цвет. Зато любит белый.
— Серьезно? У нас бал, а не свадьба, если ты забыла.
Это продолжалось уже второй час. Они никак не могли прийти к единому мнению. То, что нравилось ему, Кати жестко критиковала. И наоборот. Вкусы у них категорически не совпадали.
— Давай просто откроем страницу наугад и закажем то, что выпадет? — взмолился Вэйд.
— С ума сошел?! Вдруг там будет что-то кошмарное?
Каталог уже заканчивался, остались считаные страницы. Вэйд совсем отчаялся. Столько платьев, и ни одного подходящего! Как такое возможно?
Перевернув очередную страницу, он не ожидал ничего хорошего. Но рука замерла, когда он увидел картинку. Цвет — пыльная роза, с узором в виде цветов, но не навязчивым, а лишь подчеркивающим нежность наряда. Легкая, в меру пышная юбка, обтягивающий лиф без вульгарного выреза и едва наметившиеся рукава, чисто прикрыть плечи. Одним словом, идеально.
— Оно, — выдохнул Вэйд.
— Определенно, — поддержала Кати.
А потом была совместная ночь на кровати. Вэйд все-таки добился своего. И обрадовался. И пожалел.
Он не сомкнул глаз всю чертову ночь! Притворялся, что спит, а сам обнимал Диондру, прислушиваясь к ее размеренному дыханию, и млел от странного, непонятного и совершенно необъяснимого ощущения счастья. Обычно удовольствие ему приносили другие вещи — еда, близость, победа на арене. Тут все очевидно: получил что-то и наслаждайся. А здесь? Ну спит девушка в его объятиях… что в этом такого? И все же он был счастлив. Непостижимо.