Я мнил – мой легкий стих полетом лебединымСквозь грусть минувшего уютом мне пахнул, –Нет, нынешние дни в строю живом, не чинном,Грядущего таят желанный властный гул.И я, как тот «певец – зимой погоды летней»,Готовый по снегу сбирать цветы лугов,Считаю – наш мороз порой тепла приветней, –Так и морской простор желанней берегов.Когда-то лирный звон бывал поэту дорог,А ныне скрип пера – как некий вещий шорох –Предтишье звонкое всего, что впереди.Там – муза дружества (ты прав!), всегда святая.Ей молвлю: радугой надежд перевитая,Пусть лебединою – но песней низойди!7.II.1951. Москва
РАЙМОНДЕ ДЬЕН
Прошло немало дней, но, ярче год от года,Веками устоит в потоке перемен,О, доблестная дочь великого народа,Твой подвиг, молодой – как ты, Раймонда Дьен.На рельсы ты легла – и поезд смерти в пленВзяла твоей рукой бессмертная Свобода,И пусть изведала ты мрак тюремных стен,Вмиг вывела она Раймонду из-под свода.Французик из Бордо, судья оторопел –И встретили тебя ликующей отчизныРукоплескания, и слава – твой удел.Взнесет, как совершен при нас без укоризны,Скрижаль Истории твой подвиг юных лет,А в стройках счастия почтит тебя поэт.
«Сегодня Барсик, мудрый кот…»
Ивану Новикову
Сегодня Барсик, мудрый кот,Гордясь эпитетом котейший,Мне убедительно поет,В чем состязается с КорейшейДля рифмы полной и скорейшей,Но верной и по существу:Свидетельницей назовуБез колебаний – всю Москву.Но – к делу. Вижу вдруг: со шкапаСпокойненько, без суеты,Котейшая спускает лапаЛист за листом. Что за листы?Меж них один, другой листочекНевольно привлекает взглядУзором стихотворных строчек:Знакомый почерк! Я и рад.«Бокал отцов моих кристальный,Под слоем пыли наживнойВ часы, окутанные тайной,Блеснул ты снова предо мной!»Встал предо мною вслед за ГетеПоэт, по нем почтивший смерть,И возле – память о поэте,Дерзавшем руки к ней простерть.А на другом листке помета,Что осень стала у окна,Что лето затерялось где-то –Всё это музою пропето,Что завсегда себе верна.Подтверждено заметной датой –Год девятьсот тридцать второй:Тогда – уж давний завсегдатайДуши поэта светлый строй.Под обаянием былогоЕго храни, люби, жалей,И памяти живое словоДа будет всё светлей, светлей.18.XII.1952. Москва
СТИХОТВОРЕНИЯ, НАЙДЕННЫЕ В СЕТИ (Не вошедшие в бумажное издание «Струн»)
«Беспечен я беспечностью твоею…»
Прекрасен я твоею красотою
М. Кузмин
Беспечен я беспечностью твоею.Я заблудился в свежей, яркой чаще –И вот дышу свободней, глубже, слаще;В душевной тьме тобою пламенею.Вокруг тебя – все, точно ты, блестяще.Но ведь судьба подобна фарисею –Лелея тайно хитрую затею,Меня пьянит все пламенней и чаще:Ведь глубока, как жизнь, моя беспечность;Она и скорби вечное жилище;Миг вечности в ней целостней и чище.И в ней самой – разгадки бесконечность:Слиянье двух миров едва ль не проще,Чем наша встреча в тихой, светлой роще.1905
«Давно я не был в глухом краю…»
Sowandl' ich wieder den alten Weg,
Die wohlbekannten Gassen
Heine
Давно я не был в глухом краю,Где был сегодня снова;Туда пришел я и вот стою, –Не вымолвлю ни слова.Как стало тесно сюда идтиПо улице знакомой:Поникли – серы – на всем путиДома с седой истомой.Но вот до моря уж я дошелС неясною печалью –И сколько волн я там нашелС широкой, нежной далью!Опять уйти бы – да в край другой.Он глуше, край далекий.И там бы встретил меня покойЗадумчивый, глубокий.Там стены улиц еще тесней,Дома так странно низки,Как тесны дали тех юных дней, –Но явственны и близки.И нет там моря, но вот – простор:С гор видишь лес и поле;Не здесь ли призван спокойный взорК широкой, нежной воле?1905
«Испуган ты был не раз…»
Испуган ты был не раз.По ночам удивлен:Бывает кошачий глазНа тебя устремлен.Не лампа шипит сейчас,Не огонь все растет:Блестит то кошачий глаз,И мурлычит здесь кот.Неясный тебе значок,Непонятная вещь –Один тут горит зрачок,Раскален и зловещ.Кот, хитрый, закрыл другой –Не покажет он зла –И спину согнул дугой,И идет из угла.Как черный косматый чорт,Улыбаясь, глядит.Он втайне и зол, и горд,Но приветлив на вид.Все ближе, все больше он…Подошел. Берегись!И ужас со всех сторон…И мурлычит… И – брысь!Спокойно. Огонь горит.Нету больше кота.Один ты. Обычный вид.За окном темнота.Потемки. И вдаль, и ввысь –Без конца глубоки…У ночи – смотри: зажглисьОгневые зрачки.1907
«Как странно с тонким запахом весны…»
Как странно с тонким запахом весны –Предчувствием блаженным <и> отсталым,Повеявшим над городом усталым, –Сливаются загадочные сны.И как они отрадны и грустны!Как вдумчиво с покоем бледно-алымЛаскают душу милым и бывалым,Картинами любимой ст<оро>ны.Как будто осень любящим крыломКоснулась дум и песен о былом,И прояснились жизни очертанья…Как в час заката блеклая листва,Моих стихов приветные словаЗарделись под лучом воспоминанья.1908
ПЕСНЯ
Глаза твои – как небо,А волосы – как лен.Кто раз тебя увидел –Навек в тебя влюблен.Любовь тебе лишь внемлет,Бездумна и чиста:Слова твои как песня,А песня – как мечта.Слеза твоя – как жемчуг,Печаль – как свет луны;Одной сияют росы,Другой вздыхают сны.Я звуками взлелеян,Мечтами утолен;Глаза твои – как небо,А волосы – как лен.1911
«Для Вас когда-то я в Бобровке…»
Анне Петровне Остроумовой
Для Вас когда-то я в Бобровке,При свете звезд иной поры –Поэт сердечный, хоть неловкий –Воспел вечерние костры.И было то давно ль, сейчас ли(Всегда я буду песни петь), –Костры в Бобровке не погасли,Но будут долгий век гореть.Январь 1913
«Как милой Башни сердцу жаль…»
Как милой Башни сердцу жаль,Так жаль и старого альбома.Все в нем так близко, так знакомо.И смех, и самая печаль.Но изменились времена,А песня все ж не стала новой:Стальной, воинственной, суровойИ громкой – будет ли она?Как прежде, голосом душиОна и ныне остается;Пускай же громче сердце бьется,Но и смиряется – в тиши.27 января 1913. Утро, Петроград
«Мне не отведать нового вина…»
Мне не отведать нового вина:Им старые мехи уже налиты.Пусть кровь зальет смущенные ланитыВино стыда – красней вина она.Но мне не в мочь воспрянуть ото сна.Вечернею зарей мечты повиты.Меня к себе, о слава, не зови ты:Уж ты судьбой другому отдана.Меня тревожит любиков смеяньеВ грустилищах томящейся зари.Вечернее, предсмертное сиянье!Гори в душе, медлительно гориТы ждешь меня в пылании закатаО, сладкая богиня <?>! О Геката!<1908>