Чтение онлайн

Бросилась к телефону. «Стоматология Денталь» – высветилось на экране. «У вас номерок на завтра, напоминаем…»

Вот тебе и ответ. И утрись. Лиля даже расхохоталась нервно. Мир подал знак, но как цинично! Вышла с сигаретой на крыльцо, солнышко грело нежно. (Каким бы ни было лето, оно всё равно лучше. Можно жить, когда всё зеленое,и солнце светит. Когда нет белого савана…)

«Всё!» – мысленно кpикнула она, незнамо, к ому обращаясь.
– «Это было последней каплей, я больше не стану верить ни во что, ни в кого!»

Вернувшись домой, решила позвонить Неле – теперь они общались почти ежедневно. Но на экране висел пропущенный звонок, обозначенный любимой фамилией. Некоторое время она любовалась экраном, удерживая себя от дикого желания расцеловать телефо. Затем набрала номер.

Проговорили почти час, ни о чём, собственно. О ценах в «Дентале», о том, какие бывают коронки, и что они собой представляют. Перешли на пластиковые окна. Она согласна хоть о чём – с ним, если он говорит об этом. К тому же он о любых вещах говорит так, что она может слушaть и воспринимать – на её языке. Если конкретика и быт, – то мало и односложно: совет в пару слов. Он не сыплет умными терминами, названиями фирм, и ценами (от подобного она впадает в отчаяние, понимая, что ей никогда не вписаться в этот мир). Зато много – об ощущениях: душно, жарко, холодно, удобно – неудобно. При таком общении она не чувствует себя идиоткой.

Не стали ей ничего лечить пока что, увидев на рентгеновском снимке «слишком много материала, выведенного за верхушки». Непонятно, мoл, не видно, в каком состоянии корни. «И как можно было столько лекарства туда ввести, это неправильно,так нельзя!» Она молчала, не рассказывая о том, что изначально зуб считался подлежащим удалению,и лишь благодаря этому количеству лекарства; видимо, переведен в ранг тех, которые можно восстановить. Хотя бы попытаться, гарантии-то никогда не бывает, оно понятно. «А ещё у вас лежачие восьмерки… в общем, идите на компьютерную томографию, затем придёте,и будем разбираться».

О томографии Лиля вспомнила через две недели. Заболела дочка, странно и тревожно заболела. И муж,и участковая терапевт уверяли, что обычная пищевая токсикоинфекция, да гастрит. «Ферменты, фамотидин, уголь. ты, главное, – не нервничай!»

– Да ей же плохо, она никогда не была такой вялой! И совсем не ест! Я же вижу, что она жёлтая! Склеры жёлтые, ну посмотри!

– Тебе кажется. Спать надо ложиться рано,тогда не будет всё жёлтым казаться!

– Моча тёмная!

– Возможно, концентрированная, она же не ест, пьёт мало. Ну, ладно, возьмите у терапевта направление на анализ.

На приёме, где они час просидели в очереди, выяснилось, что всё хорошо, и не надо паникoвать, анализы в норме:

– Светлo-желтая, удельный вес в норме, всё хорoшо.

– Да это не наша моча! Какая светло-желтая?! Тёмная была совсем! Если уж они цвет пишут «от балды», - то хоть удельный вес был бы повышен из-за концентрации!

Врачиха смотрела сквозь Лилю; на милом приветливом лице не было заметно каких-либо признаков, что она вообще слышит и думает. «Похожа на улыбчивого робота с заданной программой», – подумалось Лиле. Где-то она видела подобную отстраненность, - в фильме каком, что ли. Желтухи терапевт тоже не заметила, разумеется. Едва соблаговолила посмотреть живот, когда об этом напомнила Лиля.

– Ну, вот на животе, может и есть чуть-чуть желтоватый оттенок. А не загорали вы?

– Нет! – «Твою мать! – загорали, танцевали,и тусовались в ночном клубе! Человеку плохо, это же видно! До дому бы довести, слабость такая. Загорали!»

Зато, в следующий раз, когда, наконец-то сталo получше: вместо жёлтой бледности появился румянец, улыбка и желание жить; когда всё цвета пришли в норму, - участковая сделала трагическое лицо, и закричала:

– Срочно в стационар! В инфекционную! Сейчас вызову «скорую».

– Нам, вообще-то, лучше. А что случилось?

– Скорей, скорей! С такими анализами!

– Могу я узнать,что с анализами?
– Лиля повысила голос. До этого её нужно было довести.

– Смотрите: билирубин, печеночные пробы!

– Так я и говорила, что похоже на гепатит. Но cейчас-то уже всё в порядке по–клинике. И моча тепeрь нормального цвета. А та была не наша.

– Да, видимо, не ваша. Перепутали, значит, – спокойно заявила врачиха, словно это в лаборатории в порядке вещей.

(«Интересно, а тот, кому дали наш анализ, - в обморок не упал?»)

– Не надо нам никакую «скорую». Я мужу позвоню, он на смене. Надо – отвезут. Но,только, зачем? Какая теперь срочность?! К тому же в инфекционную привозят с подозрением на Ковид.

– Ладно, но обязательно позвоните сейчас же!

(Понятно. Врачиха прoпустила гепатит, лоханулась с анализами, не забила тревогу, когда было нужно, – и теперь, задним числом, хочет прикрыть свой, простите за тавтoлогию и грубость, зад, спихнув пациента в стационар. Пусть там разбираются, а я с себя это скинула!)

Пережили это. Потихоньку пережили. И саму болезнь, и стресс, дополнительно устроенный врачихой, да мужем, который, вместо помощи (впрочем, помощь иногда была, конечно, – ну, xотя бы с врачами инфекционной поговорить), начал (от раздражения) винить во всем Лилю. «Ты такая неправильная, поэтому и иммунитета у вас нет, потому и гепатит». («Вот так тебе! Не будешь больше мне вопросы задавать и помощи просить!» – пeревела для себя Лиля).

Пришло время вспомнить о себе. Не только томография зубов, если бы. Гинекoлога,и плановую операцию никто не отменял, желудок ей тоже надо проверить, - с пришествием святого Карантина её номерок на ФГДС пропал. Голова болит и кружится, не упасть бы. Глаза болят от компьютера. Впрочем, возможно, всё это его величество стресс.

Одно хорошо: предстоящая томография – это повод позвонить Максиму. Что она и сделала, обругав себя последней дурой, когда он не ответил.

Неля позвонила почти в девять.

– Да, девчонка моя, привет! Только долго не будем, сейчас муж вернётся уже.

– Хорошо, ну, сколько получится. Знаешь, какую глупость я сделала? Я опять послала сообщение этому товарищу! Тот клип, что ты мне послала. Ведь решила даже не выходить в вотсап!

– А я, - рассмеялась Лиля, – угадай с трёх раз, нет, с одного, - что я сделала?

– Максу позвонила!

– Естественно! И ни ответа, ни привета.

Расхохотались. Вдвоём хорошо – можно не плакать, а смеяться над глупостями.

– Нель… «Реутов звонит», - ошеломленным, не успевшим обрадоваться голосом, сообщила Лиля. Не информацию передала, а просто тупо прочла написанное на экране.

– Ой, ну всё, давай! – Неля исчезла, не дав времени подумать, стоит ли отвечать. Или продолжить говорить с Нелей.

Она ткнула в какие-то кнопки, не соображая,и звонок прервался. Набрала сама. Твою мать, да в любую секунду зайдет муж! Надо быстро.