Чтение онлайн

Но они только ворчали на холод, половина из них, похоже, считала, что это глупое поручение, а другая половина - что я пройду по мосту с горящим щитом. Никто не подозревал, что я стою прямо рядом с ними, поэтому через несколько шагов мы уже достигли ворот.

Пожилой священник с редкими белыми волосами ждал нас, и я опустилась перед ним на колени, Бьорн последовал моему примеру. Старик растерянно моргнул, я подняла лицо, чтобы встретить его взгляд, и негромко сказала:

– Драуги побеждены.

Его глаза, затуманенные катарактой, расширились, а затем устремились на воинов, стоявших всего в нескольких футах позади меня. Я напряглась, наблюдая за тем, как он осознает кто я, и молясь всем богам, чтобы он не продал меня тем, кто желает мне смерти. Вместо этого старый священник улыбнулся, а затем произнес: - Подчиняешься ли ты Одину, Тору, Фригг, Фрейру и - он подмигнул, - Фрейе?

– Да, - прохрипела я, подавляя желание оглянуться назад: ощущение, что враги находятся у меня за спиной, а я беззащитно стою на коленях, было бесконечно хуже, чем встреча с ними лицом к лицу.

– Тиру, Хлин, Ньорду и Локи?

– Да, - ответил Бьорн, хотя я просила старика говорить быстрее. Оставались десятки и десятки богов, и каждая секунда грозила смертью.

Я едва слышала имена богов, лишь бормотала согласие при каждой паузе, уверенная, что воины позади нас вот-вот услышат стук моего сердца. Почувствуют нервный пот и страх, выступивший на моей коже, или заметят, что руки Бьорна, покрытые шрамами и прижатые к земле, - это не руки годара. Или, что еще хуже, зададутся вопросом, почему годар храма вообще стоит на коленях, подтверждая покорность богам.

Только когда воздух наполнился криками, я поняла, что мои опасения были не напрасны.

Я дернулась, поднимая лицо, чтобы посмотреть в ворота. За ними к нам направлялись двое мужчин, раздетых до нижнего белья. Пока я таращилась, наполняясь ужасом, один из них указал на нас.

– Это они! Они победили драугов, а потом напали на нас, чтобы пробраться в Фьяллтиндр!

Люди, задерживающиеся у ворот, услышали, и шепот интереса пронесся среди них, как лесной пожар, некоторые повернулись, чтобы посмотреть, на кого указывают мужчины.

– Я должен был убить их.
– Бьорн вздохнул.
– Это Тир наказывает меня за то, что я отказался от своих инстинктов.

Если бы я не тонула в потоке паники, я бы врезала ему, но воины позади нас зашевелились, и это означало, что у нас оставались считанные секунды. У ворот собиралась толпа, пара священников указывала на меня, повторяя свой рассказ.

Старик уже быстрее перечислял имена богов, мы с Бьорном бормотали свое согласие, а мой мозг силился вспомнить, сколько же их осталось. Слишком много - к такому выводу я пришла за мгновение до того, как чья-то рука ухватилась за мой капюшон и рванула его назад.

– Это она!
– прорычал мужской голос.

Бьорн был уже на ногах, мантия сброшена, а в руке горел топор.

– Вы действительно хотите вступить в бой?
– спросил он воинов.
– Вы так уверены, что дитя мелкого бога стоит ваших жизней?

Я не стоила этого. Все это не имело смысла. Но, похоже, все были готовы зарубить друг друга из-за меня.

– Девочка, - прошипел старик, привлекая мое внимание к себе.
– Ты подчиняешься?

Я понятия не имела, каких богов он только что назвал, и молилась, чтобы те не сочли меня недостойной, когда я выпалила: - Да, я подчиняюсь!

– Мы слышали о пророчестве, Огнерукий, - ответил один из воинов.
– И никто не желает приносить клятву ярлу Снорри.

Я не винила их, но сомневалась, что эти слова помогут мне.

Старый священник пристально смотрел на меня, и это означало, что я пропустила еще один набор имен, отвлекшись.

– Да!
– Я прорычала, подняв руки, чтобы проверить, не опустился ли барьер, но он оставался неприступным.
– Быстрее!

– Ты же знаешь, какими бывают провидицы, - ответил Бьорн.
– Они говорят загадками, и ничего из того, что они говорят о будущем, не ясно, пока это не произойдет.

– За исключением случаев, когда речь идет о детях богов, - возразил воин.
– Судьба девы щита не определена. Как и твоя, Огнерукий.

Бьорн рассмеялся.

– Тогда то, чем закончится эта битва, может стать сюрпризом как для тебя, так и для богов. Хотя я думаю, что вряд ли.

В ушах раздался крик, и я вовремя обернулась, чтобы увидеть, как воин с обугленной дырой в груди падает спиной назад с обрыва, а топор Бьорна уже сталкивается с оружием следующего. Топор сцепился с мечом, и Бьорн ударил воина по лицу, а затем отсек ему ногу, и крики стали оглушительными. Воины один за другим падали под ударами Бьорна. Вот только ярл Стен был уже на полпути через мост, и у него было еще больше людей. Двадцать против одного.

Руки сжались на моих плечах, и я обернулась, чтобы увидеть, что старик тянет за мою украденную одежду.

– Если ты хочешь жить, ты должна сосредоточиться, - прошипел он.
– Подчиняешься ли ты Сигину и Снотре?

Почему было так много богов? Почему так много имен?

– Да!

Снова крики, едкая вонь горящей плоти. У меня по коже побежали мурашки от желания повернуться лицом к опасности, но старик выкрикивал все новые имена.

– Да!
– Я ждала, что он назовет еще больше богов, но старик лишь сказал: - Все, девочка! Бросай оружие и проходи!

Ни единого шанса.

Повернувшись, я выхватила меч:

– Бьорн…

Рука Бьорна ударила меня в грудь. Я провалилась сквозь барьер, магия вырвала меч из моей руки, и я приземлилась на задницу рядом с собравшимися годарами. Бьорн выбил мое оружие из рук, крикнув священникам:

– Держите ее!

– Ты идиот!
– закричала я, когда руки сомкнулись на моих плечах, оттаскивая меня назад.
– Ты проклятый дурак!

Если Бьорн и услышал, то никак не отреагировал.

Стен и остальные его люди были на другом конце моста и надвигались на Бьорна, сомкнув стену щитов, сквозь ее щели торчали копья.

– Уступи, Огнерукий, - крикнул ярл.
– Сдайся, и мы оставим тебя в живых.

– Зачем мне уступать, если я побеждаю?
– Бьорн подтолкнул сапогом умирающего.
– Ты и твои воины должны сдаться. Отступите, сохранив свои жизни, если не честь.

– Только не тогда, когда дева щита еще жива, - прорычал Стен.
– Без нее Снорри - ничто. Без нее не будет будущего, которое предвидела Сага.

Бьорн рассмеялся.

– Ты не в силах изменить ее судьбу.
– Затем он метнул свой топор в один из щитов, и в воздух полетели куски горящего дерева, а человек, в которого попал топор, зашатался и врезался в тех, кто стоял за ним.