Судьба Найтс-Ридж
Шрифт:
— Ты грязная шлюха, Лисичка. Мне это чертовски нравится, — рычит он, переворачивая меня на спину, снимая с меня нижнее белье и готовясь к нашей сегодняшней работе так, как мы умеем.
Вместе.
29
АЛЕКС
— Черт возьми, — стону я, когда стук каблуков моей девушки становится громче, прежде чем она появляется из-за угла.
— Тебе нравится? — спрашивает она, поворачиваясь, чтобы я мог рассмотреть ее во всей красе. — Я ходила по магазинам со Стеллой. Мне показалось, что это мило.
— Мило? — выдыхаю я. — Это чертовски грешно.
Спинка черного блестящего платья полностью открыта, обнажая ее почти до самой задницы. Подол платья высоко поднимается на бедрах, а вырез декольте драпируется, идеально дразня взгляд тем, что скрывается под ним.
Мое. Вот что, черт возьми, скрывается под ним.
Огонь бушует в моих венах, и мое желание бросить эту работу и провести ночь здесь вместо этого становится почти невыносимым.
Но потом я вспоминаю, как чертовски сексуально она выглядит, когда работает.
Хотя взгляды и невинные прикосновения, призванные соблазнить нашу цель, чтобы получить то, что нам нужно, не направлены на меня, мой член всегда чертовски твердый, как гвоздь.
Неудивительно, что мы еще ни разу не провалили работу.
Я думал, что я хорош. Но Иви... черт возьми.
Это только доказывает, что для выполнения этой работы не нужна была целая жизнь, полная мучений и тренировок, потому что она чертовски хороша в своем деле.
И мужчины, и женщины падают к ее ногам и добровольно отдают нам то, что нам нужно.
Черт знает, что с этой информацией делают. Когда мы согласились на эту работу, мы сказали отцу, что не хотим знать никаких подробностей. Что мы просто зайдем, сделаем свою работу и уйдем.
И, блядь, это было весело.
Каждый раз мы уходим с широкими улыбками на лицах, и довольно часто мы не доходим до дома, потому что я поднимаю любое сексуальное платье Иви, которое она носит, и вставляю свой член в нее. На данный момент мы уже окрестили несколько переулков и общественных туалетов. Черт, был один клуб, где мы работали, где было так много людей, что мы просто остались на танцполе. Ни один ублюдок даже не заметил.
Жизнь чертовски эпична.
Сжимая свой член через ткань брюк, я пытаюсь взять себя в руки.
Я уже два раза сегодня с ней переспал. Этого должно быть достаточно. Но этого никогда не бывает достаточно. Никогда.
И когда она стоит передо мной, с таким выражением в глазах... Да... она могла бы заставить меня встать на колени с ошейником на шее.
— Хватит, — говорит она, наблюдая, как я поправляю член, с жаром в глазах. — Мы уже опаздываем.
Я открываю рот, чтобы возразить, сказать ей, что папа уже рассчитывает на наше опоздание, так что все будет в порядке, но она поднимает руку, чтобы остановить меня.
— Ты не испортишь мой макияж. Пока.
Пока. Черт, да.
Она снова уходит, снимая сумку с плеча и проверяя ее содержимое.
— Твой пистолет заряжен и готов к использованию, — обещаю я ей, проверив его несколько минут назад.
Еще одна часть, которую я сначала чертовски ненавидел. Но после нескольких посещений стрельбища за домом Дэмиена я немного расслабился.
Стелла чертовски хороший учитель, и Иви стреляет лучше, чем большинство парней.
Если в одной из таких работ дело пойдет наперекосяк, я буду полностью доверять ей.
— Хорошо. Пойдем найдем этого беднягу, чей мир вот-вот погрузится в хаос.
Мы не знаем, кто этот человек. Достаточно того, что он оказался в ситуации, в которой не должен быть. Никто из нас не будет испытывать угрызений совести, выполнив эту миссию и оставив его в руках других.
Для нас это просто еще один день в офисе.
Когда мы выходим из здания, нас ждет машина, как и обещал папа, и как только мы садимся, водитель трогается.
Иви излучает возбужденную энергию, постукивая ярко-красными ногтями по обнаженным бедрам.
— Кто-нибудь подумает, что ты с нетерпением ждешь этого, Лисичка, — дразню я.
— Давно я этого не делала.
— Кто бы мог подумать, когда мы впервые встретились, что ты такая милая и невинная, а на самом деле оказалась такой же извращенной, как я.
— Эй, я не думаю, что я такая плохая, — отшучивается она.
— Поверь мне, детка. Ты такая. Мне это нравится.
Широкая улыбка расцветает на ее лице, а в глазах продолжают сверкать искорки возбуждения.
— Вот мы и на месте, детишки, — говорит наш водитель, останавливаясь на улице недалеко от отеля, где, как нам заверили, находится наша цель.
— Я вернусь позже, чтобы забрать вас.
— Спасибо, чувак, — говорю я, открывая дверь и поворачиваясь, чтобы помочь выйти моей девушке.
Мой взгляд скользит по ее обнаженным ногам, пока я не замечаю черные кружевные трусики, скрывающиеся под платьем.
Как только она встает на ноги, я притягиваю ее к себе и прижимаюсь губами к ее уху.
— Прежде чем мы вернемся в машину, эти трусики будут испорчены и окажутся в моем кармане, — обещаю я, заставляя ее застонать, а мой член дернуться от возбуждения.
Держа голову высоко, она откидывает плечи назад.
— У нас есть работа, Александр. Предлагаю тебе сосредоточиться на деле. — Ее голос смертельно серьезен, но улыбка, играющая на уголках ее губ, выдаёт ее.
— Это мы и делаем, миледи, — говорю я, продевая руку под ее локоть и ведя ее по улице к отелю.
Улыбнувшись и кивнув молодой женщине, сидящей за стойкой регистрации, мы поворачиваем в бар.
Иви запрыгивает на один из табуретов, а я стою рядом, положив руку ей на поясницу.
Для постороннего наблюдателя, я уверен, это выглядит так, будто мы ждем, когда нас обслужат, но это только половина правды.
— Четыре часа, — шепчет Иви, когда бармен кивает в нашу сторону, давая понять, что он нас заметил.
Продолжая оглядывать зал, мой взгляд останавливается на молодом человеке, сидящем в одиночестве с явно недовольным выражением лица.
О да, это взгляд человека, которого продинамили.
Но он нас не заметил.
Прикоснувшись губами к уху Иви, я шепчу: