Чтение онлайн

– - В музее, в камералке до сих пор лежат, так что вполне можешь посмотреть, - обнадежил Лисенко.
– Там их штук десять, если не больше.

– - Двенадцать, - уточнил профессор.
– Двенадцать формочек и все целенькие, все как новые. Как будто завод там работал. Целое богатство.

– - Хорошо что их у нас не украли. А ведь вполне могли. На Иловлинской... помните, Иван Васильевич?
– спросил Лисенко.

22

Еще бы шефу не помнить станцию Иловлинскую.

– - Жулье там, на Иловлинской, - рассердился профессор.
– Самое настоящее жулье! Это же надо! Галина Сергеевна, налейте мне, пожалуйста, еще одну кружечку. Я же вас предупреждал, Владимир Алексеевич.

– - Может быть не надо, - посоветовала Галя.
– Вам много нельзя. Вы уже три кружки выпили.

– - Наливайте, наливайте. Три кружки, это когда было. Все уже и прошло, - вполне возможно, что гнев профессора был нарочитым и разыграл он эту сцену для того, чтобы законным образом получить еще одну кружку чая.
– А сейчас только одну. От одной кружки ничего не случиться. Это у меня вроде лекарства. Успокаивает.

Пришлось налить профессору четвертую кружку, и он с удовольствием начал потягивать поостывший уже чаек.

– - А что там случилось в Иловлинской?
– спросил Петя.
– Украли что-нибудь?

Профессор продолжал пить чай. Лисенко тоже не торопился с ответом.

– - Расскажите, мы же не знаем, нам интересно, - попросила и Серафима.

– - А вы им и расскажите, Владимир Алексеевич, как нас ограбили, - разрешил профессор.
– И не забудьте сказать, что все это по вашей вине произошло. Такой интересный материал украли...

– - Почему бы и не рассказать, - Лисенко оглядел собравшихся, убедился что все готовы слушать.
– Закончили мы тогда раскопки на горе, у хутора Репина и надо было домой добираться. Экспедиция работала от Университета, так что бедная, без машины, но материал все-таки собрали интересный. Ближайшая железнодорожная станция в станице Иловлинской. Бакенщик все наше имущество туда на телеге отвез, прямо на перрон. Этого имущества целая гора набралась: в основном ящики и чемоданы с материалами и немного наших вещичек.

Мы, сами понимаете, за два месяца работы в экспедиции немного пообносились и одичали. А тут железнодорожная станция, совсем другая жизнь, шикарная станционная цивилизация: вокзал из красного кирпича, оградки из штакетника в зеленый цвет покрашены, рельсы блестят, люди ходят полностью одетыми, везде ларьки и буфеты понатыканы. Но это, знаете ли, очень даже опасно, когда одичавший и не подготовленный народ вдруг неожиданно для самого себя дорывается до цивилизации, какой бы она ни была. Классики правильно говорят: нужен переходный период. Потому что если изменения наступают мгновенно, то народ теряет чувство меры. Хочется ему все блага цивилизации получить немедленно. Сразу и как можно больше. От этого нестерпимого желания народ начинает по сторонам глазеть, бегать по буфетам и ларькам. А в буфетах и ларьках - шик. Два месяца ничего подобного не видели, а некоторые даже забыли, что такое есть: лимонад, квас, ириски, конфеты "Медведи на лесозаготовке," пирожки с ливером, пирожные, мороженое...

– - Мороженое...
– застонала Серафима.

– - Хочу пирожное, - не выдержала и Галя.
– Люблю бисквитные пирожные.

– - Коля, когда ухаживал за мной, он всегда угощал заварными пирожными, - вспомнила Александра Федоровна. Мы ходили в кафе, садились за самый дальний столик и пили кофе с заварными пирожными. По-моему они самые вкусные. Ох, девочки, нам бы сейчас хоть бы по одному такому пирожному, - размечталась она...

– - От пирожных толстеют, - героически отказалась Серафима.
– А мороженое можно есть сколько угодно. Особенно с клубничным вареньем...

– - Ну, это ты напрасно, - Галя в пирожных разбиралась получше свих подруг. Она и сама могла изготовить такие пирожные, каких ни в одной кондитерской не найдешь.
– Одно пирожное погоды не делает. А оно вкусное.

– - Ладно, только одно единственное и не больше, - дала себя уговорить Серафима.
– А потом мороженое, пломбир, и чтобы с вареньем.

– - Девочки, давайте послушаем, интересно ведь, - остановила Верочка их нездоровое желание немедленно приобщиться к благам цивилизации.

– - Вот-вот, пирожного им срочно захотелось, - ухмыльнулся Лисенко, - а вы послушайте, к чему такие несвоевременные и неумеренные желания приводят, и сразу поймете, что нельзя с дикого образа жизни прямо в достижения современной культуры окунаться. Нельзя прыгать из одной формации в другую. При этом резком переходе мороженое до хорошего не доводит, как и пирожные, тем более - заварные. А если меня будут прерывать, то я вообще рассказывать не стану.

– - Рассказывайте, рассказывайте, Владимир Алексеевич, - попросила Александра Федоровна.

– - Ладно, так и быть, - согласился Лисенко.
– Значит обстановка такая: все наше добро совершенно беспризорно лежит на перроне а рядовые члены экспедиции бегают по буфетам и сшибают там сомнительные блага станционной цивилизации. Василий Иванович в это время добывает билеты и сердится: "тут подозрительные личности шатаются, - воспитывает он нас, - а вы имущество экспедиции оставляете без всякого присмотра".

Имущество у нас, действительно, кое-какое набралось. Конечно, не клад Приама, но кое - чего накопали... Ящики с черепками - это раз, чемоданы с костями - это два, оружие и украшения - это три и, конечно, палатки да лопаты. А вот личных вещей там почти и не было. Маленькие такие вещмешочки. За два месяца одежда наша такой вид приняла, что от нее самое дикое огородное пугало откажется. Выбрали то, что лучше, надели, а остальное свалили в яму и закопали.

По перрону, действительно, шатались вполне подозрительные личности. Парни лет по семнадцать-девятнадцать: стриженные наголо, несимпатичные и такой ленивой походкой прохаживаются, и так ни на что внимания не обращают, что сразу видно - ворье. Они, если рассудить, как и лимонад в вокзальных буфетах, тоже признак цивилизации. Но мы это тогда еще не сообразили.

Ладно, лижем мороженое, балуемся квасом и лимонадом, некоторые даже пирожки с ливером жуют. Знаем, что взять у нас нечего. Наши черепки и кости ни одному нормальному психу не нужны. Но Василий Иванович бдительность не теряет: все время наше имущество пересчитывает.

Где-то, наверно, через час он все-таки одного места не досчитался. Срочно собрал всех. А мы не верим, потому что знаем: никто на наше имущество позариться не может. Но тоже начали считать. Сами понимаете, что в таких случаях бывает. То двух мест не хватает, то три лишних. Стали тогда кучу разбирать и определять, что есть каждая вещь. И обнаружили, что не хватает одного чемодана. Вполне еще приличный чемодан был. Один замок у него, правда, сбит, и двух металлических уголков не хватало. И ободран немного. Но вполне еще приличный чемодан. А чтобы он сам автоматически не открывался, его в двух местах веревкой перехватили. Вот веревка эта была совершенно новой. Да... Очень хорошая была веревка... Так этот самый коричневый чемодан с совершенно новой веревкой, у нас и свистнули.

– - Ну, работнички, - осудил Петя.
– Чего же у вас украли?

– - Можно сказать - весьма ценное имущество. Так Иван Васильевич?

– - Да, да, я хотел этот чемодан в Москву отвезти. Там в институте, очень просили, у них катастрофически не хватает материала для исследования.

– - Керамика с орнаментом?
– спросил Петя Маркин таким зловещим голосом, что всем сразу стало понятно: если бы он, Петя Маркин, был начальником экспедиции и у него бы такое случилось, он бы виноватых живьем схарчил.