Сувенир с Мирассы
Шрифт:
– Больно надо… – пробормотала я, обречённо нашаривая туфлю под креслом.
Чтобы понять, что стратег никуда не сдвинется, пока не получит желаемого, не надо было быть эмпатом. Это читалось у него прямо на лбу.
– Ладно, вымогатель, будет тебе твой кофе, только потом ты улетишь, и мешать мне не будешь, потому что я…
– Нет-нет-нет, – перебил меня этот шантажист. – Куда это я улечу, когда ты мне не пообещала ещё, что поможешь?
– В чём помогать-то?
– Не в чём, а где.
– И где?
– На балу.
– Что?! – возопила я, разом теряя спокойствие и покорность. – Опять?! Ни за что! Даже не надейся!
– Ну, Тэш, ну, лапочка… Мне никак без тебя не обойтись в этот раз! – заканючил мерзкий вымогатель, состроив жалостливую физиономию. – Я, сколько мог, обходился без тебя, и вот теперь – всё. Не могу!
– Да что за надобность такая? – злобно тряся кофемолкой, осведомилась я.
– Линна! – трагически возопил шут гороховый и умоляюще уставился на меня.
Невозможно было долго сердиться, когда Эдор вот так включал своё обаяние на полную мощность.
– Что – Линна? – уже спокойнее спросила я.
– Она преследует меня!
– Да ты же сам этого добивался?
– Ну, да. Только не так быстро! Мне нужно ещё хотя бы месяца три, чтобы окончательно закрепиться в мирасском аристократическом обществе. А Линна делает всё, чтобы усложнить мне задачу!
– То бишь, флиртовать с другими мешает? – уточнила я, поставив перед ним чашку. – Ну, это не страшно… Привыкай: она и потом тебе свободы не даст.
– Да это было бы полбеды. Она просто не умеет вести себя. Совершенно не считается с местным этикетом! Получается, что плюя на принятые правила, она не только себя, но и меня с отцом роняет в глазах местного общества!
– Ишь ты… – посочувствовала я. – И сильно вас уронили?
– Достаточно, чтобы почувствовать последствия. Я вообще думаю, что потом Линну нужно будет увозить с Мирассы, как только позволит обстановка. Не подходят они друг другу, как ни крути. Но это дела далёкого будущего, а в ближайшее время мне грозит этот маскарад, чтоб его Вограны побрали, и моё присутствие там обязательно, потому что косвенно праздник устраивается в нашу честь. Скросс тоже будет там, как и Альдор.
– И вы втроём не справитесь с одной Линной? – недоверчиво спросила я.
– Наверное, справимся, но это означает, что нам постоянно нужно будет передавать её друг другу с рук на руки. А это очень утомительно, знаешь ли…
– Ничего, потренируешься, как обращаться с будущей супругой, – безжалостно отрезала я.
– Ну, Тэш, ну, пожалуйста… Я не в состоянии больше слушать болтовню о размерах состояний отцов её подруг, размерах их личных флайеров, количестве подаренных драгоценностей и последних веяниях моды!
– Ты, никак, собрался надуть мою подругу? – прыснула я. – Передумал жениться?
– Нет, не передумал, но время перевоспитывать её ещё не пришло, к сожалению. Короче, Тэш, ты мне очень нужна… Поможешь? Мне просто нужно, чтобы ты сходила со мной на этот маскарад и держала меня всё время за руку!
Я скептически посмотрела на мечту всех женщин. М-даа, похоже, действительно допекла его подруга своим вниманием…
– Когда этот бал будет?
– Через месяц.
– Очень хорошо. Если ты пообещаешь, что не станешь мешать мне учиться, что не пришлёшь ко мне своего ненормального визажиста, что не станешь покупать какие-то дико экстравагантные и дорогие вещи, я с тобой пойду.
Некоторое время стратег недоверчиво смотрел на меня, словно не совсем доверяя своим ушам. Но потом обречённо вздохнул и ответил:
– Обещаю. Но взамен прошу, чтобы ты наряд и макияж согласовала со мной. Заранее.
Я сделала попытку тихо зарычать, но мачо остался непреклонен. Пришлось кивнуть.
– Кстати, Лавиния тоже будет на балу, – подсластил пилюлю Эдор.
– Да? – удивилась я. – А с кем тогда останется Маугли?
– Придумаем. В крайнем случае, три дня он и один побыть может…
– Три дня?! Почему так долго?
– Ну, Жужелица… Это же тебе императорский маскарад, а не простые танцы в клубе. Такой бал готовится долго и тщательно, и гости тоже должны готовиться долго и тщательно, понятно?
– Понятно, – проворчала я.
– Кстати, я привёз тебе правила этикета для таких сборищ, изучи, пожалуйста, на досуге, пригодится. И не надо зыркать на меня глазами! Самой ведь проще будет.
– И зачем тебе только двери сегодня открыли, – с сожалением пробормотала я. – Как спокойно было…
– Мне не открывали, я сам вошёл, – гордо ответствовал стратег, допивая кофе.
– А жаль, – грустно резюмировала я. – Лучше бы тебе не открыли…
Сувенир 45
К счастью, обещание своё Эдор сдержал, и до самых экзаменов больше не появлялся. Кстати, и сами экзамены не оправдали моих страхов: преподаватели словно сговорились поскорее отвязаться от меня. Когда я попыталась напомнить, что готова ответить на их вопросы после изложения основной экзаменационной темы, глава комиссии выразительно посмотрел на меня и сказал:
– Идите уже, студентка Вайберс. Мы все и так впечатлены, не надо доводить нас до нервного потрясения своими знаниями. Эдак можно и комплекс неполноценности заработать…
А ещё один преподаватель, который совсем недавно, до приступа моего учебного безумия, критически оценивал любые попытки получить высший балл по его предмету, как-то грустно заметил:
– Знаете, вы буквально утекли между пальцами у госпожи Шлее… Она очень хлопотала, чтобы вас распределили именно к ней. Возможно, вы сами сделаете выбор в её пользу? Всё-таки, привычная обстановка, привычный коллектив…
Я вежливо улыбнулась, стараясь не показать лёгкого приступа паники, накрывшего меня после его слов.
Помянутая не к ночи госпожа Шлее была директрисой одного из Домов оставленных детей, в которых я до недавнего времени подрабатывала на половинной ставке. Мало того, что она заставляла меня выполнять работу дипломированного специалиста, каковым я ещё не была, так она и моё рабочее время растягивала до бесконечности, – я постоянно возвращалась домой далеко заполночь. Позже эта самая директриса как-то пронюхала, что я знакома с господином Скроссом и решила, что и возглавляемому ею заведению должно что-нибудь от этого знакомства перепасть. С чего она сделала такой вывод – оставалось целиком и полностью на совести госпожи Шлее, но она очень возражала, когда я увольнялась. Помнится, я тогда вздохнула с облегчением, но мне и в голову не приходило, что директор довольно захудалого Дома может иметь какие-то связи в нашем Университете, позволившие бы ей закабалить меня ещё на целый год!