Чтение онлайн

Но Цай Шуан продолжала молчать, глядя на неё исподлобья.

— Ты боишься меня? — вдруг догадалась её собеседница.

Девушка замерла.

— И чего же ты опасаешься? Что я отомщу тебе и сброшу в Ледяную пропасть, или ты боишься, что Цан Цзю Мин влюбится в меня?

Дочь владыки прикусила задрожавшие от возмущения губы:

— Не говори чепухи! Если бы ты ему нравилась, разве согласился бы он жениться на мне?

Су Су рассмеялась:

— Так я права! Именно этого ты и боишься!

Она подошла к испуганно замершей девушке, подражая плавной походке одной из самых обворожительных послушниц Хэньяна.

Цай Шуан попятилась.

— Что ты собираешься делать?!

— Всего лишь хочу сказать: хватит хитрить и давить на жалость. Иначе так и останешься неудачницей до самой смерти. И, к слову, у меня ты сочувствия не вызываешь.

Она взяла двумя пальцами нефритовый камешек, поднесла его к носу Цай Шуан, раздавила в пыль, отряхнула небрежно руки и пошла прочь, оставив невесту своего наставника в состояние шока.

Через несколько шагов улыбка сползла с её лица, и она принялась с досадой пинать гальку под ногами. Её духовный камень едва теплился, Безжалостное Дао молчало. Фея Ли шла, не разбирая дороги, и гадала, почему у неё на сердце так тяжело. Может Цай Шуан намеренно притворяется такой жалкой, чтобы заставить ей уступить?

Ночью она никак не могла уснуть. Сидела в своей комнате у открытого окна и, глядя на луну, о чем-то размышляла. Абрикосы на горе Пэньлай цвели круглый год, и ласковый ветерок доносил до неё их нежный аромат. Наконец, Су Су на что-то решилась и, высунувшись в окно, сделала несколько едва уловимых движений руками. Тотчас перед ней появилось несколько здоровенных безобразных жаб. Фея удовлетворенно оглядела строй волшебных монстров и велела им:

— Идите и напугайте её!

Уродливые твари, одна противнее другой, запрыгали по приказу Су Су во дворец Цай Шуан, и вскоре оттуда донеслись испуганные крики и отчаянный визг.

Проказница из Хэнъяна с довольным видом наблюдала из окна, как мимо, спасаясь от жаб, резво пробежала приемная дочь владыки. Была она при этом румяной и энергичной, совсем не такой вялой, как сегодня днем.

Фея не удержалась и, расхохотавшись, захлопала в ладоши, но вдруг почувствовала на себе чей-то тяжелый взгляд.

— Цан Цзю Мин?!

Он взмахнул рукой, и волшебные жабы в одно мгновение превратились в пепел.

— Как ты осмелилась докучать ей?! — рявкнул он.

Цзю Мин выхватил что-то из рукава и кинул в фею Ли. И тотчас она оказалась в плену трех вращающихся полотен. Слабое тёмно-синее свечение окутало её, словно кокон. Су Су почувствовала резкую боль в груди и упала наземь. Пожирающий Душу Покров облепил свою жертву, высасывая из нее жизненную энергию. В просвет между тремя стягами она, теряя сознание, успела увидеть беспощадный взгляд своего наставника.

Девушка отчаянно не хотела умирать, но и сопротивляться не могла. В самый критический момент, когда силы, казалось, окончательно покинули её, между бровями феи Ли вспыхнула белая вспышка, и три демонических флага разлетелись в клочья.

Су Су вырвало кровью, и сквозь застилающую её сознание пелену она услышала чей-то голос, который звал ее по имени.

Человек, выглядевший в точности, как Цан Цзю Мин, уходил прочь от места происшествия. Постепенно его облик менялся, пока не проступили черты владыки Дун И. Его лицо перекосило от злости и задыхаясь от ярости он пробормотал: «Как смел он её защищать!».

Демон кошмара с беспокойством наблюдал, как сновидение становится все более неуправляемым. Бусина тысячи лиц потускнела и покрылась сеточкой трещин. «Какая злая судьба у рождённого под одинокой звездой Скорпиона, — подумал он, глядя на спящего Тан Тай Цзиня, — Надеюсь, повелитель не убьет меня, когда очнется».

Прошло ещё несколько дней, и из дальних странствий вернулся израненный, но радостный Цан Цзю Мин. Ему удалось добыть девяносто девять русалочьих слёз, и каждая из них была подобна изумительной по красоте жемчужине.

Маленькая феечка — наперсница Су Су, увидев мастера меча, оглядывающегося по сторонам, сообщила ему, что ученица из Хеньяна внезапно покинула Пэньлай. Радость в глазах молодого человека померкла, а сердце сжалось от дурных предчувствий.

Владыка Дун И с довольной улыбкой разглядывал волшебный жемчуг, покоящийся в драгоценной шкатулке.

— У тебя всё получилось! Но, к сожалению, девица решила уехать.

Цан Цзю Мин хмуро ответил:

— Разве ты не обещал мне…

— Да, у нас был уговор, что, если ты добудешь слёзы вымершего семейства русалок, я позволю приемной дочери вернуться в мир людей и отдам её в жёны смертному.

Он бросил одну из жемчужин обратно в шкатулку.

— Также я обещал, что позволю тебе отправиться в Хэнъян, чтобы просить у владыки Цюй Сюань Цзы руки его дочери. Но что поделаешь, фея Ли тебе не доверяет. Она решила, что ты выбрал в жены Цай Шуан и вернулась под крыло своей секты.

Цан Цзю Мин горько усмехнулся. Недавно полученные шрамы придавали его лицу суровую мужественность и оттеняли бледность кожи.

— Я не верю ни одному твоему слову, отец. Она не сделала бы этого по доброй воле. Я должен с ней поговорить.

Он призвал свой меч, собираясь немедленно лететь на нём в Хэнъян.

— Остановись! — крикнул ему Дун И, — ты не забыл о том, какую судьбу предсказали тебе старейшины в день столетия? Любовь обратит твое тело в пепел! Как твой отец может отпустить тебя в Хэнъян? Кто знает, что там с тобой случится?

Дун И вытащил из рукава маленькую нефритовую шкатулку, излучающую демоническую энергию.

— Страсть и одержимость порождают тёмную энергию.

Цан Цзю Мин увидев каменный сундучок, понял, что отец имеет в виду. Он взял у него нефрит и поднял на владыку полный отчаяния взор:

— Жизнь без любви и эмоций из-за страха превратиться в пепел такая жалкая. Отныне считай меня мёртвым.

Он сотворил всплеск бессмертной энергии, и она пронеслась волной, поразив ту, что подслушивала разговор отца и сына. Цай Шуан захлебнулась кровью, и вся сила, данная ей владыкой Дун И, рассеялась. Лицо девушки начало стареть, а жизнь стремительно покидать дряхлеющее тело.

— Отец, спаси меня! — закричала она горестно.

Владыка не смог скрыть своего разочарования.

— Ты была слишком самонадеянной, когда спуталась с Дин Сюнем и надеялась, что никто об этом не узнает. А потом ещё и обвинила его в насилии, ты думала, я не узнаю правду? Когда ты стала такой коварной? Вам с Цзю Мином суждено было стать парой, но ты потеряла его привязанность, и теперь в его сердце поселилась другая. Пока не найден способ спасти моего сына от проклятия, я не могу убить эту девицу из Хэнъяна, а вот тебя в наказание стоило бы оставить старухой.