Чтение онлайн

«И еще, Тэрсел. Совсем недавно ты прекрасно расслышал, как Балахир разговаривал со мной. И в это время ты спал».

«Он произнес мое имя. Иначе я не обратил бы внимания».

«Я просто подумал… несколько о другом. Ярость и злость легче расслышать… и ты смог бы услышать, если конечно был в обители… Ты отлучался ночью?»

«Всего лишь на полчаса.»

«Зачем?»

«Прогуляться… — я бросил хмурый взгляд на Игнифероса. — Может, хватит? А то Гасту кажется, что пауза затянулась».

«Поговорим об этом после… Сколько тебе времени понадобится, чтобы узнать насчет остальных?»

Я пожал плечами и кивнул в сторону распахнутой двери.

— Можно взглянуть?

— Да.

Мы втроем зашли внутрь. Там были только два лекаря — Лич и светлый. На полу перед ними лежал Скит с исказившимся лицом, распахнутым ртом и вытаращенными глазами. Гаст отвернулся, закусив губы, а я содрогнулся от жалости и омерзения. Отвратительная смерть. Даже если мы и не ладили со Скитом в последнее время, мне было его искренне жаль. Я опустился рядом и чуть провел над шеей и предплечьями. И обернулся к Игниферосу.

— Нет нужды кого-либо спрашивать — это сделал Балахир.

Игниферос нахмурился.

— Уверен?

— По магии присутствия у нас был один учитель. Балахир оставил свой след, который я ни с чьим другим не перепутаю.

Игниферос омрачился.

— Значит, я зря препятствовал тебе?

Я промолчал. Я уже говорил Игниферосу, что мы пожалеем…

— Прикажу найти его мальчишку.

Я поглядел на Игнифероса с недоумением.

— Зачем? Думаешь, его волнует жизнь Прита?

— У нас ничего лучше все равно нет. Не думаешь же ты, что Балахир сказал правду, будто будет находиться в темной обители? Прит может знать…

— Нет, — отозвался я.

— Только не говори, что он твой ученик и…

— Он мой ученик, — подтвердил я.

— Тэрсел!

— Будешь разговаривать с ним в моем присутствии, — жестко заметил я. — Пойдем, Гаст.

Мы вышли в коридор. Пока Игниферос отдавал распоряжение, мы перкинулись с Гастом несколькими словами.

— Полагаешь, что Балахир убил Скита лишь для того, чтобы досадить тебе? — спросил мрачно огненный маг.

— Больше это ни на что другое не похоже… Успокоишь Авориэн, пока я буду с этим разбираться?

— Конечно, — Гаст тронул мое плечо.

— Спасибо.

— Ты действительно чувствуешь ответственность за своих учеников?

— Я их наставник…

Он ушел, а мы с Игниферосом прошли в его покои. Когда привели мальчишку, Игниферос кивнул ему на кресло и остался стоять перед ним. Прит испуганно глянул на старика, потом обернулся на миг ко мне, ища поддержки.

— У Игнифероса к тебе несколько неприятных вопросы, — заметил я.

— Твой отец сегодня убил одного из нас…

Прит в изумлении уставился на старика.

— Вы шутите? Мой отец мертв! — в растерянности выкрикнул он.

— Ты ведь сам приложил к этому руку, отцеубийца, — Игниферос был в гневе, а мальчишка сжался от ужаса.

— Поосторожнее со словами, Игниферос, — хмуро заметил я, и маг воткнул взгляд в меня.

— Я понимаю, почему ты вдруг стал ему симпатизировать. Думаешь, что вы чем-то похожи?

— Может быть. Только он лучше. Прит, в отличие от меня, не умеет лгать.

Игниферос вновь обратил взор к мальчишке.

— Мой отец жив? — едва выдавил он.

— Да, и он знает, кто убивал его.

Прит вновь в растерянности обернулся ко мне.

— Но как?

— Тэрселу не составило труда при помощи гипномагии убедить вас, что вы убивали Балахира. А Балахир в это время наблюдал за этим со стороны. Это было наказание и для него и для вас. Потом благодаря той же гипномагии он оставался невидимым и неслышимым для всех магов обители, кроме Совета. А теперь расскажи все, что о нем знаешь, и куда бы он мог сбежать отсюда.

И Прит выложил все, что знал. Из глаз его катились слезы. И сейчас он был всего лишь обычным перепуганным мальчишкой. Игниферосу даже не пришлось применять гипномагию. Прит, однако, опять сказал о темной обители. Что Балахир довольно часто собирал их там и именно там преподносил свои уроки. Игниферос несколько минут обдумывал, потом решительным шагом направился к двери.

— Я возьму Лайтфела и Бэйзела.

— Меня взять не хотите? — полюбопытствовал я.

— В обители должен кто-то остаться из нас двоих.

— Тогда, может, лучше мне отправиться за ним вместо тебя?

— Не знаю, как тебе, Тэрсел, мне он нужен живым, — осадил мое недовольство Игниферос.

— Ты собираешься сейчас искать его? Думаешь, он ждет не дождется в темной обители?

— Я посоветуюсь насчет этого с Бэйзелом. А ты сотри мальчишке память.

За ним хлопнула дверь, а я, поморщившись, поднялся. Прит же бросился к моим ногам.

— Пожалуйста, милорд! — умолял он. — Не надо!

Я склонился к нему и мягко провел по его мокрой щеке.

— Так будет лучше…

— Нет, не лучше… Пожалуйста… Я дам вам слово, я клянусь своей жизнью, что никому не скажу!

— А ты понимаешь, для чего был «убит» Балахир?

— Игниферос сказал…

— И за что вас наказали?

— Отец хотел, чтобы мы когда-нибудь свергли власть светлых… Я все понимаю, милорд. И вы многому успели нас обучить. Пожалуйста, не заставляйте меня забыть…

— Ты поклялся, Прит, — произнес я. — А теперь иди умойся и марш на занятия к Нордеку.

— Спасибо, милорд, — он вскочил, и его словно ветром сдуло.

Посоветовавшись с Бэйзелом, Игниферос послал в темную обитель нескольких магов, которым поручили сразу сообщить о появлении там Балахира. Весть о смерти мага воды расползлась по обители подобно темному туману, и на меня стали посматривать еще более насторожено, чем ранее. Одно дело — заслуженная «смерть» Балахира, и другое — невинного. Я не знал, с чего вдруг Балахиру взбрела в голову мысль таким образом еще больше очернить меня перед глазами обитателей Закатной обители. Возможно, он, как и предположил Гаст, таким образом решил досадить мне. Но мне это казалось глупым — мои близкие доверяли мне, а что думали остальные, меня не волновало. Моя «милая» сотня на следующем занятии посмотрела на меня с повышенным интересом. Но я обошелся без каких-либо пояснений, сразу приступив к уроку.

После занятий я поднялся к Игниферосу, у которого собрались Лайтфел и Бэйзел. Игниферос говорил, что собирается делать с Балахиром. Я рассеяно слушал, задумавшись и смотря в сторону окна, за которым темнело одновременно и от приближения ночи и наползающих на небо туч. В просветах мелькали две полные Луны. А я вспомнил, что мне говорил Игниферос про Каменистую пустошь. Впрочем, сейчас все равно было не до наблюдения проявлений стихии, тем более в такой мгле. Я вздрогнул, когда небо перечеркнула молния, а на плечо мне легла рука Бэйзела.