Связующая магия
Шрифт:
— А что ты со всеми ними сделал? — поинтересовался Нордек. — Они все полубесчувственные какие-то.
— Завтра очухаются. Всех обыскали?
— Да. У всех у них оказалось по два амулета перемещения, — Нордек протянул мне целую связку.
— Интересно, — я взял связку. — Займитесь оставшимися. А завтра мы с ними поговорим поподробнее.
— Уже завтра, — заметил Ретч, беря под руку двух магов. — До рассвета меньше двух часов.
Мальчики, освобожденные от пленников, кивнули мне, и я их отпустил.
— Значит, поговорим с ними после рассвета.
— А что ты надеешься узнать? — спросил Нордек. — Кроме того, они могут прислать других.
— Вряд ли. Я предупредил Гейнира.
Глава 20. Предсказание для Связующего мага
Я замер перед дверью Нэиль. Откуда-то потянул сквозняк, принеся запахи горевших свечей, дождя и лаванды. В коридорах плясали отсветы дрожащего пламени. Моя ладонь скользнула по прохладной деревянной поверхности и замерла на вырезанном каштановом листе, прошлась по резному контуру, по прожилкам. Я было задумался, но в это миг дверь отворилась, и передо мной оказалась Нэиль, кутавшаяся в простынь. Лицо ее побледнело, а в глазах отражалось беспокойство.
— Тэрсел?
— Пойдем.
— Но…
— Ненадолго.
Я потянул ее за собой за руку, затащил в один из кабинетов библиотеки. Усадив Нэиль в кресло, я расположился напротив и выложил на столик, стоявший между нами, фигурку шахматного коня.
— Нэя, я должен получит ответ… Я должен знать, что делать.
В ее глазах промелькнул ужас, и она отчаянно замотала головой.
— Ты должен сам решать! Предсказания плохие советчики — я тебе уже говорила!
— Неужели? Но ведь Дарсиз следует им! Ему предсказали врага, и он избавился от него!
— Ты не понимаешь, предсказания являются не тогда, когда их ждешь…
— Ты должна постараться, чтобы они явились, потому что в ближайшее время все может очень сильно измениться.
Я чуть подался вперед, и тронул ее бледную щеку. А потом рассказал, что узнал из дневника Ментепера. Нэиль только охнула, закрыв лицо руками.
— Я боюсь, Тэрсел, — прошептала она.
— Чего? Хуже того, что ты уже видела быть не может…
— Я… — она покачала головой, отняла ладони от лица и посмотрела на меня.
— У Дарсиза есть «королева». Это единственная женщина, которая владеет гипномагией и которая более искусна во временной магии, чем сам Дарсиз. Она может увидеть будущее, только взглянув на мага. Нэя, у тебя ведь тоже иногда так получается.
— Очень редко, — произнесла упавшим голосом.
— И есть еще кое-что… — я смотрел на нее. — Когда-то давно, когда я был учеником у Ментепера… мне приснился странный сон — черный туман, Ментепер, который приказал Шэду убить Бэйзела… Этот сон, он сбылся, но иначе, чем видел я — Шэд убил Ментепера. Я до последнего времени полагал, что я всего-навсего уловил враждебные мысли Ментепера погубить Бэйзела, используя Шэда, да и саму магию, которую нес в себе зверь. Но после прочтения дневника я засомневался, что виной тому сну была гипномагия…
Нэиль смотрела на меня, широко распахнув глаза.
— Почему ты раньше не говорил об этом?
— Ты слышала — я не придавал этому значения… Так что ты думаешь?
— Если супруга Дарсиза обладает даром предвидения и гипномагии… Да это было бы возможно… Значит, в тебе течет кровь и восходных магов…
Она протянула руку и взяла шахматную фигурку. Покрутила в пальцах и устремила на меня пристальный взгляд.
— Не Шэд темная лошадка. Это ты, — она на миг закрыла глаза и судорожно вздохнула.
Когда она вновь посмотрела, я понял, что происходит то, о чем я просил. В темных зрачках Нэиль я увидел то, что видела девушка.
Сначала была тьма, а потом я увидел мир Цитадели. Но не таким, каким уже видел однажды. Теперь он стал, подобно миру Рубежа, похож на остров, плывущий в океане первозданной тьмы, с косой, заканчивающейся вратами Портала. Вихрь, пожиравший мир Цитадели смел и временной купол. Застывшие стайки птиц упорхнули в страхе в сень крепости. А северная башня запламенела в ожившем драконовом огне.
— Мергос! — позвал я. — «Мергос! Ррандхгар ищет тебя!»
Дракон серебристой стрелой скользнул вниз ко мне.
«Ты долго был в плену времени, Мергос, — произнес я, глядя в сузившиеся зрачки алых глаз. — Прошло много веков… Я обещал твоему брату, что освобожу тебя»
«Много веков? Может быть, тогда здешний правитель давно мертв?»
«Если ты о Дарсизе, то нет. Пока нет»
«Тогда я помогу тебе!»
«Я благодарен тебе, но не надо. Здесь будет тень, и Солнце не опалит тебя.»
Дракон обернулся на чуть дымящуюся на спине кожу и зло зашипел.
«Хорошо, маг»
«Сторм, туман!»
Мальчишка поколдовал над драконом, укутав его. Я глянул на свою сотню, и мы двинулись от Портала к Цитадели. Ворота дрогнули и пали под нашей магией. А дальше перед нами лежал настоящий дворец-лабиринт, такой же хитросплетенный, как и сами Срединные миры. Извилистые коридоры, лестницы, переходы, залы, со множеством входов. И мы разделились в поисках Дарсиза.
А потом видение вдруг перенесло нас в какой-то огромный зал, разделенный невероятным количеством зеркальных колон.
— Ты пожалеешь, маг! — произнес женский голос, и я вздрогнул.
«Ты пожалеешь, маг!» — повторилось шипеньем у меня в мыслях…
«Не раньше тебя», — отозвался я.
В ответ гипномагия так ударила меня, что я свалился на колени, сжав голову руками — боль в мозгу едва не лишила меня сознания. Но моя защита не сломилась. Однако я с ужасом понял, что второго такого удара я не перенесу.
«Не Ментепер, так я закончу начатое, — прошипела она. — И пусть сбудется старое предсказание, и Срединные миры падут… лишь бы вам не достались».
Я вдруг с ужасом понял, о каком предсказании она говорит. Моя сотня тем временем окружала зал. А потом я объединился с ними.
«Ты проиграешь!» — крикнули мы ей одновременно.
Я увидел, как она нервно метнулась среди колонн, пытаясь отыскать меня. Но голоса ей слышались отовсюду. Она вновь ударила, и снова, и снова. А я подбирался ближе к ней. Она обернулась, но я, не успев разглядеть ее, понял, что она использовала какой-то магический артефакт, и бросился ничком на землю. Магический вал прокатился по залу, сметая колонны. Купол над нашими головами угрожающе затрещал, по нему черной сетью разбежались трещины. Чувствуя боль и едва не теряя сознание, я сделал последний рывок. И мой меч пронзил тонкую хрупкую шею. Головная боль тут же отхлынула, а я, ощущая дрожь пола, вдруг понял…