Чтение онлайн

Флуоресцентный синий тенями очерчивал каждую складку нагого тела, делая его белее, чем на самом деле и заставляя "пламенные" пряди искриться живым огнем. Глаза Элли опустились, нетерпеливо опередив ласковые пальцы, что ноготками царапали мой живот, и, поднявшись, жадно сверкнули лазурью; жемчужные зубы прикусили нижнюю губу.

Краем глаза я наблюдал за Серафиной. Она отошла и заняла мое кресло, облокотившись на подлокотник; но взгляд "пантеры" неотступно следил за нами, не упуская ни единого движения.

Горячее дыхание Элли "погладило" мне щеку, и я поймал ее губы, отвечая на поцелуй; языки ловко переплелись, настойчиво играя друг с другом. Женские ладони скользнули по моим предплечьям, на краткое мгновение замирая в стыках бугрящихся мышц. В низ живота уперлось женское бедро, щекоча ногу рыжим треугольником – я сжал мягкие бедра, что чуть напряглись от прикосновения.

Элли потянулась, вставая на цыпочки, руками пробежала по "ежику" моих волос, чуть опустилась, прижимаясь ко мне всем телом – сквозь поцелуй донесся томный стон; губы на миг отпрянули, но тут же уткнулись мне в горло, ловко орудуя языком.

Я отступил к кровати, без труда отрывая Элли от пола, присел на край, приподнимая ее выше. Женские ноги обхватили меня, вытянувшись за спину, и рыжий треугольник медленно заскользил вниз по животу, заставляя Элли вздрагивать на каждом "кубике" напряженного пресса, и оставляя после себя влажный след.

Бедра соприкоснулись.

Элли протяжно выдохнула, по телу пробежала мелкая дрожь.

Я аккуратно приподнял ее и вновь опустил. Ладони гладили меня по затылку, дыхание содрогалось над ухом. Я без усилий вскидывал Элли и притягивал обратно; острые кончики "царапали" грудь, женские пальцы съезжали все ниже: на шею, на плечи. С каждым движением я наращивал темп, бедра непристойно шлепали. Элли кусала губы, стараясь сдержать разрывающие ее стоны, но с каждым движением удавалось все меньше – каюта заполнилась громким, сбивчивым дыханием. Очередной рывок – по женским бедрам, побежала судорога, выгибая спину. Она попыталась подняться, но мои пальцы цепко стиснулись, короткими рывками притягивая ее ниже… и ниже… и ниже… Острые ноготки впились в мои напряженные плечи, сдирая кожу в кровь.

Серафина не отрываясь следила, как Элли вздрогнула всем телом в последний раз и обессилено повалилась на меня. На приоткрытых губах "пантеры" блуждала хитрая полуулыбка, большой палец задумчиво поглаживал зубы, серые глаза хищно поблескивали из-под черных прядей.

– Хоть не уронил, – едко усмехнулась она.

Я распахнул веки, мгновенно сообразив, что уже "утро" – с малолетства приученный к распорядку интуитивно осознаешь такие мелочи. Отдохнувшим, правда, я себя не чувствовал. Морфин за "ночь" практически "выветрился", и хоть боль поутихла, движения спазмами растекались по всему телу.

Но я, стиснув зубы, поднялся.

– Капитан, – раздался голос Ани.

Одним коротким словом она заменила обычное: "Доброе утро". Что весьма соответствовало ситуации…

Я никогда не спрашивал ее спит ли она сама… Наверное, все же нет. Аня все же хоть и "интеллект", но "искусственный". И несмотря на весь ее "разум", все же компьютер.

"Обижалась" она, впрочем, совсем по-человечески, на такое "оскорбление".

– Аня, – направляясь в душ, приветственно кивнул я, скорее, по привычке, нежели осознанно. – Командуй "подъем".

Кран зашумел водой.

Я оперся на раковину, уставившись на хмурое лицо, исполосованное рубцами.

"Стальной взгляд…" – навязчиво всплыло в сознании, и небритые щеки напряженно дернулись.

Прохладная вода принесла небольшое облегчение, чуть ободрив и смыв остатки сонной патоки.

Облачиться в "Викинга" много времени не заняло. Хотя проделал все я медленнее обычного: ноющие мышцы давали о себе знать. Боевая броня, быстро оценив мое состояние, вознамерилась снова "подкачать" спасительным морфином, но я прервал операцию, предпочтя потерпеть, и остаться в более-менее "вменяемом" состоянии.

– Все готово, капитан, – обратилась Аня, когда шлюз каюты закрылся за моей спиной.

– Хорошо. Собирай всех.

Путь к медблоку я проделал в одиночестве.

С флотскими, конечно, все понятно, они явно предпочитают не мозолить глаза. А вот отсутствие Адских Псов несколько удивило. Под "все готово", Аня, судя по всему, имела в виду, что все действительно ГОТОВо, и ждут только меня.

Я вздрогнул и поежился, когда из шлюза медблока на меня ринулся клубящийся туман, словно кожей ощутив холодный воздух, что Аня нагнала в лазарет за ночь. Но, конечно же, в боевой броне я чувствовал лишь тепло мягкой синтетики, плотно обволакивающей тело.

Серафина лежала на сером металле, где я вчера ее и оставил. Правда, ее еще раз обмыли и насухо вытерли, прикрыв наготу до шеи белой простыней. Да и в отсеке прибрались на скорую руку. Во всяком случае, под ногами ничего не мешалось.

Я бережно подхватил Серафину вместе с тканью – ее левая рука безвольно свесилась, голова запрокинулась. В руках огромного "Викинга" она показалась пушинкой, невесомой и хрупкой. Кажется, я старался не дышать пока шел по пустым коридорам, переживая, что воздух подхватит ее и унесет прочь…

Оказалось, что ждут в самом деле только меня. Все собрались у аппарели в десантном отсеке, который по всем документам называется грузовым, что, на мой взгляд, мало соответствует действительности. Из Сынов Амарны, кроме меня, лишь Джонс облачился в броню; остальные явились в графитовой форме космопехоты. Что вполне логично: воздушный шлюз не вместит целый взвод.

"Флотские" столпились в сторонке, и неловко переминались с ноги на ногу, бросая испуганные взгляды на космопехов, замерших, как изваяния Древних Богов. Но, надо отдать им должное, даже медики, обычно не снимающие белых халатов, нарядились в темно-синие кителя, сверкающие золотом начищенных "лычек"… Восемь лейтенантов – младшее для окончивших Академию Флота звание, и один – "старлей". Но "старлей", по сути, тот же лейтенант. Его переходное к капитану звание с припиской "старший", говорит лишь о том, что он уже "перерос" выпускника, но для повышения в чине не набрался опыта. Или "недостоин" по каким-то иным причинам, редко оглашаемым в личном деле. Другими словами, лейтенант флота – это, как у нас рядовой. А "старлей" – грубо говоря, капрал.

Это объясняло, почему МакБрэди, заявился к нам в чине "подпола", вместо того, чтобы сразу занять место Стэнли… Может, хоть теперь Грэйс получит заслуженные "звезды "… Или не получит: наш "бунт" вряд ли пройдет бесследно…

Когда я вошел в десантный отсек, Адские Псы подали признаки жизни: головы, словно по воле кукловода, дружно повернулись в мою сторону. Но даже сейчас тишина нарушалась лишь мерным дыханием, да робкой возней "флотских". Никто не проронил ни звука, провожая меня взглядом, пока тяжелые подошвы "Викинга" звенели по металлическому полу в направлении воздушного шлюза, у которого замер "Берсерк".

– Аня, – скомандовал я, когда Джонс вошел следом.

– Слушаюсь, капитан.

Ей не требуются объяснения, она делала это много раз, и прекрасно знает, как Адские Псы "провожают" павших.

Створки позади зашелестели, и с легким стуком сомкнулись, оставляя остальных наблюдать через иллюминатор. Раздался короткий низкий гул включенного магнитного пола, "Викинг" отметил потерю атмосферы, и Серафина воспарила у меня на руках; черные волосы разметались, словно в воде.

Аппарель медленно опустилась, представив взору черную бездну, едва мерцающую далекими звездами, многие из которых, наверняка, давно угасли. Да, мы, и впрямь, дрейфуем в самом что ни на есть пустом космосе.