Чтение онлайн

— Я сей же час распоряжусь, чтобы её осмотрел доктор, но для начала стоит довериться нашему старому другу, — ответила Мари, тем самым показывая Петру, что его поведение до абсурдности смешно.

Поднявшись по главной лестнице, не привлекая лишнего внимания, Мари и Мишель с Клэр на руках уже подошли к её комнате, когда графиня сделала неожиданное заявление:

— Вам, сударь, необходимо подождать здесь, пока мы приведём бедняжку в порядок. Вы же не допускаете, что она ляжет в кровать в таком ужасном виде?

— Я понимаю… — ответил Мишель, осторожно поставив Клэр на ноги и убедившись, что она стоит без его помощи.

Тем временем в комнату зашла Майя, которая без лишних слов и расспросов тут же принялась помогать Марии Павловне.

— Душенька, ты не ранена? Расскажи, кто это сделал? — спросила Мари, пытаясь привести её в чувство и стягивая с замершего тела платье.

— На меня напали какие-то люди, а Мишель… он спас меня, — её силы были исчерпаны. Чувствуя полное эмоциональное опустошение, Клэр совершенно не хотела тратить их на одни и те же вопросы.

— В том моя вина! Я понадеялась, что до нашего поместья эти лихие люди не доберутся. Ничего, ничего! Главное, что невредима. — говорила Мари, тяжело переводя дыхание.

— Просто ужасно! Надо благодарить Бога, что князь оказался рядом, — с ужасом на лице констатировала Майя, разглядывая ссадины и порезы на руках Клэр.

— Я зайду сразу после того, как князь Равнин поговорит с тобой, — сказала Мари, наконец переодев её в ночное платье. Майя накрыла плечи Клэр тонким шерстяным шарфом и вместе с графиней вышла из комнаты, оставив дверь полуоткрытой.

Клэр стояла в центре комнаты, направив взор на колышущиеся за окном макушки деревьев. Когда за её спиной заскрипела деревянная дверь и раздались тихие шаги, она так же неподвижно пребывала в своём забвении. Сейчас она напоминала мраморную скульптуру Афродиты, грациозно стоящую в греческом храме и укутанную в льющуюся ткань. Увидев Клэр в таком состоянии, Мишель стал осторожно приближаться к ней, не решаясь некоторое время сказать что-либо вслух.

— Мне жаль, что вам пришлось на это смотреть. Я просил вас убежать… неужто вы могли подумать, что я играю с вами? — мягко сказал Мишель на одном выдохе.

— Отнюдь! У меня и в мыслях не было, что вы в такой момент можете играть со мной. Просто… я слишком волновалась за вашу жизнь или, быть может, застыла в страхе, как девчонка, — тихо говорила Клэр, снова и снова представляя, как Мишель пронзает одного разбойника за другим.

— О моей жизни вам не следовало даже думать, не то что беспокоиться. Я офицер, моя жизнь стоит немного, а точнее совершенно ничего. В то время как вы действительно могли пострадать.

— Кажется, в первую нашу встречу вы так не считали.

Вглядываясь в её губы, ресницы, щеки, Мишель словно проводил невидимый контур воображаемым пером, запоминая каждую царапинку, каждую родинку на её лице; вьющиеся локоны, похожие на морские водоросли в темноте.

— Мне хотелось бы верить, что рано или поздно вы простите меня за тот случай.

— Дуэль? — с нежностью в голосе уточнила она.

— Господь с вами, разве можно тот случай назвать дуэлью?

— Полагаю, что да.

Мишель пропустил её ответ и снова принялся расспрашивать про её самочувствие.

— Те люди, которых я лишил жизни сегодня… вы же понимаете, что другого выхода не было?

Клэр молча кивнула.

— Позволите ли вы, мне сказать?

Она опять обессиленно кивнула, прикрыв свои глаза и, наконец, повернулась к нему лицом.

— Вы очень храбрая! Вы были храброй тогда и оставались такой сегодня. Ваше мужество не может не поражать… и не сводить с ума.

Клэр находилась очень близко к нему. По её встревоженному телу пробежала дрожь, а где-то под рёбрами резко сжимало каждый раз, когда он замолкал. Временами она забывала дышать; боялась, что Мишель сейчас поцелует её сильно этого желая.

— Спасибо вам, что оказались рядом и пришли на помощь, — внимательно изучая черты его лица в темноте, произнесла Клэр.

— Благодарю Бога, что поспел вовремя, иначе я бы себе этого не простил, — Мишель аккуратно провёл пальцами по разбитой и слегка набухшей губе Клэр, стиснув от досады зубы до треска.

— Что о вашем прощении, — задумалась она, — полагаю, я больше не могу злиться на вас за тот случай.

— Mon chere! (моя дорогая!) — воскликнул Мишель и рухнул к её ногам. Погрузив своё лицо в складки её платья, он крепко обнимал ноги Клэр, смутив её ещё больше. Поражённая его поведением, Клэр разрывалась в смешанных чувствах восторга и стыда от всего того, что говорил и делал Мишель.

— Что вы делаете? Прошу вас, встаньте, это ни к чему, — Клэр принялась поднимать его с колен, повторяя, что она не требует к себе такого отношения.

— Боюсь, сегодня я не усну… — сказал Мишель, сияющими глазами следя за её потерянным взглядом. — Я полон сил. Но вы много пережили за сегодняшний день. И я буду крайне не прав, если лишу вас отдыха, который вам сейчас так необходим. К тому же музыка стихла, гости возвращаются по домам, и, думается мне, графиня Миланова также по моей вине до сих пор не сомкнула глаз, — он бережно взял белую руку Клэр и, прикоснувшись к ней губами, направился к выходу. Клэр заметила, чего стоило ему оторваться от её ладони.

— Добрых снов, Клэр Данииловна.

Холодный солнечный луч упорно пробивался через плотные льняные занавески, прикрывающие окно в комнату Клэр. Как ребёнок, она сладко растянулась в постели, приминая ногами мягкое одеяло. В некоторых частях тела Клэр ощущала ноющую боль, которая, по всей вероятности, была следствием вчерашнего марш-броска.

На удивление, после разговора с Мишелем она и правда больше не вспоминала о тех бандитах, которые по иронии судьбы сделали их ближе. Все её мысли были только о нём. Перед глазами стоял его мужественный, благородный образ, отчего её сердце начинало трепетать. Лишь мысли о нём заставляли её улыбаться без всякой причины. Удивительно, что в своём мире она никогда не встречала человека, равного Мишелю по силе, стати, уму и красоте. Прежде в её голове даже не возникал такой идеальный, совершённый образ. «И почему в двадцать первом веке такие не водятся?» — думала Клэр, сокрушаясь, что рано или поздно ей всё же придётся вернуться.

Мысль о Мишеле резко сменилась мыслью о том, что он может исчезнуть навсегда. Она снова задумалась о том, как её угораздило сюда попасть. Одно предположение сменялось другим, начиная от отравления газами, заканчивая психическим расстройством.

В конце концов Клэр закрыла сонное лицо руками и вдруг почувствовала, как что-то маленькое упорно давит на кожу. Вытянув руки перед собой, она обратила внимание на бабушкино кольцо с потёртым, старым зелёным камнем.

«Этого… просто… не может… быть…» В одно мгновение в голове Клэр стало всё проясняться, и каждое событие сплелось в одну длинную цепь.