Чтение онлайн

— Феник! — осадила я его. — Немедленно перестань!

— О, милостивая госпожа, моему спутнику не страшен какой-то там пес.

— Он волк! — строго поправил гнома Аластор.

— Да хоть сам дракон, — зловеще отозвался Велинор Из хам как там его.

На долю секунды все вокруг померкло, цвета стерлись, а сердце защемило от непонятной тоски. Это длилось мгновение, но на глаза почему-то навернулись слезы.

Раздался резкий хлопок, повеяло гарью и… рядом с гномом появился худой и очень высокий человек, с ног до головы укутанный в черные шелка. Даже лицо было спрятано. Но пугало не это, и даже не те спецэффекты, что предвестили его появление. Вызывала ужас и оторопь огромная коса на его плече. Натуральная такая коса. Вот прям как на средневековых картинах смерть изображали, ту, что с косой приходит, вот такую косу я лицезрела прямо перед собой.

Феник громко зарычал, Аластор вдруг подскочил на все четыре лапы и вздыбил хвост.

— Как?! — вскричал Велинор Мас Ис как его там. — Вы смеете не бояться?! Падите ниц перед величайшим! Падите ниц!!!

Я искоса глянула на своего компаньона, затем на волка, никто из них ниц падать не собирался, очень даже наоборот: кот принял боевую стойку и нарочито медленно махал правой лапой с выставленными когтями-лезвиями, Феник оскалил пасть так, что я даже засмотрелась на его идеальные белоснежные клыки.

Что ж, Татьяна, и ты держись…

Странный человек повернул ко мне лицо и посмотрел прямо в глаза. Хватило одного лишь мимолетного соприкосновения взглядов. Страшно стало до одури! Клянусь, я в жизни не испытывала такого сильного иррационального страха, как в те минуты. Сердце заполошно билось в груди, душа металась, готовясь отправиться на небеса раньше срока, а голос отказывался подчиняться, лишь каким-то чудом я из себя выдавила:

— Не хочется одежду пачкать, видите же, пыльновато тут, дворника еще не наняли. Если желаете, могу предложить вакантную должность вам…

Прямо на глазах лицо впечатлительного гнома стало сначала розоветь, потом краснеть, пока наконец не стало багряно-бордовым.

— Давление? — сочувственно спросила я.

— Бывает, да, — видимо, на автомате отозвался достопочтенный невоспитанный гном.

— Сочувствую, — искренне проговорила я. — Может, водички?

— Да… Нет! Что за насмешка! Да, я всю вашу лачужку по щелчку пальцев! Да, я… Падите ниц!

Гном повернулся к замотанному в черные тряпки спутнику, тот кивнул и…

У меня перехватило горло от нахлынувших чувств. Тоска, печаль, грусть, осознание бренности бытия…

Я схватилась за шею и просипела:

— Прекратите хулиганить.

— Падите ниц! — вновь завел уже надоевшую шарманку гном Ихну Вам Дан как его там. — Иначе он заберет вас! Он заберет вас туда-а-а-а…

Ах, какой же он все-таки занудный! Так меня еще никто не раздражал!

Судя по рычанию Феника и фырканью Аластора, их тоже. Нервная какая работа, оказывается, быть хозяйкой таверны, хотя я всегда считала себя стрессоустойчивой, недаром ведь столько лет в медицине отработала.

— Все там будем, — окрепшим голосом откликнулась я. — А ты, достопочтенный, если орать не перестанешь, прикажу моему охраннику проводить тебя в лесочек и поучить уму разуму.

— Что?! — аж захлебнулся от своей ярости гном, дай бог памяти вспомнить его имя. — Я! Да я! Да он! Я вам сейчас расскажу, что с вами будет!

Мы с котом и волком заинтересованно посмотрели на него, даже его жуткий спутник повернул к нему голову.

Гном, польщенный всеобщим внимание, заговорил тихо, но слова его поистине пробирали до мурашек:

— Длань всемогущего потянется к самой вашей сущности, и, коснувшись ее, обречет вас познать всю боль мироздания, вы убедитесь в тщетности надежд на избавление, вы взалкаете подчиниться…

От фигуры в черном и впрямь стала отделяться призрачная тень. Жутковатое зрелище, если честно. Только длань и дланью-то не была, выглядела она будто серое размытое щупальце, как у плохо смонтированного монстра в фильмах восьмидесятых годов прошлого столетия.

— Па-а-адите ниц! — фальшиво пропел приспешник странного типа в костюме аля Хэллоуин.

И мы пали.

Стыдно признаться, но коленки, помимо моей воли, дрогнули, а затем ноги и вовсе подогнулись. Я так и рухнула носом в землю, едва хватило сил повернуть голову и увидеть бедного Феника, скрюченного так, будто ему веревками лапы к пузу привязали. Хорошо, хоть рычал, а то бы я совсем за него испереживалась.

Вот посмотреть на Аластора я уже не смогла, меня словно бетонной плитой придавило, а в ушах звенело, хотя заунывный речитатив гнома все равно пробивался через этот звон:

— Он вынет души из ваших тел и поглотит их, он будет медленно смаковать ваши мучения…

— Вот же ж, — раздался ворчливый кошачий голос, — аж есть захотелось.

Гном на секунду умолк, а я все-таки смогла повернуть голову к моему компаньону. У меня была надежда на то, что он смог устоять. Нет, сделала я неутешительный вывод, не смог. Скрючило его еще хуже, чем Феника, но дух его был крепок — молнии так и летели из глазищ, опасные для всех его врагов когти пытались порвать невидимые путы, хвост яростно бил по земле, поднимая в воздух облака пыли. Надо-таки озаботиться уборкой на территории. Если выживем…

— Падите ни-и-иц! — после недолгой паузы продолжил завывать гном.

— Пали уже, — язвительно откликнулся кот.

— Ах, да… Тогда, узрите-е-е мощь всемогущего!

— Масло масляное, — прохрипела я. — А силу всесильного, ум всеумного нам узреть не надо? И как узреть? Умозрительно, наверное…

Саркастичной я вот точно никогда не была. Вредные условия труда, друзья, это все они! Надо Ваксафару сказать, чтоб хоть молока выдавал всем сотрудникам. Хотя, что это я. Кто тут хозяйка? Клятвенно обещаю поощрять всех сотрудников и себя не только молоком, но и дополнительным отпуском! Если выживем…

— Воняет, — неожиданно пожаловался Феник.

Я с трудом вновь повернула голову, волк сморщил нос и так скривил морду, будто ему пытались подсунуть позавчерашнюю котлету.

Я с усилием втянула воздух, но никакого запаха не почувствовала, разве что пыли, так и сказала:

— Не чувствую вони.

— Это аромат вашего падени-и-и-я-а-а, — влез в наш диалог настырный гном.

— Фу, — лаконично отреагировал волк.

А я после его «фу» почувствовала, что неведомая сила уже не так крепко держит, и решилась попробовать уговорить опасного гостя: