Чтение онлайн

– Надеюсь, за нами не тащится хвостом ваш сегодняшний "ситроен" или что-нибудь другое в этом роде?..

– Я же вас заверил, что ничего такого не будет, - сухо возражает Бэнтон.

– Потому что стоит только вмешаться кому-то постороннему, и вся операция полетит к чертям.

– Вы начинаете повторяться, дорогой, - замечает американец. Но и он тоже повторяется, спрашивая недоверчиво: - А где гарантия, что вы не завлечете меня в ловушку?

– Не становитесь смешным. Какая ловушка? Здесь, в этой стране, скорее я в ваших руках, чем вы в моих.

Фары позади постепенно к нам приближаются, и наконец машина выходит вперед. Неизвестный нам "мерседес" с неизвестной женщиной за рулем. Женщина пожилая, не то что "наши". Видимо, Ральф сознательно сбавил скорость, чтобы пропустить эту машину.

– Вы мне так и не сказали, до какого места мы едем, - подает голос американец спустя какое-то время.

– Вам это ни к чему. Иначе у вас мог бы появиться соблазн направить туда кого-нибудь из своих людей и этим все испортить.

– Мне в голову не приходила подобная мысль, - врет он самым беззастенчивым образом.
– Я не настолько беззащитен, чтобы нуждаться в охране.

– Верю. Но если бы и не верил, ваш оттопырившийся справа пиджак запросто убедил бы меня, что я не прав. Впрочем, вы, по-моему, совершенно напрасно обременили себя этим утюгом.

– Возможно, - отвечает Ральф.
– В сущности, моя работа - проверять бумаги и считать банкноты, а не стрелять.

– Очевидно, вы говорите лишь о своей воображаемой работе в банке?

– В банке, в другом ли месте, но моя работа сугубо канцелярская. Однако, прежде чем стать канцеляристом, я испробовал и многое другое. Так что не путайте меня с Кенигом: вы рискуете ошибиться.

– Мне в голову не приходила подобная мысль, - уверяю его в свою очередь. Напротив, я рассчитываю на ваш профессионализм. Потому что, если вы профессионал, едва ли вы станете делать глупости, на которые способен иной любитель, - глупости, которые могут все испортить.

Конечно, я далек от того, чтобы слепо доверяться американцу. Мне даже думается, что "бьюик" оснащен микроаппаратурой, посылающей в эфир свои "пиу-пиу" и направляющей на расстоянии вслед за нами какой-нибудь "ситроен". И ничего удивительного, если те, в "ситроене", поддерживают связь с оставшимися в вилле - к примеру, с Тимом или Томом, готовыми при необходимости подослать подкрепление. Но если верить в искренность Ральфа нельзя, то сомневаться в его корыстолюбии не приходится. А это значит, что по крайней мере в момент совершения сделки у нас не должно быть свидетелей. Чтобы все получилось как надо, у начальства Бэнтона не должно возникать никаких сомнений.

Начиная с этого момента, риск, конечно, возрастает. Бэнтону ничего не стоит отпустить меня на все четыре стороны: я исчезаю с документами, не имеющими особого значения, и оставляю его в покое. Но на такое великодушие с его стороны рассчитывать не приходится. Трудно себе представить и другое - что у него хватит глупости передать меня в руки своего начальства. Он просто-напросто ликвидирует меня, чтобы раз и навсегда избавиться от свидетеля.

– Так в котором часу ваши люди должны вступить в действие?
– спрашиваю, лишь бы не молчать.

– Вы становитесь просто невыносимым, Лоран, - тихо отвечает Бэнтон.

– Я ведь говорил: в считанные секунды тайник нам не открыть. И нам с вами будет одинаково неудобно, если ваши люди раньше времени начнут совать нос...

– Вы становитесь просто невыносимым, - повторяет американец.
– Можете быть уверены, никто не станет совать свой нос, и никто не сможет нам помешать.

Остальную часть пути едем молча. Только при въезде в Лозанну Ральф спрашивает:

– Теперь куда?

– К вокзалу.

– Если вы сразу назовете адрес, мне будет легче ориентироваться.

– Я не могу назвать вам то, чего сам не знаю. У меня есть только зрительные представления, где это может быть.

В действительности все наоборот: у меня нет никаких зрительных представлений, но я довольно точно ориентировал себя по карте. У вокзала я говорю ему:

– Сворачивайте вниз, проезжайте под мостом, затем опять вправо.

И лишь после правого поворота я даю следующее указание, потом - следующее. И так далее. Я сознательно усложняю маршрут, даже рискуя заблудиться. Наконец "бьюик" втискивается в узкий проход между каким-то высоким зданием и каменной оградой.

– Это здесь?
– подозрительно спрашивает Ральф.

– В двух шагах отсюда, - успокаиваю я его. Дальше мы идем пешком, и мои "два шага" несколько растянулись.

– Вы меня разыгрываете, дорогой, - не выдерживает Ральф.

– Какой мне резон вас разыгрывать? Хотя я тоже имею право на какие-то предохранительные меры. Кому охота умирать в мои годы?

Наконец подходим к небольшой массивной постройке, не очень выделяющейся среди деревьев, на пологом склоне, спускающемся к озеру.

– Вот здесь, - сообщаю я.

– Вы и в самом деле разыграли меня. На машине мы могли подъехать в считанные секунды.

– Обойдем здание с этой стороны, - предлагаю я, не слушая его.

Оказывается, помещение у входа освещено.

– Видали?
– удивляется Бэнтон, глядя на светящиеся окна.

– Говорил же я, что Виолета способна выкинуть какой-нибудь фортель!

– Тем хуже для нее, - бросает мой спутник и направляется к двери.

– Постойте, так не годится, - останавливаю я его.
– Уж не собираетесь ли вы с нею разделаться?

– Зачем? Скрутим ее, сунем что-нибудь в рот.

– Оставьте ваши бандитские приемы. Я сам все сделаю. Прибегнуть к сильным средствам никогда не поздно.

– Ладно, Лоран, действуйте, - неохотно уступает Ральф.

Я жму на кнопку звонка достаточно сильно, чтобы разбудить хозяйку, если она уснула. Немного погодя изнутри доносится голос Виолеты, слишком слабый, чтобы можно было что-то понять. Надавливаю на ручку, дверь открывается. Справа в коридоре вторая дверь, ведущая в освещенное помещение, гостеприимно распахнута, и мы входим в комнату.

Виолета лежит на диване под пестрым одеялом, она встречает нас анемичной улыбкой:

– А, мосье Лоран!

Затем ее взгляд останавливается на американце, и улыбка сменяется недоумением.

– Наш сосед, господин Бэнтон, - спешу его представить.
– Он меня привез на своей машине.
– И добавляю: - Вы нас напугали, Виолета. Мы уже кинулись вас разыскивать в полицейских участках. Раздобыли ваш здешний адрес. Подумали было, что с вами бог знает что случилось...

– Случилось, - кивает девушка. Она резким движением отбрасывает одеяло, и мы видим, что ее нога в гипсе.