Чтение онлайн

Спустившись по винтовой лестнице, мы очутились в обширном, довольно мрачном помещении. Свет проникал откуда-то сверху через небольшие оконца, расположенные под потолком. Приглядевшись, я рассмотрел, что стены этого странного зала увешаны разнообразным оружием. Здесь были луки и колчаны со стрелами, копья, дротики, боевые топоры, короткие мечи, остроги и какие-то странные приспособления, похожие на орудия пыток.

Мне стало не по себе, и я незаметно дотронулся до заднего кармана. Пистолет был на месте. Я мог вытащить его в любой момент.

В дальнем конце зала находилось что-то похожее на возвышение. Драпировка из тяжелой, золотисто поблескивающей ткани оставляла открытыми только нижние ступени.

Не дойдя нескольких шагов до занавеса, провожатый остановился и жестом предложил нам сесть.

Я с недоумением оглянулся. Однако оказалось, что на полу лежат подушки, набитые морской травой. Мы с Тоби сели, и Тоби аккуратно поставил на колени сверток с подарками, перевязанный красной лентой.

Наш провожатый исчез за занавесом. Очевидно, пошел докладывать. Мы напряженно ждали.

<Кто бы мог предполагать, что под коттеджем имеется еще подземелье, думал я.
– Зал не меньше двадцати метров в длину. Конечно, он высечен в скале. Ведь домик вождя стоит прямо на выступе кораллового рифа. Зачем все это понадобилось? И оружие, - я глянул по сторонам, - это, пожалуй, одна из самых больших коллекций оружия тихоокеанских островитян. Даже в Мельбурнском музее не видел такой... Ей цены нет>.

Тоби шевельнулся на своей подушке. Я глянул на него. Он чуть заметно покачал головой.

– Все будет в порядке, - успокоительно шепнул я.

– Не в том дело, - тихо ответил он.
– Покурить бы...

– Придется потерпеть. Сейчас неудобно...

Занавес дрогнул и раздвинулся.

На возвышении, покрытом яркой циновкой, скрестив ноги, сидел человек. Его тело, руки и ноги были окутаны складками белого плаща, широкое коричневое лицо с толстыми губами и крупным носом казалось высеченным из камня. Массивные веки прикрывали глаза. В курчавых черных волосах блестел золотой обруч. Очевидно, это и был вождь Муаи собственной персоной и... в полном одиночестве. Больше в зале никого не было видно. Исчез даже наш таинственный провожатый, говоривший по-английски.

Мы с Тоби встали; я неловко поклонился. Ни один мускул не дрогнул на лице человека, восседающего перед нами. Если бы не дыхание, чуть колеблющее складки одежды, его можно было бы принять за каменное изваяние.

Я скосил глаза на Тоби. Он переступал с ноги на ногу и крутил головой с таким видом, словно ему давил горло несуществующий воротничок.

Приветственная речь начисто вылетела у меня из головы. К тому же я понятия не имел, на каком языке говорить. Молчание явно затягивалось, и меня начала разбирать злость. Что означает все это представление? Может быть, над нами опять хотят позабавиться?

Наконец вождь соизволил нарушить молчание.

– Гм...
– сказал он.

Это <гм> могло быть произнесено на любом из тысячи пятисот языков Земли, и я снова очутился в затруднительном положении: на каком же языке отвечать?

– Гм, - повторил вождь.
– Вы собираетесь молчать до вечера?

Он говорил на довольно правильном французском языке.

Я торопливо ответил по-французски.

Это оказалось нелегко - с ходу переводить приветствие на французский язык. К тому же я забыл начало и переиначил титул вождя.

Он прервал меня, махнув рукой:

– Переходите к делу!

Я принялся пространно объяснять цели нашей экспедиции, задачи бурения, сам способ бурения скважины. Подчеркнул, что <дырка> не причинит никакого вреда острову и его обитателям. Я старался говорить как можно более популярно: упрощал терминологию, по возможности заменял технические выражения словами, которые должны были быть ему понятны.

Он слушал довольно внимательно, потом спросил:

– Зачем нужна эта скважина?

Он употребил именно слово <скважина>, а не <дырка в острове> выражение, которым пользовался я в своих объяснениях.

Вопрос поставил меня в тупик. Объяснять ему строение кораллового атолла? Рассказывать о кимберлитах, которые мы предполагали обнаружить на глубине под коралловой постройкой?.. Я уклончиво ответил, что хотим <заглянуть внутрь острова>, убедиться, нет ли там чего-нибудь, что в дальнейшем могло бы принести пользу обитателям Муаи...

– Например?
– резко перебил он.

Я чувствовал себя как на экзамене. Пот ручьями струился по щекам, стекал за воротник рубашки.

– Разные вещи могут оказаться на глубине, - пробормотал я не очень уверенно.

Он чуть приподнял тяжелые веки и принялся рассматривать меня с насмешливым любопытством. Потом сказал:

– Верно... Разные вещи могут оказаться на глубине. Например, такие, которые вам даже не снились... Допустим, вы не знаете, зачем эта скважина; допустим, ваш босс, которого тут нет, не объяснил вам этого. Но я верховная власть на острове, - должен я знать, что, где и зачем вы хотите делать? Или вы не согласны со мной?

Судя по языку, по манере выражаться, он получил кое-какое образование и производил впечатление довольно цивилизованного человека. Поэтому я решился... Я рассказал ему об устройстве атолла, о том, что под коралловой постройкой должен находиться скальный цоколь. Этот цоколь скорее всего является древним вулканом. До вулкана мы и хотим добраться скважиной.

Я готов был побиться об заклад, что он обязательно заинтересуется древним вулканом и захочет узнать, не начнет ли вулкан извергаться после бурения скважины.

Но он только сказал:

– Там, где собираетесь бурить, не достигнете цоколя.

– Почему же?

– Там цоколь глубоко.

Счастье еще, что Тоби не понимает по-французски. По-видимому, мне давно пора возмутиться... Кажется, этот коричневый монумент собирается учить меня.

Я сказал возможно более решительно и холодно:

– О том, какое место подходит для бурения, разрешите судить мне.

Слово <мне> я подчеркнул.

Неожиданно он согласился:

– Разумеется... у вас могут быть свои соображения. Это ваше право.