Чтение онлайн

Габризлла!

Меня охватила паника. Ведь именно ее тень я видела совсем недавно перед камином.

Я боялась даже взглянуть в ту сторону, где раздался этот звук. Кто-то прошел по коридору мимо дверей моей комнаты. Я надеялась, что кто-нибудь заглянет ко мне и положит конец всем этим видениям. Шаги слышались все отчетливее, но вот они стали удаляться.

В конце концов, я собрала все свое мужество и повернула голову. Опять она там лежит? В том же положении, в котором я застала ее после несчастного случая? Не может быть! И почему я позволяю так себя дурачить?

Тупо глядя в потолок, я пыталась сообразить, откуда раздаются эти странные звуки. В соседней комнате никто не жил. Но звук был, словно там наводили порядок. В это время? И кроме того, горничная Леокадия была в деревне. Да и стены были слишком толсты, чтобы звук из другой комнаты доносился так явственно.

Спустя несколько минут напряженного прислушива­ния я убедилась, что звук раздается со стороны комода, стоявшего у южной стены. Я встала, дрожа, прошла через комнату и, подойдя к комоду, приникла ухом к деревянной панели белого цвета. Что-то скреблось и царапалось за ней.

Прошло немного времени, прежде чем снова зарабо­тал мой здравый рассудок. Что за фантастические дела! Я даже улыбнулась. Это же одна из мышей Пена!

Мои нервы были на пределе, и я громко вскрикнула, когда позади открылась дверь. Я сердито обернулась, злясь на непроизвольный вскрик, и увидела молодень­кую девушку-прислугу, которая пришла на мой звонок.

— В следующий раз извольте стучать в дверь, — проговорила я неприветливо.

— Но я постучала, мадемуазель, — воскликнула девушка с удивлением. — Разве вы не слышали? — А когда она увидела меня возле комода, то произнесла с понимающей улыбкой: — А, мадемуазель изучала тайный выход. Его трудно найти. Старые мастера хорошо знали свое ремесло.

— Из твоих слов следует, что здесь, за стеной, находится потайной ход? И любой человек, днем ли, ночью ли, может ко мне войти?

— О нет, мадемуазель! — Она быстро поставила поднос на столик и подошла ко мне. — Вы должны знать, что запор замаскирован в нижней части плинтуса. Во времена избиения гугенотов этим ходом спасались от солдат. Я еще ребенком часто играла здесь, пока дом стоял пустым.

Она чуть подвинула комод в сторону и показала почти незаметный рычажок в деревянной рамке.

— С той стороны имеется такой же рычажок. И только если они оба сдвинуты в одну сторону, дверь можно открыть. Посмотрите, вот так…

— Нет! — воскликнула я, но потом, успокоившись, сказала: — Хорошо, давай посмотрим, кто же там шумит.

Она нажала на нижнюю часть потайной двери. Я попыталась ей помочь, но потайная дверь не двигалась. Или дверь была долгое время закрыта и теперь ее заклинило, или запор с. той стороны был задвинут.

— Может быть, оставите запор открытым, — проговорила девушка. — Вне всякого сомнения, кто-то вышел из дома. Пока люди с той стороны не сдвинут засов…

— Нет, — воскликнула я. Но, поразмыслив над ее предложением, вынуждена была согласиться, что она права. И я решила заглянуть туда.

— Не могли бы вы сбегать на кухню и поискать там что-нибудь съедобное для меня? А то очень есть хочется.

Девушка взглянула на поднос и заметила с удивле­нием, что до этого я, видимо, не страдала от голода. Качая головой, она поспешила прочь.

Оставшись одна, я снова отодвинула запор и, вооружившись бронзовым подсвечником, подошла к комоду. Ничего не было слышно. Если в этом потайном проходе были мыши, то, испуганные нашим шумом, давно убежали. А если там был человек?

Мой поступок и моя поза вызвали недовольство капитана, Пена и Розы, которые пришли пожелать мне спокойного сна.

Но так как я не хотела быть неблагодарной в их глазах и помнила, что лучшая защита — это нападение, то первой стала задавать вопросы.

— Знали ли вы о существовании потайного хода, сэр? — спросила я осторожно, объяснив, чем продик­товано мое поведение.

— Конечно! — ответил он неожиданно прямо. — С сегодняшнего дня, по крайней мере. Все помещения на этой стороне дома имеют такие потайные двери, от которых идут лестницы. Я могу только предположить, когда они были построены. Одни двери имели запоры, другие нет. Но я на все сделал замки.

— А другие обитатели дома знают об этом?

Он бросил на меня загадочный взгляд.

— Хо! — выдохнул уважительно Пен. — Эмилия точно об этом знает. Нет ничего для нее неизвестного в «Голубых Болотах».

Роза старательно кивнула головой. По всей видимо­сти, в данном вопросе она была согласна с братом.

— В этом я не совсем уверен, — высказался капитан. — Однако в любом случае доверять ей не стоит. Но и ее комната, и комната Шиллера имеют такие потайные двери.

— Может быть, мы посмотрим, откуда раздавались эти странные звуки? — предложила я.

— Великий Боже! Вам сейчас необходимо лечь поспать, моя милая Ливия. — Капитан ласково потрепал Розу по щеке: — Оставим ее одну?

— А Франц Шиллер?

— Я думаю с рассветом отправиться на его поиски. Некоторые жители Тарна также примут участие в поиске. Пошли, ребята. Пожелайте Ливии доброй ночи — и марш отсюда.

— А ты разве не идешь? — спросил Пен и посмотрел на свою сестру.

— Сейчас. Если ты позволишь, я по-своему попро­щаюсь.

После того как Роза сделала книксен, а Пен галантно поцеловал мне руку, отец вывел обоих детей в коридор. Как только он вернулся, то сразу запер потайную дверь и серьезно посмотрел мне в глаза.

— Нужно ли вам еще что-нибудь, Ливия? Нет ли каких отрицательных последствий несчастного случая?

— Спасибо, сэр. Я чувствую себя хорошо.

Мой вежливый и краткий ответ не мог сказать ему ничего о моих чувствах, но он, тем не менее, схватил мои руки и поднес их к губам, а когда я важно присела перед ним, притянул меня к себе и поцеловал в губы.

Все подавляемые страдания я вернула ему в ответном поцелуе. Когда несколько минут спустя я пыталась заново пережить эту сцену, мне даже не верилось, что мои руки сами обвили его шею, и я плотно прижалась к его сильному, горячему телу.

Мисс Эмилия разрушила наше краткое счастье. Она неожиданно появилась в дверях и вся просто исходила ядом. Я попыталась освободиться, но Николас крепко держал меня в объятиях. Он стоял к ней спиной и поэтому не видел кричащей ревности в ее голубых глазах. Для меня было открытием, что она испытывает пылкие чувства к Николасу. Или это было просто возмущение аристократки, что женщина моего социаль­ного положения так сильно привязала к себе капитана Брендона?

Николас наконец заметил выражение моего лица. Он взглянул через плечо, и его яростный, командный голос испугал не только Эмилию, но и меня.