Чтение онлайн

лезет под стреху - к бурану". Но бураном и не пахнет...
– он поглядел на яркое солнце

– немыслимо ласковое и теплое для тридцать первого октября, на все ещё зеленую траву,

потом перевел взгляд на градусник, висевший у входной двери.
– Плюс девятнадцать. Я

уж такого октября и не упомню! Ни облачка, ни единого намека на перемену погоды... И

все-таки...

– Что?
– обеспокоено спросил я, начиная всем сердцем ненавидеть Брюса: если

из-за того, что ему втемяшилось, по какой-то своей придури, лезть под крышу, отец

отменит наше плавание, я ему покажу!

– Я думаю, что в лодке вам стоит находиться только в спасательных жилетах, -

сказал отец.
– Я просто настаиваю на этом!

Что ж, это было наименьшее из ожидаемых нами зол, и мы охотно согласились.

– Я обещаю, что мы не будем снимать спасательные жилеты, пока не выйдем на

берег!
– сказал я.
– Можешь не волноваться!

– Ладно, вперед!
– отец легко вскинул на плечи чехол со сборной палаткой и

рюкзак с консервами.
– Топа, ты прогуляешься с нами?

Топа завилял хвостом, показывая, что всегда рад пройтись.

– А сам ты ничего не чувствуешь, Топа?
– спросил отец.
– Не надвигается

перемена погоды?

Топа озабоченно склонил голову набок, как всегда делал, когда обдумывал

заданный вопрос, потом вскочил и побежал по заливному лугу по направлению к нашей

лодке - он двигался с такой легкостью, что невозможно было поверить, что он весит

больше восьмидесяти с гаком килограмм.

– Ну, Топа - лучший барометр!
– с облегчением вздохнул отец. Видно,

поведение Брюса его все-таки обеспокоило - впрочем, мы все знали, что, если живешь

посреди дикой природы, мелочей для тебя быть не должно. Как шутливо определяет это

отец, "лучше перебдеть, чем недобдеть".

– Да наверно Брюс просто обалдел, увидев Ванькин наряд!
– расхохотался я, и

все остальные расхохотались вслед за мной. И действительно, это ведь было самое

простое объяснение - и как оно раньше не пришло нам в голову? В своем косматом

одеянии, со сверкающим мечом и с рогами, торчащими над шлемом, Ванька и впрямь

выглядел убийственно. Издали, когда расстояние съедает размеры и не очень понятно,

взрослый мужик идет или маленький мальчик, Ванька выглядел натуральным викингом,

невесть как угодившим в наши времена, и наверно, мог бы довести слабонервных до

сердечного приступа.

Взрослые и Топа проводили нас до самой лодки, помогли уложить вещи,

рассредоточив их так, чтобы лодка не потеряла в устойчивости.

– А теперь - спасательные жилеты!
– сказал я, не дожидаясь, когда отец нам

подскажет.

Ванька озабоченно поглядел на свой нагрудник.

– Не знаю, как у меня получится его надеть... Об этом я и не подумал...

– А ты надень жилет под нагрудник, - с улыбкой предложил отец.
– Так ты

будешь выглядеть ещё внушительней.

Ванька согласился, снял нагрудник, одел жилет, а потом мы помогли ему опять

затянуть ремни нагрудника на спине. После этого Ванька так раздался в плечах и в торсе,

что стал похож то ли на гоблина, то ли на Тяжелее Земли - помните, был такой

персонаж в какой-то сказке, и отличался он и маленьким росточком и неимоверной

силой?

– Да, в этом не очень-то легко двигаться, - сказал Ванька.

– Так все рыцари в тяжелых доспехах были очень неповоротливыми, - напомнил

дядя Сережа.
– Хотя бы "Айвенго" перечти.

– Ладно, - сказал Ванька.
– Зато теперь я ещё больше похож на викинга.

Мы забрались в лодку, отец и дядя Сережа помогли нам оттолкнуться от берега, я

взялся за весла, Фантик присела на корме, а Ванька - на носу. По замыслу, он должен

был управлять парусом, когда мы его поднимем.

Взрослые махали нам руками, мамы выкрикивали последние наставления, типа

того, что "если промочите ноги, сразу сушите ботинки и надевайте теплые носки",

Фантик и Ванька махали в ответ и кричали, что все будет просто замечательно, а я

усердно греб.

– Когда мы поднимем парус?
– спросила Фантик, когда мы отошли метров на

сто.

– Как только обогнем остров и выйдем на большую воду, - сказал я.
– Осталось

только вон тот мысок миновать.

Мы с Ванькой, естественно, как следует тренировались весь октябрь в умении

управлять парусом, и у нас это уже получалось очень неплохо, но, все равно, мы ещё

чувствовали себя недостаточно опытными и предпочитали, когда у нас было пространство

для маневра.

Мысок мы обогнули минут через пятнадцать, Ванька послюнявил палец, выставил

его под ветер и сказал:

– Вроде, ветерок попутный. И не очень сильный, в самый раз, чтобы скорость

набрать, но при этом не напрягаться. Ну, как, благословясь?

– Благословясь!
– ответил я.

Отец всегда говорил "ну, благословясь", когда брался за важное дело, и мы это

выражение подцепили от него.

Ванька стал тянуть снасти, и через минуту парус развернулся во всю ширину и

высоту, тут же затрепетал и стал надуваться. Лодка заскользила по воде намного легче и

быстрей. Я поднял весла. Лодка не снижала скорости, она шла ровно и хорошо, и в

нужном направлении, как раз вдоль берега, метрах в тридцати от него - было место для

любого маневра, а большие туристские теплоходы проходили дальше к середине озер и

каналов, поэтому нам не грозило столкновение с одним из них.

Город быстро проплывал мимо: набережная с аллеями для гуляния, исторический

центр, пятиглавый храм Николая Святителя - красивый и грандиозный, настоящий

собор, который городу и побольше нашего сделал бы честь. Его купола и кресты,

отреставрированные два года назад, к крупному юбилею Города, сверкали на солнце.

– Действительно, благодать!
– вздохнула Фантик, блаженно жмурясь.
– Ребята,