Чтение онлайн

настрой, хотя иногда говорил ему: "Только, надеюсь, благодаря воспитанию ты не

вырастешь в одного из тех сумасшедших "зеленых", которые берутся защищать природу,

ничего в ней не понимая, и только вред приносят".

Вот такие дела, чтобы вы знали - или вспомнили, если вы читали предыдущие

повести, где я уже об этом рассказывал.

Но вернемся к нашему плаванию.

– Аленький цветочек вообще был единственным на всей земле, и все-таки его

сорвали, - сказала Фантик.

– Ага, и чем это кончилось?
– насмешливо возразил Ванька.
– Вон какие ужасы

произошли!

– Никакие не ужасы!
– заспорила Фантик.
– Ведь, в результате всего, чудовище

превратилось в прекрасного принца!

– Да о чем спорить?
– сказал я.
– Мы уже давно миновали это место!

– Ой, смотрите, ещё одна заводь с белыми лилиями!
– воскликнула Фантик.

Я не выдержал.

– Вертай к заводи!
– сказал я Ваньке.

– Ты что?!
– Ванька, похоже, расстроился.
– Неужели ты?..

– Раз ещё одна заводь - значит, это судьба!
– сказал я.
– Пусть Фантик побудет

русалкой. Русалка и викинг в одной лодке - это вообще умереть... Только смотри, -

предостерег я Фантика.
– Сама за цветком не тянись. Надо сорвать его аккуратно, чтобы

не раскачать лодку, так что предоставь это дело мне.

Разом просиявшая Фантик кивнула в знак согласия.

Мы вошли в заводь, остановились посреди цветов, и я, осторожно наклонившись,

потянулся к ближайшему. Опустил руку под воду, нащупал его стебель. Вода была

довольно холодной - градусов четырнадцать-пятнадцать, но не такой холодной, как ей

положено быть в конце октября. Я подумал, что к вечеру можно будет и искупаться -

особенно если на острове Буяне найдется тихая бухточка, их тех, которые солнце так

хорошо прогревает за день.

Стебель оказался довольно мясистым и упругим, а я боялся дергать, чтобы не

накренить лодку слишком сильно. Хоть она и обладала потрясающей устойчивостью -

спасибо всем, кто на помог её наладить - но все-таки она была нагружена довольно

основательно, а на воде рисковать никогда не стоит. Уж этот отцовский урок я заучил как

надо! Слишком много печальных примеров успели мы повидать!

Стебель почти поддался, когда я ощутил между пальцами что-то тошнотворно

склизкое. Я выдернул руку из воды - цветок оторвался как миленький и остался у меня в

руке вместе с куском стебля - поглядел на пальцы и от ужаса и отвращения заорал так,

как не орал, наверно, никогда в жизни!

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ПОД ПРИЦЕЛОМ

Ванька и Фантик чуть из лодки не вывалились от испуга, когда я, не обращая ни на

что внимания и не думая о том, что мы можем перевернуться, запрыгал с дикими

воплями. Мне в палец впиячилась (именно впиячилась, другого слова не подберешь)

пиявка, пристроившаяся на стебле лилии. Она вцепилась в меня так, что оторвать её я не

мог, и к тому же её тельце, похожее на узкий черный мешочек с какой-то гадостью,

проскальзывало у меня между пальцев, и ухватить её у меня никак не получалось. А

ощущение от этой твари, болтающейся на пальце было, говорю, самое мерзопакостное. Да

ещё и учтите, насколько неожиданно все это произошло.

Наконец, мне удалось её кое-как оторвать и стряхнуть в воду, и я опустился на

скамью под парусом, переводя дух.

Как ни странно, во время моих прыжков и метаний лилия нисколько не

пострадала, и я протянул цветок Фантику.

– На... Держи...

Фантик глядела на меня округлившимися от ужаса глазами, её лицо побелело.

– Что это было?
– пролепетала она.

– Пиявка, - ответил я.
– Не обращайте внимания, просто сначала это было как-

то...
– меня передернуло.
– А вообще пиявки ведь не опасные твари.

– Вот видишь, как Борька влип из-за твоего дурацкого желания заполучить этот

цветок!
– бухнул мой братец.

Фантик, которая в любом другом случае огрызнулась бы, наверно, в ответ,

промолчала. Она и сама переживала и чувствовала себя виноватой.

И тут мы услышали треск кустов на берегу.

– Тихо!
– сказал я.
– Что там такое? Человек или зверь?

– А какой зверь может так трещать?
– прошептала Фантик.

– Медведь... или лось, - таким же шепотом ответил ей Ванька.

Но это был не медведь и не лось. Из кустов на берег выломился здоровый мужик с

отличной винтовкой - и с таким шалым взглядом, что нам сразу стало не по себе.

– Стоять!
– крикнул - или, вернее, прорычал - он, направляя на нас винтовку.

– На месте!

Мы замерли, боясь пошевелиться.

Мужик, держа нас на прицеле, приглядывался к нам.

– Кто такие?
– спросил он.
– Что здесь делаете?

– Просто... просто катаемся, - с трудом проговорил я.

– Одни?
– осведомился он.
– Без взрослых?

В самом этом вопросе была спасительная для нас подсказка.

– Как же без взрослых?
– поуверенней ответил я.
– Я ж говорю, нас отпустили

покататься. А наши папы здесь охотятся... совсем неподалеку.

– Где - здесь?
– резко спросил мужик.

Я махнул рукой в ту сторону, из которой мы приплыли.

– Вон там...

– Там?
– мужик покосился туда, куда я махнул рукой.
– И далеко они?

– Совсем недалеко!
– быстро заверил я.
– Как начнут стрелять, так вот увидите,

выстрелы совсем рядом прозвучат!

Мужик приглядывался к нам, что-то соображая.

– Рядом, говорите?
– проворчал он.
– Что-то не верится. Слишком много

барахла у вас в лодке. Что ж вы его не разгрузили, если вы уже выбрали место для