Чтение онлайн

с «прихватом». Теперь лишь бы самой в живых остаться.

Прибавила ходу, торопится, почти бежит. Голова набок, пра­

вым ухом слушает, что творится сзади. А преследователь тоже

напирает, бухают шаги, кусты хлещут по телу. Хотела закричать,

но голоса нет, горло пересохло. Вместо крика вылетел тонкий,

комариный писк. Припустила со всех ног, бежит, спотыкается,

падает, запинаясь о кочки и колодины. Потеряла платок, во­

лосы растрепались от быстрого бега, платье трещит, цепляясь

о сучки. Со стороны посмотреть, не женщина бежит, а ведьма на

метле летит! Но некогда Пелагии на себя со стороны смотреть,

поскорее бы до заимки добежать, там спасение.

Ах, вот наконец-то дымом напахнуло! Люди! Впереди в тем­

ноте метнулись яркие блики костра. На поляне маячат какие-то

тени. Заржали, шарахнулись по кустам лошади. Тёмные фигуры

отскочили к зимовью, за ружьями.

Подбежала Пелагия к костру, упала пластом, в землю лицом

тычется, губы трясутся, показывает назад, единым выдохом

просипела:

— Помогите!..

На минуту возникла неопределённая пауза, никто ничего

понять не может, что произошло. Потом наконец-то узнали Пе­

294

ТАЙНА 0 3 6 Р А кучум

лагию, а тут из темноты на свет костра выбежал преследователь,

бородатый мужик. Запыхавшимся голосом выдохнул:

— Во баба бегает! Платок потеряла, лапти, а всё одно не догнать!

Видно, хорошо спужалась. Я её ещё там, на том озере заприметил.

Тут, гляжу, на лодке Ченка с Лукерьей плывут. А за ними по берегу

кто-то идет, караулит. Притаился, пропустил мимо. В темноте

узнал, старая знакомая, Пелагия. За бабами смотрит. Ну, тут сми-

китрил и я, дай, думаю, за ней постерегу. А оно, вишь, как вышло.

Как услышала меня, дала чёсу по тропинке, догнать не мог! — и про­

тянул руку женщине. — Вставай, Плошка. Что, своих не узнала?

Да Иван я, Ворохов. Эх, мать, испугалась, язык запал...

И всё поняли, что произошло. Вздрогнула ночная тайга от

дружного хохота людей. Затрепыхалось пламя костра, испуганно

закричали мелкие птахи, где-то на гольце фухнул медведь,

в озеро ответно ударилось и утонуло эхо.

Смотрит Пелагия на окружающих испуганными глазами.

Наконец-то в свете играющего пламени узнала знакомые лица.

Точно, братья Вороховы здесь, одноногий Егор на чурке сидит,

рядом Филя, племянник Максим, а за ней бежал Иван. Тут же

от смеха поклоны бьют Ченка с Лукерьей. Но, однако, вон, чуть

поодаль, у лошадей ещё четверо незнакомых стоят. Мужики

какие-то, этих она ещё не видела.

Вскочила на ноги, сконфуженно засвистела носом, ткнулась

глазами в костёр, трясущиеся руки волосы в косу заплетают.

Один из незнакомцев, возможно, старший, или главный, при­

поднял руку, командным голосом успокоил окружающих:

— Что вы! Хватит. Испуганную женщину не видели? Вас

бы на её место, посмотрели бы, кто и как портки потерял. Ну,

успокойтесь, дорогая, не волнуйтесь, — и взял Пелагию под

локоть. — Вы, как я понял, Пелагия?

— А тебе-то что? — сурово посмотрела женщина. — Я тебя не

знаю, и ты ко мне не лезь.

Она хотела оттолкнуть мужика, но не сделала этого. Вдруг

почувствовала к себе доброе, располагающее отношение, обра­

щение на «Вы», как в старые, добрые времена, когда она жила

в городе у Елены Николаевны, почему сразу как-то обмякла

и даже не высвободила локоть.

295

ВЛАДИМИР топилин

— Да она-то, кто же ещё? — вступилась Лукерья. — За хозяйку

она. Подруга моя. Вместе в доме полы моем, стираем, варим,

убираем. Отпустите её, начальник, она всего не знает.

— А я её и не держу, — ещё более спокойно ответил незнакомец

и опустил локоть. — Так это вы жена Ивана Фёдорова?

Пелагия удивлённо посмотрела на него, потом вспомнила,

что Ивашкина фамилия Фёдоров. Значит, и она тоже Фёдорова.

Как всё странно! Здесь, на прииске, никто и никогда фамилию

не спрашивает, обращаются только по именам или чаще — про­

звищам. А это, надо же, сразу видно, человек из города, образо­

ванный. В глазах вспыхнули искорки интереса.

— А что так? — быстро бросила.

— А вот что, — спокойно ответил незнакомец и как будто

ожёг женщину кипятком. — Вам записка из города. От Елены

Николаевны.

— Мне? — у Пелагии затряслись губы.

— Да, вам. Вот, — полез рукой во внутренний карман и достал

несколько потрёпанный от долгой дороги листок бумаги. — Но

передаю я его вам только с одним условием.

— Что ещё? — от нетерпения вспыхнула Пелагия, протягивая

руку к заветному посланию.

— О том, что мы находимся здесь, — он обвёл глазами окру­

жающих, — не должен знать никто.

— Вот ещё! Что за тайна? А может, вы какие бродяги? От­

куда знать?

— Но Вороховых-то вы знаете хорошо?

Пелагия посмотрела в глаза Егору, сразу же заговорила под-

ругому:

— Братьев-то?! Кто же их не знает? Только вот вы кто бу­

дете?

— А об этом поговорим потом, когда прочитаете письмо Елены

Николаевны. Да, я думаю, Лукерья вам всё объяснит. Там, дома

у вас, на прииске, — и незнакомец протянул Пелагии послание. —

Читать здесь будете?

Женщина схватила потёртый, сложенный лист, прижала его

к груди и прошептала пересохшими губами: