Чтение онлайн

— Пока до комендантского часа еще есть время, — Проводник посмотрел на наручные часы, — мы успеем немного походить по улочкам и познакомить тебя с городом.

Я взял свои сумку и ветровку и прошел за девочкой и Улло в прихожую. Милиан с внучкой переобулись, мой проводник помог Венди накинуть курточку. Затем Улло прошептал заклинание, направив палочку на дверной замок, в котором уже был ключ. Дверь покрылась свечением, которое через пару секунд пропало. Милиан повернул ключ, раскрыл дверь и кивнул нам с Венди на улицу. Я вышел вслед за девочкой и, встав у порога, огляделся по сторонам.

Я так хотел ощутить волшебный дух, которым, как думал, были полны улицы города, приготовился удивляться, но, как ни старался, не получалось связать открывшийся обычный жилой стиль окружающего с магией. В моем представлении в волшебном мире чародейство так сильно проникает в каждую человеческую клеточку, что всё кипит магией, полыхает, невооруженным глазом видно, как всё полнится волшебством! Но по улице мимо меня шли обычные граждане, одетые по современной этому миру моде без эпатажных и кричащих одежд, так что их можно было легко спутать с землянами. Ехали (хоть и не совсем обычные) трамвайные вагончики. Фонари причудливой формы, которые еще не зажглись. Обычные кирпичные или панельные, поштукатуренные дома, отсылающие тебя то ли на полтора века назад, то ли построенные специально под старину. Редкие киоски, похожие на кофейные будки. Магазин, самый большой на улице, занимающий весь первый этаж здания напротив. Вроде всё нормально — и никакого волшебства. Отметил отсутствие билбордов и рекламных растяжек над дорогами. А еще было тихо. Ни радио, ни птиц, ни шума клаксонов и гнавших по дороге авто. Только шаги людей, поскрипывание скользящего по рельсам трамвайного вагона и слабый шелест лиственных крон редких деревьев от легкого дуновения теплого ветра.

— Что, разочарован? — спросил из-за моего плеча Милиан.

— Да не знаю… — сомнительно произнес я, оглядываясь вокруг и надевая ветровку. Проходившие мимо граждане Изнанки обращали на меня мимолетное внимание и кидали взгляд на сумку и куртку.

— У вас нет машин? — спросил я Улло, посмотрев вправо и влево, а потом поднял голову, изучая небо в начинавшихся сумерках. — А кроме аэростатов что? Самолетов нет?

— В Изнанке нет топлива, которым можно было бы кормить такие крупные машины, которые назвал ты, которые есть у вас. Пойдем.

Улло положил руку на плечо внучки и оба зашагали вниз по улице. Я последовал за ними.

— Ну а магия? Это же супертопливо, разве нет? Здесь же всё работает на волшебстве! Или как? — Я развел руками и, вдруг вспомнив, как ошарашила меня подземная сила Жилы, вытянул руку куда-то в сторону: — А мощь Жилы! Ее было бы достаточно, чтобы…

Милиан резко развернулся, вперив в меня осуждающий взор. Я остановился и понял, что сказал что-то не то, но не разобрал, что именно.

— Никто не будет использовать мощь Жилы, пока мы ее не изучим и не подчиним себе. Она остается крайне опасной, — произнес Улло. — Впрочем, — его взгляд подобрел, он развернулся и вновь зашагал с Венди, — ты в прав в том, что здесь всё работает на магии. Но не совсем всё. Да, наша магия — это и правда сильное топливо, большая энергия. Но ее хватает не очень надолго. Мощь магии и продолжительность ее действия зависит от сил и умений волшебника. Мы еще не изобрели тот двигатель, что давал бы нам большие мощности, не научились увеличивать магические силы без прямого участия волшебника. Всё, что у нас есть на данный момент, это, как у вас называют, электричество. И оно немагического происхождения, но постоянно питается магией.

Я посмотрел на рельсы под ногами, перевел взор на фонари и поймал на себе взгляд Венди. Она беззастенчиво улыбнулась мне и хихикнула.

— Что смешного? — улыбнулся я ей.

— Так интересно смотреть на людей не с Изнанки. Наблюдать за их эмоциями, когда они видят и слышат то, чего нет в их мире, — ответила девочка.

— Это правда! — Я покачал головой. — Ты бы так же удивилась, если оказалась вблизи нашего самолета. Огромная такая летающая железяка с хвостом и крыльями, которая перевозит по небу людей на огромные расстояния.

— Может показаться, что абсолютно всё можно делать с помощью магии. Оно так и есть. — Улло посмотрел на меня, и я поспешил нагнать его, чтобы идти рядом, по другую руку. — Но, поверь, это было бы скучно, когда за тебя всё решает волшебство. Мы бы здесь просто поголовно обленились! Поэтому, у кого как обстоят дела с совестью, каждый сам для себя решает, как распоряжаться своими волшебными силами: что ему делать своими руками, а что наколдовать. Даже Совет не может тебе запретить делать что-то конкретное именно так, а другое — эдак.

— А куда мы идем? — вклинилась Венди.

— Мы идем ко Дворцу Совета, главной достопримечательности для всех новоприбывших, — ответил Милиан.

Ой, не самые пока лучшие воспоминания у меня связаны с Дворцом. Мой первый опыт применения магии, которая, как уверен, никому не помогла, и мой позорный ступор перед главными волшебниками Изнанки и другими землянами. Даже вспоминать до сих пор стыдно.

— У Дворца устранили разрушения? А Морсуса нашли? — спросил я.

— Дворец восстановили. Мага до сих пор не могут засечь. Но уверены, что он может быть где-то недалеко. Тем важно быстрее добраться до Жилы и защитить ее от Морсуса, — тревожно произнес Милиан, прокашлялся и заговорил более позитивно:

— Магия — это не только энергия, не просто сила, защищающая тебя. Это и наша валюта.

С этими словами он толкнул дверь магазинчика, мимо которого мы проходили, и зашел внутрь. Венди целенаправленно побежала через продуктовые ряды в другой конец торгового зала, а я медленно следовал за Милианом, оглядывая обстановку и товары.

Это был магазин, где странным образом одновременно продавались товары здорового питания и пища для сладкоежек, как было ясно из вывески. Если перевести все, что я увидел, на русский язык, то полки были полны хлопьями, макаронами, витаминными напитками, сушеными зеленью, овощами и фруктами, злаковыми батончиками, и так далее, и тому подобное, только в ином сочетании, другого вкуса, цвета и запаха, других форм и названий. Вторая часть зала имела иное оформление и намекала на каждодневный праздник живота: всевозможные сладости — от карамельных крекеров до многослойных тортов; местные, изнаночные, мед, выпечка, пирожное, шоколад… Ой, сюда б мою Аришу — ничего бы через пять минут от этого отдела не осталось: слопала бы всё за милую душу, даже пожевав полки в надежде, что они тоже могут быть вафельные. Милиан, видимо, ожидаемо нашел Венди у полок с пирожными. Девочка держала в руках два свертка размером с ладонь, и по взгляду Улло было понятно, что он не скажет внучке «нет» и купит ей эти сладости.

— Что-то приглянулось? — спросил меня Милиан, когда мы шли к выходу.

Я был настолько растерян многообразием еды, которая нигде и никогда не встретится на Земле, что не мог сообразить, что мне надо и надо ли вообще. Тогда Улло не глядя схватил с полки в отделе здорового питания стеклянный стаканчик со светлой помадкой из перетертых местных ягод и фруктов и вручил мне.

— Не волнуйся, недорого. Много не потратишь, — сказал он, усмехнувшись, когда мы подошли к нише в стене у двери. Венди вложила в нишу свои пирожные, они волшебным образом осветились синим, — типа сканер, что ли? — а на экране рядом появилась, видимо, стоимость купленных продуктов. Девочка взяла пирожные и уже начала распаковывать один из свертков, а Милиан, достав волшебную палочку, прикоснулся ею к экрану. Палочка и экран неярко засветились, и знак с экрана исчез.

— Вот так мы расплачиваемся, и не только в магазинах. За всё. Магия — наша плата за профессиональный труд. Магия — наши траты на жизненно необходимое. Магия — наша сила и энергия. Всё просто.

— Для вас, может, и да, а вот для меня… — Я мотнул головой и сделал всё ровно так же, как и Улло с внучкой, чтобы купить свой первый товар в Изнанке.

Только диву даешься в этой стране! Казалось бы, чем тебя, прожившего на свете три десятка лет, молодого семьянина, состоявшегося музыканта, посетившего много удивительных мест в городах и странах, еще можно в этой жизни удивить? А можно, оказывается — и вот ты, радостный, идешь по улице города, вобравшего в себя традиции не одних десятилетий, в таинственной и волшебной стороне, где процветает магия, подцепляешь ложкой и отправляешь в рот неведомую помадку, состав которой неизвестен на Земле. При этом занятно, что меня до сих пор не отпускает мысль о нереальности всего происходящего, хотя я столько уже повидал, с чем только ни соприкоснулся и что ни испытал! Некая ирреальная реальность, по-другому никак не опишешь совершенно. Твой мозг воспринимает всё взаправду, нервные окончания работают, реагируют на раздражения, но одновременно пытаются сторониться этих раздражений, точнее, не признавать их настоящими. Вот такая штука — жизнь. Вот такой вот бред — стать магом.

— А как Морсус создал своего клона? — вдруг спросил я, увидев идущих навстречу нам по другую сторону дороги мальчишек-близнецов.

— Это упорный и долгий труд — создавать себе подобного. Одно из затратных во многих отношениях заклинаний. Так же, как и создание тиража, когда тебя несколько одинаковых, — сказал Милиан. Венди за обе щеки уплетала второе пирожное. Я смаковал помадку из стаканчика.

— Есть заклинания, которые сложнее обычных? — допытывался я. Мой профессиональный максимализм потребовал, чтобы я во что бы то ни стало научился колдовать такие вещи, которые другим и не снились, ну, как только научусь азам.