Чтение онлайн

— Вы не возражаете, если мы за едой погово­рим о делах?

Майор с набитым ртом — соскучился, бедола­га, на дешевых сосисках из бумаги и запаха мяса по мало-мальски нормальной пище — рьяно замо­тал головой. О делах он не возражал.

Вот и хорошо. А дело у меня к вам вот какое. Есть у нас в городе такое муниципальное пред­приятие «Гормаш», знаете? Формально, оно как бы городское, и подчиняется мэрии. А на самом деле, с помощью хитрых ходов, через обнаглевших энер­гетиков, власть в нем захватила банда губернатора. И вот теперь они, чтобы настроить народ против мэрии, саботируют ремонт теплосетей, понимаете? Зимой, когда будут выбирать мэра, народ от холод­рыги обозлится, и вместо делающего все для блага города Аркадия Михайловича, выберет какого-ни­будь молодого неопытного....

Майор, усиленно наворачивающий шницель по-венски (такое впечатление, что полуфабрикат был куплен в ближайшем супермаркете и лишь разогрет в микроволновке «Державного»), опять молча, но красноречиво закивал: он был согласен на все сто.

— Так вот, чтобы все-таки поторопить ремонт теплосетей, в частности — приобретение остро не­обходимых труб, нам надо как-то воздействовать на ставленника губернатора. Прекратить, короче, саботаж. Уговоры на него не действуют. Отсюда и моя просьба: у него есть племянник. Шустрый та­кой молодой человек. Наверняка, балуется нарко­тиками. Да и к милиции относится без должного почтения. Не могли бы, майор, ваши ребята с ним где-нибудь пересечься?

Исходящий слюной майор, не в силах обуз­дать свои жадно перемалывающие мясо челюсти, все также молча протянул огромную пятерню. И понятливый Метеор вложил в нее листок с именем и адресом, продолжая говорить в том же тоне:

— Ну, а мы в свою очередь... Я слышал, у вас есть жилищные проблемы? Конечно, двухкомнат­ная на троих,вы ведь с мамой живете, да? Это не есть гуд. Я думаю, что мы в течение ближайшего месяца могли бы решить этот вопрос, хотя... Между нами говоря, я не понимаю неприязни к себе ваше­го шефа. Нет, не из ГУВД, а, так сказать, по нашей линии — Тешкова. Разумеется, я понимаю, что вы должны были поставить его в известность о нашей встрече. И о моей просьбе касательно управляюще­го «Гормашем», понимаю, вам придется ему долго жить. Но вот, что касается варианта с квартирой.. Я бы не советовал. У Тешкова есть свои любим­чики и не факт, что он захочет, чтобы именно вы в первую очередь получили новое жилье... Пусть чтобы не сглазить, это останется нашей маленькой тайной. Согласны?

— Уф-фф! — кивнул, отваливаясь от стола на жалобно заскрипевшую спинку стула, майор — Согласен. Моя квартира — это мои дела, так?

— Совершенно верно! — Метеор тайком поко­сился на швейцарские, за семьдесят пять тысяч долларов часы, и тут же убедился, что его чувство времени не подвело и на сей раз: зазвонил мобильник за пазухой у его собеседника.

Майор хватко, как пистолет на тренинге, вы хватил устаревший, большой и тяжелый аппарат:

— Алле?! Зотин на проводе!

В трубке раздался до боли родной голос же­нушки, и его широкое лицо почтительно окамене­ло.

Метеор, деликатно глядя в тарелку, отрезал кусочки рыбной котлетки. Он прекрасно знал способности своего референта, и представлял, что сейчас втолковывают майору.

Про то, что Тешков. — горазд только коман­довать, а вот вице-мэр может не только запросто улучшить их жилищные условия. Он и в дальней­шем, когда надо будет получить участок получше для строительства настоящей дачи, может помочь. И вообще: слушай, что тебе скажет Кунгусов, и приложи все силы, чтобы он остался тобой дово­лен.

Жена говорила, майор покорно внимал, хотя все эти слова уже ничего не решали. Метеор знал, что все было решено гораздо раньше.

Когда-то майор был курсантом Свердловского артиллерийского училища. Он гордо шел по плацу парадным шагом под плакатом: «Жизнь — России, Честь — никому!»

И она у него была, эта его Честь.

Однако вскоре Партия, Родина, Армия и суп­руга — вся дамская компания — очень быстро, чет­ко и доходчиво объяснили, чего стоит эта честь.

И с младенчества привыкший подчиняться бабьим капризам, уверовавший, что все мужики-козлы, а посему должны слушаться женщин бес­прекословно, бывший офицер стал тем, кем стал. Подкаблучником в погонах. Иного тем, которого с пеленок убеждают в их неполноценности, не дано.

Чему Кунгусов был искренне рад. В конце концов, три четверти избирателей Чирнецкого — как раз матери и жены таких, как у этих, покор­ных до тупости здоровяков. Что и вдохновляет.

Когда Зотин, засунув назад огромный мобиль­ник, вытирал вспотевший лоб, вице-мэр будто бы ради вежливости спросил о главном:

— Ну, как дела? Как служба? Говорят, вы вче­ра какого-то москвича арестовали?

— Не, мы его только задержали. Шибздик в квартиру бабушки залез.

— Какой бабушки?

— А хрен ее знает... В общем, дело как было?

Тешков вчера дал команду; быть наготове возле дома по Фрунзе. Мы что, мы заняли позицию. По­том, он дал отмашку: взять мерзавца в квартире такой-то, и все там обыскать на предмет диска от компьютера! Мы это мигом. Все обшмонали. Шкета догола раздели, и чуть не наизнанку вывернули. Но диска не нашли. А потом, как и приказано, от­везли к себе, на базу.

— А что это за тип, за диск и вообще чего ради, вся бодяга?

— Не могу знать. Но я так понял, что этот типчик что-то вынюхивал. Кажется, по заданию самого ЧАМа. И, похоже, вынюхал лишнее. Но о подробностях я не в курсах.

— А как бы мне побеседовать с этим типчи­ком?

— Так это... — смутился майор, — его, наверное, уже того. В расход пустили.

— Кто? Ваши? — удивился Метеор.

— Не, мы с этим уже не связываемся. Не те времена уже. Мы его, как Тешков велел, парням Россиля отдали. А они такие... На мордах написано: забрали, чтоб того. Замочить.

Если до этого момента Метеор еще сомневался: стоит ли случай с захватом какого-то москаля его внимания, то теперь всякие сомнения в существен­ности происходящего отпали. Он давно подозревал Тешкова в двойной игре. И ничуть не удивился тому, что тот помогает и команде губернатора.

Однако выходило, что Тешков опять его опе­редил, и ходячее доказательство его двурушничес­тва уже онемело навсегда. Жаль.

Впрочем, даже от мертвяка уже есть немалая польза: благодаря нему — выяснилось, что мэр что-то затеял мимо своего ближайшего помощника. Тревожный знак. Но своевременный. Кто предуп­режден, тот вооружен. Банально, но, как и всякая банальность, точно выведено.

—Слушай, майор. А как бы обнаружить: куда они этого... ну, того, кого вы задерживали... дели?

—Так это... Купальный сезон уже открылся, — простодушно поведал мент. — Так что он, скорей всего, утонул. Значит, в сводке будет. Не сегодня, так завтра. Всплывет, так сказать, хе-хе.

ГЛАВАV.ДАВАЙ МНОГО

Уральский пленник

Василий Быков прекрасно знал, что бандиты и менты любят маски не совсем одинаково. Пре­ступникам они нужны всего лишь, чтобы избе­жать ответственности. А вот правоохранители помимо этого, пряча лица, еще и раскрепощаются. Бандюганам что, им просто: они знают, что пос­тупают нехорошо, но делают это из-за трудного детства, от душевной незрелости или с похмелья. Менты же издеваются и мародерствуют по долгу службы. А нормальному человеку тяжело просто так, ни с того ни с сего, мордовать сограждан и покрывать негодяев. Врываться в офисы, ломать мебель, лямзить, что попадется, пугать до смерти беззащитных теток и мутузить ногами робких обывателей — тяжкая и опасная работа. Чтобы ее осилить, надо озвереть, а для этого самое лучшее — спрятать личико.