Чтение онлайн

Виктор Моторин потом рассказал мне, что действительно не поверил Муравскому, потому что, с его точки зрения, у того и Высоцкого не могло быть ничего общего. На протяжении десяти минут один предлагал спуститься и удостовериться, что в машине ждут Высоцкий с Мариной Влади, другой отказывался, потому что не хотел стать жертвой розыгрыша. В конце концов, Виктор Сергеевич выдал приятелю самую плохую из своих гитар и выпроводил его без особо приятных напутствий. На продиктованное вежливостью предложение поехать с ними хозяин гитары ответил, как я понял, некорректным отказом.

Мне Виктор Моторин признался, что не принял приглашение в связи с тем, что в тот момент у него был не– лучший в финансовом плане период, из-за чего он не располагал соответствующей приглашению одеждой. Кстати, Виктор Сергеевич утверждает, будто события развивались вечером 31 декабря, и речь шла о предложении отметить новогоднюю ночь «под елками». Я никогда до того не слышал, чтобы Высоцкий отмечал в Ленинграде Новый год, – но ничего нельзя исключать…

Гитара, по словам Муравского, Высоцкому сразу не понравилась – актер якобы даже спросил: мол, нельзя ли было попросить инструмент получше, не такой раздолбанный. Валентин Тихонович, как я понял с его слов, стал оправдываться в том смысле, что хозяин инструмента не поверил, что это для Высоцкого, решил, что его обманывают, и разозлился. Высоцкий, когда возвращал гитару на следующий день, якобы предложил нацарапать на ней автограф. Муравский на всякий случай спросил сначала об этом Моторина, но тот категорически отказался: мол, нечего хорошую вещь портить.

А после всего этого у Виктора Моторина все-таки проснулось любопытство: вдруг Муравский говорит правду, вдруг он действительно общается с самим Высоцким? Виктор Сергеевич рассказал мне, что он потребовал доказательств. В результате Муравский предложил сходить на один из спектаклей Кировского театра «Дон Кихот» – мол, там будут Высоцкий и Марина Влади. Моторин рассказал мне, как он с большим трудом добыл билет, сел на балконе, вооружился биноклем и нашел-таки в зрительном зале интересующую его парочку. После этого он смотрел не на сцену, а на Высоцкого и в конце концов обратил внимание, что Высоцкий выходит из зала за несколько минут до конца спектакля. Моторин, видимо, решил, что настал как раз тот самый момент, когда пора активно действовать, и незаметно, как ему казалось, отправился следом. Так он узнал, что Высоцкий, как многие галантные мужчины, заранее сходил в гардероб за одеждой, чтобы Марине Влади не пришлось стоять в очереди.

Данный малопримечательный инцидент, судя по всему, активизирующим образом подействовал на воображение Виктора Сергеевича.

Валентин Муравский, например, рассказал мне, что после этого Виктор Сергеевич многократно писал Высоцкому письма, в том числе в стихах, и просил передавать их адресату. Валентин Тихонович говорит, что передавал, но ответа ни разу не было. А намного позже, летом 1972 года, Виктор Моторин, по его словам, умудрился позвонить Высоцкому по телефону в тот момент, когда тот готовился к одному из спектаклей во Дворце культуры имени Первой Пятилетки, где Театр на Таганке давал очередные гастроли. Перед этим Виктора Моторина возмутило выступление по телевизору тогдашнего главного режиссера знаменитого МХАТа Олега Ефремова. Якобы мэтр рассказывал об организации труда актеров, а у Виктора Сергеевича было другое мнение о том, как этот труд следует организовывать. Моторин рассказал мне, что он дозвонился до Высоцкого, представился тем самым человеком, на гитаре которого тот играл в новогоднюю ночь, после чего попросил передать Ефремову свое видение озвученного по телевидению вопроса.

Виктор Сергеевич без всякой обиды сказал, что сначала Высоцкий слушал объяснения, но в какой-то момент повесил трубку. Мой собеседник связал столь невежливое завершение разговора с особенностями тогдашних взаимоотношений между Высоцким и Ефремовым.

Впрочем, таким было его восприятие событий 20-летней давности – мы с Виктором Сергеевичем общались в начале 90-х. К тому времени он уже отключал домашний телефон, чтобы ему не мешали предаваться размышлениям, и много времени проводил в очередях за дефицитным тогда дешевым спиртным.

Фото Галины Лисютич

Эта фотография (с. 91) – единственный обнаруженный мною артефакт тех далеких событий марта 1968 года, когда Высоцкий выступал в «Энергосетьпроекте». Причем и тут не обошлось без загадок.

Снимок подарила мне автор – фотограф Галина Лисютич. Галина Владимировна довольно известный человек среди любителей авторской песни 70 – 80-х, ее до сих пор хорошо знают в клубе «Восток». А в 1968 году Галина Лисютич работала фотографом в НИИ «Энергосетьпроект» и уже в то время, видимо, была своей в «бардовской тусовке».

С Высоцким Галина Лисютич познакомилась 18 января 1967 года перед его первым концертом в «Востоке». Администрация клуба, как и сама Галина Владимировна, были тогда увлечены московским актером, в частности, она рассказала мне, как сделала для Высоцкого эксклюзивный фотомонтаж: он на сцене с бутылкой в руках, из которой вылезает джинн. Бутылку Галина Владимировна «вставила» поэту в руку вместо гитары – говорят, получилось очень симпатично, без всяких, надо сказать, компьютерных технологий. По свидетельствам очевидцев, Высоцкому было приятно, он с удовольствием принял этот подарок в формате 24 х 30. Так Высоцкого в нашем городе поздравили с днем рождения – 25 января 1967 года ему исполнилось 29 лет.

Говорят, именно с вхожестью Галины Лисютич в «востоковскую» тусовку и связано первое появление Высоцкого в институте – тогдашний глава комсомольской организации Владимир Сенькин попросил ее договориться о выступлении, что Лисютич и сделала.

Интересно, что у самой Галины Владимировны от этого концерта остались большей частью физиологические воспоминания (про «украденные гитары» она не в курсе). По ее словам, Высоцкий был тогда сильно простужен, и у него банально «лило» из носа. Галина Владимировна рассказывала, что непосредственно перед концертом, когда зал был уже полон, а Высоцкий сморкался за кулисами, она объяснила коллегам ситуацию и попросила всех, кто может, скинуться платками – потом прошлась по рядам и собрала их целый мешок.

Выступление актера она «обеспечивала» с помощью двух мешков: из одного доставала платки и передавала их Высоцкому, в другой скидывала использованные.

Но это – лирика. Загадочным представляется другое обстоятельство: Галина Лисютич утверждает, будто этот снимок сделан 21 октября 1974 года, то есть во время второго концерта Высоцкого в «Энергосетьпроекте». Что крайне странно, потому что, во-первых, непонятно, как она оказалась на втором концерте, – если я не ошибаюсь, она к тому времени в институте не работала. А во-вторых, изображение не вызывает сомнений: на фотографии молодой Высоцкий. Это может быть 1968 годом, но не может быть 1974-м. Чтобы данное обстоятельство не вызывало сомнений, можно посмотреть на другую фотографию, где Высоцкий запечатлен на сцене в Ленинградском институте ядерной физики в Гатчине 19 октября 1974 года – за 2 дня до второго выступления в «Энергосетьпроекте». На этом снимке у Высоцкого короткая стрижка, при которой сделать такую прическу, как на снимке Галины Лисютич, было бы невозможно.

Более того, к 21 октября 1974 года Галина Лисютич и Владимир Высоцкий были в ссоре! Они разругались на съемках фильма «Плохой хороший человек» (съемочный период на киностудии «Ленфильм» датируется с августа 1972 года по февраль 1973-го). Так сложилось, что они встретились на съемочной площадке этого фильма, и Высоцкий попросил Галину Владимировну несколько раз его сфотографировать. Лисютич категорически отказалась, потому что не хотела нарушать принципы корпоративной этики: на съемочной площадке фотографировать могут только «свои» фотографы. Но Высоцкий к отказам не привык, скорее, наоборот – его буквально преследовали с просьбами пофотографироваться. В результате возник конфликт, который, видимо, сразу бы и забылся, когда бы не одно обстоятельство.

Как раз в тот день на съемочной площадке присутствовала Марина Влади, с которой Высоцкий непосредственно перед этим познакомил Галину Лисютич. И его фотограф отказалась снимать в присутствии молодой жены, к тому же являвшейся звездой кинематографа мирового уровня! Может быть, сегодня в это трудно поверить, но Высоцкий на такие вещи всегда крайне болезненно реагировал.

Интересно, что Галина Лисютич тогда, по ее собственным словам, на Высоцкого тоже сильно обиделась.

Так что ее утверждение о дате съемки, как говорил Глеб Жеглов, запишем в загадки. Тем более что, учитывая специфические рассказы очевидцев тех событий, уместно предположить, что в любом случае Высоцкий на этом снимке сфотографирован почти «на месте преступления» – с одной из «украденных» гитар!

Часть данной главы была опубликована в интернет-газете «Фонтанка. ру» («Высоцкий любил гитары» от 25.01.2011).

Фотограф Галина Лисютич внесла огромный вклад в фотофиксацию целого этапа зарождения российской авторской песни. Фото из личного архива Галины Лисютич

 До ссоры Высоцкий был очень дружен с Галиной Лисютич. Как-то он даже подарил ей на день рождения собственную фотографию с автографом: «Моему личному и лучшему фотографу Галине от Высоцкого В. в день рождения с любовью и благодарностью». Из личного архива Галины Лисютич

Справка

В Доме культуры Ленинградского производственного объединения имени Свердлова Высоцкий выступал предположительно дважды: в октябре 1967 года и в декабре 1969 года. Про концерт в 1967 году мне известно с чьих-то слов, зато с очевидцами второго концерта довелось пообщаться лично. Из этого общения я сделал вывод: судя по всему, в объединении Свердлова тогда работали очень предприимчивые люди. Во всяком случае, именно там был изготовлен первый из известных мне ленинградских самиздатовских сборников стихов Владимира Высоцкого.

Декабрь 1969 года, концерт в Доме культуры производственного объединения имени Свердлова. В тот день Алла Константиновна поняла, что Владимир Высоцкий, которого она видит перед собой на сцене, и парень, блатные песни которого она слушала в квартире друзей своего случайного знакомого в 1964 году – одно и то же лицо.

Фото Исаака Куписка  

Самиздатовский сборник стихов Высоцкого начала 80-х годов. В июле 2011 года я передал его на хранение в Государственный музей политической истории России  

Фотокопия первого сборника стихов Высоцкого «Нерв», которую я купил на «черном» рынке в начале 80-х

В 1969 году перед концертом они заранее собрали с желающих послушать песни столичной знаменитости по рублю – на круг получилась по тем временам весьма приличная сумма. Потом в радиорубке актового зала за шторой, прикрывавшей электрощит, спрятали магнитофон, чтобы записать концерт «запрещенного» поэта. Причем Высоцкий перед началом выступления специально заглянул в рубку, дабы удостовериться, что там не пишут. Его успокоили: мол, не пишем, все в порядке. На самом деле писали, однако судьба записи концерта теряется в лабиринтах истории. Мне, во всяком случае, неизвестно, чтобы коллекционеры располагали фонограммой с названием «концерт в ДК Свердлова». Впрочем, нельзя исключать, что запись за шторой – плод чьего-то воображения.

Но этим предприимчивость работников завода не ограничилась. В административном корпусе предприятия располагался вычислительный центр, в котором был множительный участок – находившееся тогда под особым контролем специальных служб помещение с копировальной техникой, прабабушкой сегодняшних ксероксов. И вот в этом центре в обстановке глубокой секретности и конспиративности был отпечатан в нескольких десятках экземпляров сборник стихов Высоцкого – якобы тех самых, которые он исполнил на двух концертах осенью 1967 и зимой 1969 года в ДК.

Говорят, эти сборники были сшиты в обложки и неплохо оформлены, благодаря чему шустренько разошлись среди интересующихся. Не исключено, что выпущенные предприимчивыми инженерами ЛПО им. Свердлова сборники были первым ленинградским самиздатом Высоцкого. Может быть, это предположение слишком смелое, но мне почему-то кажется, что его никто не сможет опровергнуть.

Зато я знаю наверняка, когда и каким был последний ленинградский самиздатовский сборник стихов Высоцкого. Это был даже не совсем самиздат, а сшитая в самодельную книгу полная фотокопия первого официального сборника. Он вышел под названием «Нерв» в 1981 году в издательстве «Современник» каким-то смешным для огромного Советского Союза тиражом. Хватить его, естественно, не могло, а ксероксов тогда еще не имелось. Зато фотооборудование было общедоступно, равно как и переплетные мастерские. Когда вышел «Нерв», я учился в 6-м классе. Насколько я помню, сборник такой был только у одного нашего ученика, его звали Коля Струков. На переменах он щеголял им наравне с пацанами, в руках которых были только вошедшие в моду кубики Рубика и магнитофоны с отломанными крышками кассетных отсеков.

К Коле выстраивалась очередь.

Потом мы с папой сходили на Муринский ручей, в ту его часть, которая располагается на углу Северного и Тихорецкого проспектов. В те далекие времена там не было модного торгово-развлекательного комплекса «Родео-Драйв», там вообще ничего не было, кроме травы (зимой – снега) и редких деревьев. В пойме Муринского ручья периодически размещался «черный» рынок. Там папа купил мне сшитую в формат книги полную фотокопию «Нерва». Это был 1982 год. Думаю, с тех пор самиздатовских сборников Высоцкого больше не было: во-первых, стали куда-то пропадать запреты, во-вторых, приближалась перестройка. Высоцкий пользовался стабильным спросом, а потому его стали издавать в огромных количествах – по законам рыночной экономики.

Но тот фото-самиздатовский «Нерв» я храню до сих пор.

К сожалению, до меня не дошел ни один из выпущенных в ЛПО имени Свердлова самиздатовских сборников стихов Высоцкого. Но, скорее всего, они выглядели примерно так, как этот сборник, выпущенный умельцами в начале 80-х годов (на снимке). Думаю, обложка была поскромнее, да и сам сборник, наверное, был потоньше – как мне рассказали, он состоял из нескольких десятков стихотворений.

Зато с одного из тех концертов сохранились два снимка довольно хорошего качества. Владимиру Высоцкому почти 31 год. Установленный перед ним микрофон намного моложе – ему всего несколько недель. Радист Аркадий специально ездил за новым микрофоном в ЛОМО, чтобы качество звучания столичной знаменитости было на уровне.

Кстати, в ЛОМО про Высоцкого знали не понаслышке: он выступал там дважды.