Чтение онлайн

Он кивнул и опустил ладонь. Ее мысли начали потихоньку успокаиваться и проясняться. Все начинало логически выстраиваться в голове. Норберт мог считать ее память только при прикосновении к коже. А он закрывал ей рот рукой. Видимо, тогда он это и сделал. Но зачем?

Ответ напросился сам собой. Астрид узнала его секрет. И ему нужно было что-то про нее, чтобы защититься. Усмехнувшись, она уже спокойно вздохнула и откинулась на стену, искоса поглядывая на Норберта.

— И что теперь?

Поняв, что Астрид успокоилась, Норберт сел рядом и тоже откинулся на стену. Правда, из-за его роста, голова уже касалась подоконника. Пожав плечами, Васс повернулся к ней.

— Ничего. Просто ты знаешь что-то обо мне, я о тебе. Ты молчишь — молчу и я. Меня не волнует, с кем ты спишь.

Астрид недоверчиво повернулась к нему, чтобы взглянуть в глаза.

— Неужели у тебя все так просто? Можно спать с преподавателями? Можно спать с родственниками? Это же неправильно!

Норберт совершенно не выглядел обеспокоенным своими отношениями или удивленным отношениям близнецов. Что же в голове у этого тихони? Да и тихони ли? Такие обычно не спят с самыми строгими преподавательницами в академии.

— Неправильно только потому, что люди так решили? Если все получают от этого удовольствие, то какая разница, кто с кем спит? И вообще, мне уже есть восемнадцать. По хокмийским законам, я уже совершеннолетний. Так что чисто технически, у нас с Жасмин нет проблем.

Здесь Астрид не нашлась, что ответить. Конечно, в их обществе резко осудили бы отношения иересс Тесскрет с учеником, но в рамках закона она ничего не нарушала. Разве что в каких-то морально-этических условностях. Сколько у них лет разницы? Десять? Пятнадцать?

— А у вас с Мартином, — продолжил Норберт, и Астрид напряглась. — У вас еще в ближайшие два года не может быть детей, верно? Так что не вижу проблем.

Она во все глаза уставилась на Норберта. Серьезно? В отношениях между братом и сестрой он видит проблему лишь в том, что могут родиться дети? С ума сойти. Этот парень… Сколько же Астрид не знает о нем? Прищурившись, она окинула его взглядом.

Под его мешковатой одеждой сложно было судить о его телосложении кроме того, что Норберт ужасно высокий. Даже если она сейчас встанет, а он останется сидеть — Норберт будет ей почти по плечо. Но как в этой мешковатой одежде, длинных растрепанных волосах, которые скрывали лицо, — как во всем этом иересс Тесскрет разглядела потенциального любовника?

— И чего ты пялишься?

— Это ведь ты первый начал подкатывать к Тесскрет, да?

Норберт отвел взгляд, и Астрид с удивлением поняла, что он смутился. Запустил ладонь в волосы, откидывая их назад. Впервые она вблизи смогла рассмотреть его, хотя они учились вместе все это время. Под длинной челкой скрывались густые насупленные черные брови и глубоко посаженные серые глаза. Резкий, словно птичий профиль с большим носом, похожим на клюв ворона, тонкие губы, переходящие в неожиданно маленький острый подбородок. Когда Норберт запрокинул голову, на шее резким углом выделился кадык.

Понимая, что разглядывает его неприлично долго, Астрид отвернулась и тоже запрокинула голову, закрывая глаза. Да, спрашивать Норберта про его отношения с Тесскрет явно не стоило. Не узнаешь лишнего — не попадешь под удар Ламед, как говорится.

Некоторое время они сидели молча, каждый думая о своем. Конечно, Астрид даже предположить не могла, о чем думает Норберт — даже после сегодняшнего открытия он оставался совершенной загадкой. Скорее, после сегодняшнего открытия он стал еще бОльшей загадкой для нее. Но слова Норберта про их отношения с Мартином…

Может ли это быть так просто, как он говорит об этом? «Если все получают от этого удовольствие...» Зарываясь в воспоминания, которые она изо всех сил пыталась отогнать всю последнюю неделю, Астрид признавала, что ей и правда это понравилось. Было ли дело в том, что близнецы понимают друг друга гораздо лучше, чем обычные брат и сестра, или дело было в том, что Мартин определенно был опытнее нее и знал, что делал. В принципе, это было и неважно.

А если уж быть совершенно честной самой с собой, то разве не нравился ей Мартин и раньше? Она же думала об этом и постоянно отгоняла эти мысли. Астрид было стыдно это признавать, вытаскивать из глубин те чувства, которые прятала внутри себя уже несколько лет. Она ведь всегда злилась, когда видела Мартина с его бывшей, Элизабет — получается, ревновала.

В какой момент вообще это произошло? В какой момент она умудрилась влюбиться в собственного брата? Чем сильнее Астрид углублялась в свои воспоминания, тем сильнее задавалась этим вопросом. Она всегда любила Мартина, даже когда они ссорились. Но в какой момент она стала воспринимать его не только как брата, но и парня? Астрид совершенно не понимала, где проходит эта граница.

— Эй, Астрид! — Норберт дернул ее за рукав, возвращая в реальность. — Нам пора идти, пока не начался обход в общагах.

Астрид подскочила на ноги и двинулась к двери, но Васс ее задержал.

— Ты забыла, что иер Палух запер дверь? Тебе придется нас обоих телепортировать.

— Чтоб его Айн забрал, — выругалась Астрид и повернулась к Норберту. — Я отправлю тебя во двор, ближе к вашей общаге.

Она исподлобья посмотрела на него, не понимая, как теперь им вести себя друг с другом.

— Это же… останется между нами, да? — неуверенно протянула Астрид, протягивая ему руку со сжатыми большим и указательным пальцами.

Норберт улыбнулся, повторил ее жест и чуть наклонился, чтобы было удобнее. Каждый из них коснулся этими пальцами мочки уха другого, ненадолго сжимая ее между подушечками пальцев. Норберт чуть дернулся, когда ногти Астрид случайно коснулись его шеи. Она же в свою очередь почувствовала, как он убирает ее волосы, чтобы коснуться уха. И тоже вниз по шее пробежали мурашки.

Такого рода обещания, скрепленные столь редким жестом, считались нерушимыми. И почему-то Астрид поверила ему. Норберт явно был не из тех, кто любит болтать. Но все же лучше было перестраховаться печатью Шин-Тау.

Сразу после этого Астрид отправила Норберта к его общежитию и поспешила телепортироваться в свою комнату. Рухнув одетой в кровать, она уставилась на складки нависшего над ней балдахина. Какой же безумный выдался вечерок.

— Эм, пр-вет? — послышался вдруг в комнате негромкий детский голосок.

Астрид подскочила как ужаленная и только сейчас обнаружила на второй кровати сидящую девочку. На вид ей было не больше пятнадцати — худощавая, смуглая, с россыпью белых пятен витилиго на лице и руках. Длинные темные волосы были собраны в хвост, а огромные карие глаза смотрели на Астрид удивленно и немного со страхом. Эту девочку Астрид явно видела впервые — такую необычную внешность забыть сложно.