Тень деревьев
Шрифт:
МОЯ РОДИНА КАЖЕТСЯ САХАРНОЙ
КОГДА Я ПРИШЕЛ НА ЭТУ ЗЕМЛЮ
ЭЛЕГИЯ
ВЕНЕСУЭЛЬСКАЯ ПЕСНЯ
ВЕНЕСУЭЛА
ПРИЛОЖЕНИЕ
Илья Эренбург
СТИХИ О СМЕРТИ
Раздумья о тщете и мимолетности жизни в средние века были присущи всем. Страх смерти неизбежной, неумолимой вел людей либо к отрешению от жизни, либо к упоению легкими радостями бытия. В Германии и на севере Франции слагались «пляски смерти», и часто охваченные безумием люди разыгрывали их на кладбищах. Художники изображали и на монастырских стенах и на фасадах домов торжество смерти, и на мрачных фресках Кампо-Санто в Пизе она до сих пор страшит посетителя. Величайший поэт Франции — «Бедный школяр» Франсуа Вийон — с грустью спрашивал о прекрасных дамах былых времен — где они?
Но нигде этот «культ смерти» не мог получить такой глубины и подлинности, как в Испании. Аскетизм и суровость кастильца, больше чем ясная печаль француза, способствовали «искусству кладбищ».
Уже в XIII веке мы находим испанское переложение «пляски смерти», где среди танцоров фигурируют не только принцы, кардиналы, епископы, но и чисто иберийские типы — факиры, раввины.
Поэт XIV столетия вопрошает:
О, где богач, его поместья, Его дома, луга, шелка? Ушли, промчались, как река!С еще большей настойчивостью ставит подобные вопросы другой поэт — Фернан Галавера, — оплакивая погибшего рыцаря:
О, где мечи и где доспехи? Где слава, замки, города? Где пляски, песни? Где утехи? Где невозвратные года?В XV веке достойный поэт Гомэз Манрике пишет:
Вся жизнь проходит, точно тени, Скорее, чем река, И облетает, точно цвет весенний От ветерка.Племянник этого поэта Хорхе Манрике с исключительной силой выявил мрачные думы своего века, оживив их подлинной личной скорбью. Его «Стихи на смерть отца» пережили все смены вкусов, все капризы времени. Они теперь так же волнуют нас, как волновали некогда друзей усопшего дона Родриго Манрике.
Хорхе Манрике родился в 1440 году. Его детство и юность прошли среди неослабевавших гражданских войн. Рано пришлось молодому рыцарю взять меч в руки. Он пережил пленение, смерть своих соратников и друзей. В 1478 году, сражаясь за королеву против мятежного маркиза Виена и в схватке врезавшись отважно во вражеский стан, он был убит. Последние, не законченные им стихи называются «Против мира».
Накануне смертного часа Хорхе Манрике писал:
О мир, сколь от твоих тягот Мне будет радостен уход! От жизни злой, от муки этой, Где горек каждый шаг, Где нет ни радости, ни света, Но только мрак…Стихи «Против мира» друзья положили в гроб на грудь поэта. Столь кратка и печальна была жизнь Манрике.
Свои знаменитые стихи он написал после смерти отца, Родриго Манрике, славного рыцаря, победителя 22 битв, чье одно имя рождало страх в Гренаде. До и после этого он писал другие стихи — любовные, светские, аллегорические, — неплохие, но и ничем не примечательные, стихи одного из поэтов XV века.
В «Стихах на смерть отца» все удивительно и совершенно. Это не общие рассуждения о смерти, это сдержанный стон, страстная молитва. Христианский аскетизм, стойкость в смирении порождают не ужас перед смертью, но достойную человека скорбь.
Сам стих с короткими заключительными строками, падающими резко, то как лязг мечей, то как похоронный звон, то как стук земли о гроб, выявляет содержание. Хорхе убеждает, с каждой строфой все более гипнотизирует.
Я уже упомянул, что этому произведению суждена была редкая слава. В века, когда к искусству средневековья относились пренебрежительно, «Стихи на смерть отца» всеми признавались. Они переведены на другие европейские языки (на английский — Лонгфелло). Им подражали многие.
Что может быть банальнее и скуднее общих фраз о равенстве людей перед смертью? Но сказанные голосом поэта, они приобрели таинственную силу, показывая еще раз, что только в выражении самого привычного, общего, «банального» искусство достигает редких высот.