Чтение онлайн

– Как это понимать?
– осведомился Такэда.
– Они что - не развернулись?

– Если бы развернулись, остались бы от нас рожки да ножки, - хмуро сказал Никита.
– "Граната" - это... граната и есть, только взрывает она не материальные препятствия, а потенциальный барьер между кронами. В "угольке" закапсулирован небольшой ядерный взрыв, ну а в шишках: в зеленой - что-то хищное, вроде тигрокрокодила, в голубой - кубический километр воды, в коричневой - такой же кубокилометр горной породы.

Такэда поднял коричневую шишку, осторожно взвесил в руке.

– А по массе - натуральная шишка.

– Капсулирующее поле съедает и массу, и инерцию, и энергию. Все, хватит, - решительно оборвал собственные пояснения Сухов.
– Забирай их себе, если хочешь, и уходим. Я чувствую ш_е_в_е_л_е_н_и_е Веера, кто-то из Великих смотрит в нашу сторону.

Спустя полчаса конус выгрузил пассажиров в густой мрак подземелья: Сухов совсем выдохся, и меч в его руке почти не светился.

Сделав усилие, он открыл "выход", и путешественники оказались в туманно-золотистом мире неизвестной протяженности, высоты и глубины, со свернутыми на поверхности "складками", "пакгаузами", "базами" и хранилищами неведомых чудес, упакованных игвами. Такэда так и не узнал, принадлежит ли эта поверхность со светящимся туманом планете или объекту с более сложной топографией. Никита на эту тему не распространялся.

Наум сбежал, как только "валун" главной базы обрел твердость и прежнюю форму. Видимо, он тоже чувствовал взгляд демона.

– Транскоф...
– прошептал Сухов, вконец обессилев.

Толя развернул дипломат, который носил на горбу в наспинном мешке диморфанта,и они перенеслись втемпорал. Последним усилием сообщив темпоралу координаты последующего выхода, Никита потеряд сознание. "Полет" по "струне" хроноперехода был недолгим, если верить ощущениям, но их успели запеленговать, и на выходе уже ждали...

Невероятно, но факт: Такэда почуял неладное, когда еще только вытаскивал не пришедшего в себя Сухова из камеры хроносдвигав "предбанник". Показалось, кто-то тихо и гнусненько так хихикнул за спиной. Толя оглянулся. Никого. Тогда он быстро вынул из кармана магические "бомбы", захваченные на базе Гиибели, и поволок Посланника, держа их в кулаке, несмотря на неудобства.

Второй смешок заставил его оглядеться более внимательно, Коридор казался пустым, но кто-то смотрел на инженера с равнодушной брезгливостью, как на беспомощное насекомое, и забавлялся ситуацией.

Толя попробовал разбудить Сухова, но тот не приходил в себя и дышал так редко, что брала оторопь. Такэда подумал, опустил Никиту на пол тамбура, предшествующего прямому выходу в мир, где стоял темпорал, и выглянул.

Взору открылась крутая черно-серая, заштрихованная тенями, стена каньона, горы осыпавшихся камней вперемешку с горами бликующих костей и черепов, холмы пыли, какая-то металлическая громадина с выпуклыми иллюминаторами цвета полированной грязи. Небо над гребнем каньона тоже имело серый цвет, и весь мир казался припудренным пылью всех оттенков серого цвета. Вероятно, выход из темпорала находился в противоположной стене каньона, на высоте трех десятков метров от его дна, и Толя выглядывал из пещеры, подобной таким же напротив. Затем он разглядел, кто стоит рядом с металлической горой, и сердце оборвалось: двое Великих игв Даймон и Гиибель - беседовали о чем-то, поглядывая на стены каньона, а металлическая гора была крупом присевшего на камни жругра. Рост демономагов, принявших облик людей в струящихся одеждах - сурового мужчины и женщины ослепительной красоты, - намного превышал человеческий, поэтому их головы находились как раз на уровне отверстия пещеры, из которой едва не выпал ослабевший Такэда.

Что-то прошелестело сзади, зашуршали камни. Толя оглянулся.

Очнувшийся Сухов пытался выбраться наружу, цепляясь за стену пещеры.

Игвы, как по команде, повернули головы в их сторону. В глаза Такэды словно плеснули кипятком: это была пси-реакция демонов, едва не отнявшая зрение и ударившая по сознанию до потери памяти. Однако взгляды игв предназначались не для спутника Посланника, Толю просто зацепило "рикошетом".

Разговор, происшедший между Великими игвами и Никитой, Толя не воспринял бы, даже если бы захотел: контакт магов длился доли секунды, да и происходил в диапазонах информобмена, далеких от человеческого восприятия, но и в состоянии "грогти" Такэда понял, что если не предпринять чего-нибудь, они погибли! У Сухова не было сил сопротивляться, к тому же игв было двое.

Преодолев оцепенение, все еще плохо видя и туго соображая, Толя вспомнил о "бомбах" в руке и, не подумав о последствиях, бросил их в сторону уверенных в себе демонов. Игвы, занятые больше сами собой, уже решившие судьбу Посланника, и на этот раз не брали в расчет-его спутника, слабого человечка, падавшего в обморок от одного их взгляда, и Такэда с мимолетным удовлетворением оживил в памяти пословицу: не бойся умного лихого, бойся смирного дурака. Правда, дураком себя при этом он не считал. "Бомбы" сработали, не долетев до дна ущелья, и как ни были подготовлены игвы к изменению ситуации, отреагировать на вмешательство сил, которых они не считали опасными, не успели.

Сначала развернулся кокон с гигантским хищным животным, похожим на муравьеда с бронированным рылом и такими же лапами с кинжаловидными кривыми когтями. Еще в воздухе "муравьед" извернулся и царапнул Даймона, а затем жругра, проделав на боку механозверя глубокие борозды.

Затем раскрылся кокон с озером воды, затопившей ущелье чуть ли не до уровня пещеры с темпоралом, что так же ошеломило игв. А гора каменных обломков, вырвавшаяся из очередной "бомбы", и вовсе скрыла пещеру от демономагов, а также, к счастью, и от ядерного взрыва, когда раскапсулировался "уголек", освободивший энергию цепной реакции радиоактивного элемента, который в земной вселенной не существовал.

Когда тугой смерч взрыва швырнул в пещеру поток песка, пыли и каменных обломков, Такэда намертво вцепился в руку упавшего Никиты, поэтому ударная волна внесла их в пещеру вместе, впрессовав в дверь камеры темпорала. Сухов снова потерял сознание, хотя диморфант успел прикрыть его от излучения и спасти от удара, и Толе пришлось втаскивать в коридор-эскалатор тяжелое тело друга из последних сил. Он всей спиной чувствовал приближение игв, их ярость и гнев, изумление и нетерпение, и жуткую мощь: "заморозить" ядерный взрыв им удалось за полминуты, и столько же потратили они, чтобы пробиться сквозь пробку спекшегося и оплавленного камня к двери темпорала. Однако Толя уже успел втащить Сухова в камеру хроносдвига и умолить "мозг" темпорала доставить их "вверх, где потише".

Сухов пришел в себя на вторые сутки. Зашевелился, лежа на мягком "диване", полуметровом возвышении в одном из помешенрй темпорала; с момента бегства от игв Толя никуда из него не выходил, разве что в туалет, который он обнаружил рядом, почти земного типа, чистый и благоухающий травяными запахами. О том, почему в темпорале оказались комнаты, приспособленные для землян, Толя не задумывался.

– Ну и борода у тебя, - первое, что пробормотал Никита, сочувственно глянув на Такэду, сидящего напротив в позе лотоса.
– Как у козла.

Толя потрогал свою редкую бородку, разительно отличавшуюся от густой русой бороды танцора. На лице его не дрогнул ни один мускул, хотя обрадовался он здорово. Поразмыслив, сказал:

– Редкая борода козла не портит.

Никита улыбнулся, но прижал руку к груди и улыбка его преобразилась в болезненную гримасу.

– О черт! Ощущение такое, будто по мне прошелся ансамбль песни и пляски Александрова.
– Тут он вспомнил последние события, посерьезнел, подтянулся.
– Мне приснилось или нас и в самом деле ждали игвы?