Чтение онлайн

– Именно так.

Димка с гордостью развернул на нас экран ноутбука и показал фото рыжей кудрявой девицы. Цвет волос, форма бровей и, кажется, даже зубы были другими, но все-таки соседка Ольховых на этом снимке была узнаваема.

– Не может быть… – протянула я.

– Выходит, Лиля не случайно сняла квартиру поближе к Тимофеевым. Все эти годы она вынашивала план мести, – начал Максимильян.

– Когда произошло убийство, Лиле было тринадцать?

– Двенадцать, – поправил Соколов. – Дело затянулось.

– Подростковая психика пострадала настолько, что девушка десять лет мечтала о мести за отца? – засомневалась я.

– Ждала удобного случая, – предположил Джокер. – К тому же Куруа мог надоумить ее отомстить за свою поруганную репутацию.

– Такой ценой? Не сегодня завтра она тоже окажется за решеткой. Дело времени, – не унималась я.

– Девушка права… – протянул Поэт. – Не похоже на поведение любящего отца.

– За девять лет, проведенных в тюрьме, человек может здорово измениться, – философски заметил Джокер. – Надо узнать, поддерживает ли дочь связь с отцом. Займусь этим вопросом.

– Мы можем выяснить это у нее прямо сейчас, – предложила я.

– Боишься, что она сбежит?

– Надо же, – невпопад ответила я. – Я ведь всерьез подозревала старушку на девятом десятке сначала в авторстве записок с угрозами, а сегодня еще и в убийстве. И не ее одну. Когда у кинотеатра я увидела Ксюшу в компании молодого человека, первое, о чем подумала, что он может быть ее подельником. Мне сложно представить, как такая худенькая девчонка могла справиться с убийством соседки без посторонней помощи. Но при виде парня рядом с ней вопрос был снят.

– Выходит, Ветрову ты в этой роли представить могла?

– У нее есть сын…

– Ладно, – резюмировал Бергман. – Надеюсь, утром у нас уже будут детали относительно обстоятельств смерти Анжелы. Тогда и будем гадать, кто смог бы управиться в одиночку, а кто нет.

Так отвратительно я не спала давно. Сперва не могла уснуть, прислушиваясь к шагам в коридоре. Почему-то мне казалось, что Максимильян зайдет ко мне. Я даже положила кулон в виде руны воина на прикованную тумбочку. Но Джокер не шел. Сама вызвать его на разговор я не решилась. Вместо этого терзала себя сомнениями и догадками.

Когда наконец заснула, то увидела странный сон. Будто я сижу на зеленом газоне посреди двора Ольховых. На улице ночь, но фонари не горят. Окна вокруг тоже все до одного темные. Более того, они заляпаны грязью, а кое-где даже разбиты. Все соседи Ольховых медленно приближаются ко мне, точно зомби, со стороны своих жилищ.

Антонина Петровна в серой шали, повязанной вокруг пояса, прихрамывает на правую ногу, буквально волоча ее за собой. Я резко оборачиваюсь назад – со стороны дома Тимофеевых медленно идет на меня Павел в трауре: черный костюм и черная рубашка, черный галстук развязан и развевается на ветру. Я перевожу взгляд левее и вижу Лилю. Она ползет по траве на четвереньках – на ней черная короткая шубка и почему-то варежки. На шее у нее я замечаю ошейник. На поводке ее ведет Вера Петровна в рваной ночнушке до пят. Рядом с ней идут Ксюша и Ольга, одетые как близняшки. Вдруг я замечаю, как в действительности похожи мать и дочь. Из их подъезда с громким лаем выскакивает болонка Муся и проносится через весь двор стрелой. Собака подбегает к Ольхову. Он идет по дорожке от своего дома за руку с женой. Дарья будто бы на последних месяцах беременности – живот у нее просто огромный. Со стороны «избы» движутся ко мне Фокины в своей неизменной манере – под ручку, плотно прижавшись друг к другу. Свободные руки болтаются, как плети.

Я верчу головой, перевожу взгляд с одного на другого, а соседи подходят все ближе, смыкаясь плотным кольцом. Фокины, Ольховы, Майя, Вера Петровна, Ксюша с матерью, Антонина Петровна, Павел… Кого-то не хватает.

– Где Анжела? – спрашиваю я.

Люди вокруг начинают переглядываться, хихикать, а вскоре и вовсе во дворе эхом начинает разноситься звонкий смех.

– Где она? – я перехожу на крик.

Все они, как по команде, поднимают руки и показывают пальцем в мою сторону. Я опускаю взгляд и вижу изуродованное тело Анжелы прямо перед собой. Трава, залитая кровью, кажется в темноте черной.

Я села в кровати, проснувшись от собственного крика. Схватилась руками за голову и провела ладонями по лицу. На лбу была испарина. Спустя пару минут в дверь тихонько постучали, и я услышала:

– Все в порядке?

Я сглотнула ком в горле, силясь ответить, но выдавила из себя только какое-то подобие писка. Джокер приоткрыл дверь и заглянул в комнату. На нем был светлый джемпер и брюки. Неужели он так быстро успел одеться, чтобы добежать сюда?

– Который час? – догадалась спросить я.

– Половина восьмого.

Мне казалось, будто с момента, когда я, наконец, уснула, прошло минут пятнадцать. Возможно, так оно и было.

– Дурной сон, – отмахнулась я.

Он подошел ближе.

– Ты нормально себя чувствуешь?

– А что, хреново выгляжу?

– Лоб мокрый. – Он приложил руку. – И горячий.

– Все нормально, правда, – заверила я. – Просто бессонная ночь и страшный сон.

Взгляд его упал на тумбочку, где до сих пор лежал кулон в форме стрелы.

– Не видел раньше у тебя такого, – спокойно произнес он.

Выглядело это настолько естественно и непринужденно, что я почувствовала накатывающую на меня ярость.

– Нашла на улице.

– Вещица настолько тебе приглянулась, что ты решила хранить ее поближе, прямо на прикроватной тумбочке?

Он что, мне не верит? Или пытается задеть, прекрасно зная, как она у меня появилась?

– Вовсе нет. Более того, я про нее и думать забыла. Просто Кузьмич вчера подарил мне новогодний подарок. Я не стала дожидаться праздника и нашла в свертке занятную книгу. О рунах.

Сделав акцент на последнем слове, я замолчала, внимательно наблюдая за Бергманом. Он был невероятно красив, черт подери! Будто внешность его была создана таким образом специально – чтобы отвлекать от истинной сущности.

– М-м-м, руна воина, – произнес Максимильян таким тоном, будто мысль только что посетила его голову. – Думаешь, это знак?

– А ты что думаешь? – предпочла я ответить вопросом на вопрос.

– Предпочитаю верить, что враг повергнут.

– Все-таки Вадим – Черный Колдун?

– Девушке решать.

– А если я решу, что это не случайность? Вадим выжил и послал мне эту руну в качестве намека?

– Не замечал в нем поэтических наклонностей. Поэт у нас один.

«Знать бы только, действительно ли он – Поэт, а Вадим – Черный Колдун. И если так, то кто из оставшихся двоих моя истинная любовь, Воин, а кто – Климент, обреченный на предательство Девушки?»

– Не замечала, – с опозданием ответила я. – Скорее наоборот.

– Максимильян Эдмундович, к вам посетитель, – услышали мы голос Лионеллы из-за двери.