Чтение онлайн

— Точно, чуть не забыл! – вскинулся Кирилл.

— Черт! – встрепенулся Антон, – Пофиг на Сайлент Хилл, Боря, потом допройдем. Включай кабельное, на СТС, быстрее!

— Я к атанору, у меня еще ничего не готово! – всплеснула руками Лидия и смазанной тенью метнулась к яйцеобразной печке.

— Быстрее, быстрее! – поторопил я ее, после чего возвестил миру: – Скоро начинается Галилео! А заодно отметим и мой маленький триумф.

— Что за триумф? – поинтересовалась Унтерцельс. Когда начиналось Галилео, она вдруг становилась немногословным, но хотя бы каким-никаким собеседником. Желчь, видимо, перекрывала себе.

— Расскажу как-нибудь потом, – отмахнулся я, доставая из сумки две пачки сухариков «Емеля» и две бутылки «Виноградного дня».

А из телевизора уже мерцала оранжевая заставка лучшего околонаучного шоу на планете.

После серии «Галилео» мы доделали мне перчатки, после чего до привычных семи вечера я сдался и корпел вместе со всеми над рунными цепочками. Надо Аннушку нашу задабривать хоть иногда.

Но мыслями… Мыслями я был в другом месте. В конце концов, мало сделать перчаточки, надо их еще как-то обкатать. И на ком – тоже были мысли.

Но все потом. Сначала – поганый рефрижератор. Забавно, но после моей отповеди стало одновременно и хуже, и лучше. Лучше в том плане, что поток желчи со стороны Унтерцельс уменьшился. Хуже в том плане, что этот карманный фюрер прислушался (!) ко мне. А потому к рунным цепочкам футарка прибавились герметические звезды. Да ну твою же мать…

Так что, большую часть проделанной работы пришлось переосмыслять. Я, конечно, старался обратить внимание Унтерцельс на тот махонький момент, что звезды и футарк не сильно сочетаются, и надо реально потеть, чтобы их объединить, но кто я такой, правильно? Всего лишь Ломоносов, потомок сразу двух алхимиков из числа известнейших. Зачем слушать мою голову, в не й ведь только есть технологическое отверстие для помещения туда еды.

— Пр-роклятье! – прорычала милая, тонкая, сташестидесятисантиметровая Анна, – Надоело!

И вправду. Этот побочный аспект наших изысканий порядком всем надоел. Речь о саже и пепле.

Мы ведь действуем как? Обсуждаем рунную цепочку, рисуем ее на ватмане, запускаем, и тот, как правило, горит, с дымом и хлопьями пепла, что на удивление плохо отмываются и на удивление хорошо пристают к одежде. Так что после сессии экспериментов мы ходим немного чумазые. Серенькие такие, из-за пепла. Не хватает угольной сажи для художественной раскраски лица, а там пара тренировок, Борис на ударных, и мы сможем потеснить Kiss со сцены. Или что там сейчас популярно? Я точно не знаю, но вроде бы кто-то раскрашенный точно есть. И это точно не Evanescence.

В любом случае, пепел мы находили в самых неожиданных местах, что посреди лаборатории, что в своей одежде. И с этим надо было что-то делать.

— Господа, дамы, у меня есть небольшая мысль, – сказал я, осматривая Лидию, которая с хмурым лицом пыталась оттереть рукав мантии. Несколько колыхающееся зрелище зачаровывало.

— Просвети нас, мудрейший, – едко отозвалась староста, сдувая с носа пару хлопьев пепла. По соседству, на диване, прокашлялся Антон. Кажется, он что-то вдохнул.

— Нам нужен артефакт, – возвестил я, старательно не обращая внимая на кислоту, льющуюся изо рта Анны.

— Для приборки? – не поверила своим ушам Анна.

— Да.

— Ну а для чего еще тебе сделать артефакт? – взбеленилась староста. Отвечаю, в ближайшие полгода я ей всеку, – Может, чтобы тебе мантию накидывать на плечи? Зубную пасту на щетку намазывать?

— Аня, – тихо, но веско начала Лида, – Прибираюсь тут в основном я. Почему-то. И знаешь, после всей этой сажи, всех раз, что мне приходилось протирать каждую полку шкафа, мне действительно нужен артефакт.

— А я тут за полы отвечаю. Типа мою, – внезапно воскрес Антон, – И мне бы тоже не помешала тряпка с функцией пылесоса.

— Я!.. Это… Хмпф! – надулась Анна.

— Да мы все равно уже собирались расходиться, – попыталась успокоить старосту Лида, – Подумаем насчет этого завтра. Может, вон, Кирилл что подскажет.

— Не то чтобы подскажу, дамы, – Кирилл уже пять минут пытался избавить свои черные волосы от серого напыления. Получалось плохо, – Я не подскажу. Я просто укажу Марку на ошибки в вычислениях, мы поспорим, он поймет, что я был прав, и с моими правками мы будем делать эту тряпку с функцией пылесоса.

— Не тряпку, – задумчиво возразил я.

— Хочешь споры перенести на сейчас? – хмыкнул Бомелий, – Так-то можно, но как же ритуал?

— Да не тряпку. Губку.

— Почему губку? – удивилась Лидия.

— А мы, прошу прощения, дамы, офигеем вышивать на тряпке печати. Лучше сделать на железе и вшить в губку.

— Значит, наш рефрижератор опять откладывается? – с подозрением уточнила Аня.

— Да не, там делов-то, – отмахнулся я, уже катая в голове проекты двух первых печатей, – Лида, у тебя будут какие-нибудь методички и монографии про печати пространства?

— Пространственные печати – игрушка, – заметила Аня.

— Уважаемая Унтерцельс, давайте не будем перебивать других членов клуба, – посмотрел я на открывшую рот Лидию.

— Да, я могу что-нибудь отыскать. В крайнем случае, в семейной библиотеке что-нибудь найду, – с мягкой улыбкой кивнула мне девушка.

— У тебя тут есть доступ к семейной библиотеке? – удивился я.

— Во-первых, да, есть, мне могут скинуть факсом отсканированные книги. Во-вторых, в любом случае, поместье Сибелист находится в пригороде Петербурга.

— Скинь тогда, что найдешь. А я пошел лопатить материал.

И, господа внутренние собеседники, вы удивитесь, но я и вправду пошел лопатить материал. Плюс, пока Лидия не скинула мне свои материалы, мне надо было подготовиться хоть к чему-то из длинного перечня моих экзаменов. При более точных подсчетах я выяснил, что зимой у меня со всеми моими факультативами восемь экзаменов. Да, не семь, как я думал в начале, но по максимальной планке их вообще могло быть порядка двенадцати. Тут бы я и зашился.

А пока что, господа, пляшем. Правда, свободное время на подышать у меня исчезает как нежный снег в июле. Сами подумайте – основные занятия с восьми до двух, дальше факультативы до четырех-пяти, потом до семи или полвосьмого клуб, ежедневно, хочу заметить, а дальше подготовка к новому дню. И экзаменам. И мне еще повезло, что я алхимик, и на текущем уровне я могу спать четыре-пять часов как необходимую норму.

Так что, у меня хватило времени и на теорию управления внутренней энергией, чью годовую программу я уже перекрыл с гарантией, и на то, чтобы прочитать присланное мне Лидией по электронной почте. Несколько документов, таких достаточно плохо выполненных сканов, ну, в стиле 2007. Зато что там таилось, у-у-у…