Чтение онлайн

— Ну тогда, отдохни, гость Кхол-Туара. — предложил жрец. — А вскоре, после того, как Сердце прольет на эти земли плодородный дождь, мы научим тебя законам этого мира.

Ная отвели обратно в город. По дороге шитвани шел уставившись себе под ноги и не поднимая глаз чтобы посмотреть на высвеченные Сердцем Мира красоты парящих гор и аквамариновых лесов. Сейчас ему не было дела, ни до искристых водопадов, скачущих по мшистым камням и срывающихся в теплые и влажные низины, ни до птиц фантастического окраса, вивших гнезда на уступах гор и под крышами домов, ни до фантастических светоносных цветов, окруженных облачками золотистого тумана. Каким бы необычным и прекрасным не казался после высохшей пустоши подземный Тиадар, знакомство с ним началось отнюдь не радужно. Тем временем, Кацелькеш позаботился о принятом в Мир Звездорожденном, выделив ему уже не просто комнату, а пустующий дом, которые, скорее всего, строились в городе с небольшим запасом, чтобы у жителей никогда не возникало проблем с жильем. Пока суетившиеся тхаути переносили в комнаты циновки для кроватей, столы, стулья, украшали настенные ниши расписными горшочками со светоносными растениями, Най сидел на выдолбленной в камне лестнице и смотрел на небосвод, затягивающийся серыми тяжелыми тучами. Как и говорил шаман, собирался дождь. Шитвани ни разу в жизни не видел дождя, читая о нем лишь в книгах, и теперь он пораженно смотрел на протягивающиеся от облаков к раскачиваемым ветром кронам деревьев плотные струи воды. Тяжелые капли забарабанили по каменным крышам домов тхаути, вода оказалась теплой, и хотя, ощущения от пробирающейся под шерсть воды были не из приятных, шитвани не сразу спрятался под навес у входа в свой дом. Только сейчас Най понял, что у него не осталось ничего, чтобы напоминало ему о Рите. Даже самой крохотной безделушки. К горлу подкатила горечь, и как Най не старался скинуть с себя охватившую его тоску, она не думала уходить. Он уже терял многих, особенно на поверхности, так это было в порядке вещей. Чистилище учило быть сильным и не зацикливаться на потерях, ведь завтра на месте погибшего мог оказаться и ты сам. Однако почему-то в сейчас все было не так. Отчего-то именно эта потеря давила сильнее всего и Най не мог дать объяснения своим чувствам. Огромных трудов стоило заставить себе напомнить, что как сказал Рит, ему был дан шанс. Значит, им надо было воспользоваться.

Марен Хосс удовлетворенно улыбнулся, откинувшись на спинку мягкого черного кресла. Виокрон демонстрировал поднимающиеся над Аббервилом клубы темного дыма, несущиеся по улицам полицейские глайдеры и транспорты медицинской службы. Лидер «Серебряной Луны» все-таки совершил свою главную ошибку, к которой Хосс его давно подталкивал. Неужели можно было предположить, что Орден не знал о сделке между этим контрабандистом, Барлоу, и лидерами повстанцев? Что от вездесущих агентов Геллиона укрылся провоз на Тиадар партии фазовых зарядов, специально «потерянных» во время конвоирования к месту уничтожения? Бред. Все было уже давно просчитано и подогнано, а что при этом погибли люди… что ж, войны без жертв не бывает, это Хосс прекрасно понимал. Теперь власти демонстрировали беспомощность, а повстанцы торжествовали. Все правильно. Ну что может сейчас сделать мэр города? Разве что стоять возле разрушенного здания космопорта и отдавать бессмысленные распоряжения работникам отдела по чрезвычайным ситуациям. Ну и пускай стоит, отдает. Он не более значимая фигура, чем те, кто погиб в этот день, если надо, можно пожертвовать и им. Теперь дело за командиром повстанцев. Уолтер Даллас, каким бы прозорливым лидером он не был, свою ошибку еще не осознал, да и не осознает. Окрыленный успехом, он поспешит сделать новый ход, тот самый, которого Хосс так ждал. «Серебряная Луна» должна была выйти на открытое противостояние, и чем слабее казались позиции официальной власти, тем более вероятным выглядел такой шаг.

Альфа-координатор вспомнил лабораторию Штайера и, поворошив свою, надо сказать весьма превосходную память, наткнулся на еще одно дело, которое хоть и было не таким срочным, откладывать в долгий ящик его тоже не стоило.

Тета-координатор Август Вольц появился в дверях спустя всего несколько минут после того, как Хосс вызвал его к себе, просто проникнув в мысли.

— Вызывали, господин Хосс? — Вольц замер в дверях, не решаясь войти.

— Да, Август, вызывал. — Марен предложил офицеру сесть и, выдержав паузу продолжил:

— У вас есть досье на Мериен Грейт? Мне хотелось бы взглянуть на данные по тем работам, что она проводила в последние годы.

— Разумеется, — кивнул Вольц. — В досье есть «белые пятна», но если вам интересно, мы устраним их наличие в кратчайшие сроки.

— Да. Было бы неплохо. Только аккуратно, не хотелось бы, чтобы она раньше времени узнала о том, что мы ей заинтересовались. Проверьте на лояльность сотрудников «Нантек», что работали с ней, друзей… Уделите особое внимание материалам по программе создания биодронов.

— Это все? — осведомился Вольц.

— Да. И еще один момент, если вдруг в процессе дополнения досье вам понадобится применять нетрадиционные методы ведения расследований, то считайте, разрешение на это получено.

Хосс уже жалел, что не разузнал об этой самой Грейт пораньше, до того, как поговорил со Штайером. Она знала многое, возможно, была в курсе исследований, проводившихся в подземном комплексе, а это являлось нежелательным. Ни для кого из посвященных не было тайной, что о Штайере она была не самого лестного мнения, что без конца возилась с биодронами, в свое время открыв даже школу для них, однако это пока были лишь разрозненные элементы целостной картины, о сути которой Хосс подозревал, но пока подтверждений у него не было.

Впрочем, зная упорство и профессионализм своих подчиненных, он был абсолютно уверен, что доказательства связи Грейт и Уолтера Далласа будут установлены и подтверждены очень скоро.

Кап… кап… кап…

Най сидел у окна, подперев руками голову, и считал ударяющиеся о резной подоконник капли, срывавшиеся с витых рожек фиолетовых цветов, заполнивших собою всю крышу его дома и закрывавших часть оконного проема. В отдалении сверкали белые вспышки молний и в заросших лесом каньонах ворочался гром. Шитвани сидел не двигаясь и даже не моргая, следя за сползающими по длинным серебристым волосам капельками дождевой воды. Мех промок и теперь было довольно прохладно. Дождь и не думал заканчиваться, обильно поливая Кхол-Туар потоками теплой воды, которая быстрыми ручьями бежала по тротуарам и водоотводным желобкам, уходившим к нависающим над пропастями резервуарам. Крупные капли дождя барабанили по покрытой каменными плитами крыше и сбегали по толстым стеблям лиан.

Рыженький, где же ты сейчас? Зачем ты так поступил? Най вздохнул, протерев пальцами глаза. Слезы? Да нет, просто промок насквозь под дождем. Что-то защекотало в носу и Най чихнул, прикрыв ладонью остренькую мордочку. Вот, сиди больше под дождем, еще и простынешь. Едва на небо наползли тучи, и далекий, изгибавшийся и уходивший в небо горизонт исчез за массой серых облаков, у Ная снова разболелась старая рана на виске. Та самая, через которую он вытаскивал свой нейроконтроллер. Да уж, — поймал он себя на мысли, — если бы не она, то он мог бы подумать, что спит, а проснувшись, вновь окажется в Чистилище, вместе с другими биодронами. Но Чистилище осталось на поверхности, в существование которой местные жители вообще не верили, а вместе с Чистилищем наверху остались люди, Грейт, множество страхов и волнений. Жаль, Грейт так и не дошла до этого места. А может быть и к счастью… Кто его знает, что было бы, попади сюда человек? Но все это уже в прошлом, которое не вернуть, как ни старайся, а сейчас…

Сейчас он сидел и смотрел в окно на странное пространство внутри планеты, где вместо ядра светит удивительное и по-своему живое синее солнце, которое местные называют Сердцем. Вокруг летают эти серебристо-голубые искорки, проходят сквозь стены и уносятся прочь, к уже порядком позабытой поверхности. Когда же он в первый раз их увидел? Най напряг память, но уже не смог вспомнить. Давно. Очень давно. Они кружились вокруг него, сопровождали его, вели его, и наконец, привели сюда…

Все бы ничего, но вот Рит… Най глубоко вздохнул, положив мордочку на подоконник. Ну зачем ты прыгнул, а? Вот так вот просто взяв и перечеркнув все. Себя было не жалко, так хоть бы обо мне подумал… Ведь я как-никак…

На этом мысли остановились, хотя и требовали своего логического продолжения.

Та встреча на станции людей, ведь все началось с нее. Прикосновения, проникновение в жизнь другого существа, когда ты воспринимаешь все, что пережил он с такой же долей достоверности, будто сам сидишь в его теле. Так разве и должно быть? Най сомневался. Это что-то уникальное, из ряда вон выходящее. Знак. Знак того, что… как там говорил сам Рит? Знак родства душ. Знак того, что два существа, а может быть и более чем двое, предназначены друг для друга. Если это так, то легче совсем не стало, наоборот, Най почувствовал, как на сердце опять повисает тяжелый камень осознания потери. Тех, кто шел по жизни вместе с ним, Най терял и раньше. Чистилище такое место, где потери случаются каждый день. Но сейчас все по-другому. Совсем иначе, не так как было раньше… Наверное, ему стоит быть счастливым. Он нашел этот мир, мир принял его и теперь впереди маячит надежда на то, что мир примет и тех, кто последует за Наем. Но ведь их надо сюда еще привести. Надо объяснить им, что тут, в недрах Тиадара лежит их надежда на свободную жизнь… И ведь все равно еще остаются люди, которые наверняка пойдут следом… Как все это сделать одному? Най не знал. Там в пещерах, когда было тяжело, Най знал, что есть тот, кто поддержит и если будет очень надо, то всегда будет рядом в нужную минуту. А сейчас он остался один. Приходилось признаться себе, что к Риту он привязался. Настолько сильно, насколько это возможно. Сначала эта привязанность обуславливалась недостатком общения и необходимостью иметь возможность выговориться кому-то, не принадлежавшему роду людей. А вот потом… Началось это в тот день, когда они попали в пещеры и остановились на отдых возле воздушного океана. В тот момент, когда они, обвив друг друга длинными хвостами спали, видя сны каждый о своем. Рит, в первое время не желавший возвращаться назад, но потом, видимо, слишком испугавшийся подземных ужасов, видел какие-то одному известные миры, а вот Най… Най видел во сне его. Это было несколько странным, но вероятно ментальный сигнал Рита оказался куда сильнее сигнала Ная и невольно проецировал ему в сознание его образ.

Най снова и снова прокручивал в памяти момент рокового прыжка. Неужели Рит поверил словам этого шамана? Вряд ли. Его подтолкнуло к краю пропасти то, что он сам видел, хотя и не признался в том, что вообще у него были какие-то видения. Да, наверняка причина именно в них… Рит был более впечатлительным, чем Най, всегда все воспринимал более серьезно. Насмотревшись на то, что происходит на поверхности, он так не хотел туда возвращаться, но затем всякие пещерные ужасы сделали свое дело, и Наю казалось, будто последнее время Рит шел вперед уже через силу, просто следуя за ведущим его Наем. Най поддерживал его, Най вел его… Нет, нет…. хватит! Черно-серебристый шитвани заставил себя думать о другом. Ведь так чего доброго еще начнешь себя винить во всем случившемся, а тогда станет намного тяжелее.

Най прикрыл глаза и почему-то, ему сразу вспомнилась подземная станция. Он тогда едва оправился от ран, боялся каждой тени, шарахался от людей, и потому очень часто проводил время в комнате Рита. Там ему было не так одиноко, а общение с сородичем доставляло куда больше удовольствия, чем короткие и редкие разговоры с людьми. Быть может, Рит был и не такой уж и храбрый, зато вот что его точно отличало, так это любознательность.

Однажды Най вошел в комнату, когда Рит, развалившись на мягком матраце, посредине комнаты разглядывал видеожурнал из лаборатории Грейт, в котором содержались выдержки из физиологических исследований биодронов. Рит приветствовал Ная взмахом хвоста и потянувшись, разминая затекшие мышцы, сполз в сторону, освобождая место рядом с собой.