Чтение онлайн

Аль-Аххад к удивлению Майкла задумался. Похоже, что-то в его предложении заинтересовало командира повстанцев.

— Надо поговорить с ребятами. Жди тут и не глупи. — повстанец развернулся и отошел к большой группе солдат «Серебряной Луны», скучковавшейся возле дальнего транспортера.

— Умное решение. — заметил Айт.

— Глупое, по большей части. — фыркнул Дойл.

— Ты всерьез думаешь, что вдвоем мы сможем что-то сделать? Нет, шансов маловато. Особенно если внутри будут не только люди. Пусть уж эти нам помогут. Им ведь тоже выгодно это гнездо заткнуть.

— Выгодно. Только вот что они потом будут делать и куда пойдут.

— А это время покажет. — рассудительно ответил шитвани. — Это будут уже более союзники, чем враги.

— Союзники, враги… — Дойл угрюмо провожал взглядом неторопливо шагавшего Аль-Ассада. — Я вообще не понимаю, кто есть кто и за что дерется. Вроде есть какие-то силы, есть какие-то цели, а мы так, бултыхаемся между ними как говно в проруби. То от одних волна пойдет — цепляешься, утонуть боишься, то другие болото взбаламутят, то третьи в прорубь пёрнут.

Шитвани выслушав монолог Дойла лишь тяжко вздохнул и покачал головой:

— Может статься, что наши цели будут одинаковы.

Майкл невольно позавидовал оптимизму Айта. С другой стороны, повстанцы хотят независимости Тиадара, так не того же самого ли хотят шитвани? Ни одним, ни другим нависающая над головой длань Терры не нужна. Быть может, что шитвани и не так уж и не прав. Вот только ты-то, Дойл, что тут делаешь? Ты что, повстанец? Ты представитель полувымершей нации? Нет. Ты вроде как полицейский, представитель закона… Хотя… Дойл обернулся, посмотрев на вымерший город. Где-то там, в холодной черноте, на улицах остались лежать друзья. Остался Лейнер. Остались убитые чудовищами Ордена простые люди, всю жизнь жившие вдали от политических дрязг и войн. Осталось все то, во что он верил. Так какой тут теперь к долбанному дьяволу закон? Теперь каждый сам за себя. Враг моего врага — мой друг и если не ты убьешь, то убьют тебя.

Аль-Аххад вернулся назад, и на его смуглом и костистом лице, которое временами вырывали из мрака лучи фонарей, застыла неуверенность и какая-то потерянность.

— Мы согласны, Майкл, — сообщил он. — Что тут скрывать, иного выхода у нас нет. Перережем пуповину, что плодит этих гнид, может и получится что, а не сможем, так не сможем. Уже сейчас-то ловить нечего. Будут боги на нашей стороне, выживем — благодарны будем.

— Получится что? — не без ехидства переспросил Дойл. — Вы что, еще верите в победу?

— Смотри, что натворил тут Орден, Майкл. Если это попадет в СМИ, то тогда поднимется скандал. И все доверие к Хоссу и его координаторам будет подорвано. Не только среди власти, но что важно и среди местных. Ну а мы… мы готовы пойти ва-банк.

— Это как это?

— Не твое дело, коп. Ты уж прости, но доверия у меня к тебе пока немного. Я не спрашиваю тебя о твоих мотивах, вот и ты оставь в покое меня. У каждого из нас свой путь. До поры до времени, а там кто знает, вдруг тропки и пересекутся всерьез и надолго?

— Хорошо, — согласился Дойл. — Ну так что, едем? Я покажу дорогу.

— Я читал его мысли… — в голову влез беззвучный голос Айта. — Ничего особенного, но у них есть какая-то установка в ближайших горах. Может быть пси-поле, может быть что-то еще. Этот отряд ее отлаживал и готовил к работе.

Вот как… Дойл мысленно похвалил своего хвостатого спутника. Значит у «Луны» как был козырь в рукаве, так и остался. Любопытно, черт побери. Что они смастерили там такое, чем можно выиграть войну, даже имея под командованием всего полсотни бойцов? Даже неудобно у Айта просить копнуть поглубже… Вдруг Аль-Аххад почувствует пси-сканирование и поднимет бучу? С другой стороны, вон оно как понесло-то по ухабам. Того гляди он вскоре для этих ребят и своим в доску станет. В конце концов, на одно дело сейчас идут и у всех есть стимул выполнить работу до конца. У Майкла месть, а у этих вояк — надежда на какие-то перемены. Глупая, конечно, но да чем жизнь не шутит?

Марен Хосс выключил оптический информблок и отложил в сторону кристалл с данными. Значит, хваленую десантуру Тошимо развернули-таки на все сто восемьдесят градусов от подземного Оазиса. И сделали это не шитвани-биодроны. Сделала это биосфера планеты, показавшая людям новые, доселе невиданные образчики свой фауны и флоры. Тиадар, а если быть точнее то, что скрывалось в его недрах, четко давало понять, что необходимо разграничить сферы влияния. Люди могут оставаться на поверхности, а вот подземный мир принадлежит планете и никому более. Вторая сводка рассказывала об утилизации биодронов. Даже тут все шло не так гладко. Ноонное поле трясло, изнутри Тиадара понимались протуберанцы ноосферных бурь и один за другим переставали повиноваться биодроны даже с полностью исправными нейроконтроллерами. Коды на них не действовали, нервная система становилась автономной, словно кто-то дергал ее за ниточки и опять жертвы, жертвы, жертвы… Может быть, они что-то сделали нет так?

Хосс, был не из того сорта людей, которые боятся признаться себе в собственных ошибках. Если такового требовала необходимость, он мог и пересмотреть свои решения. Сейчас она назрела. Экспедиция Харвальда Рейза посланная в недра Тиадара слала отчет за отчетом. Поначалу все шло гладко, но потом начались проблемы. Вокруг временного лагеря менялась флора, растения били людей током и обливали органической кислотой. Их явно выдавливали оттуда, как гной из воспаленной ранки.

А что будет, если признать слова Грейт? Ведь своего Орден уже добился. Повстанцы на Тиадаре уничтожены, проект био-солдат идет полным ходом и по-хорошему, запоздалая реабилитация родительницы биодронов вреда не нанесет, тем более, что официальную позицию по ее словам Орден не озвучивал. Напротив, сделав такой шаг навстречу, можно будет попробовать работать с Мериен напрямую. Это сулит выгоды обеим сторонам, хотя Штайер и будет в ярости. Но в конце-концов, кто его будет спрашивать? Основная цель, ради которой Орден все еще тут — расшифровка генома шитвани и информационного поля ядра планеты. Вроде как прямого конфликта с интересами Мериен и ее паствы нет. Хотят сидеть в своих пещерах — пусть сидят. Вылезут, можно будет накрыть орбитальным ударом.

Не бойся быть непоследовательным. Таков ведь один из законов Ордена. Если дальнейшее выполнение программы может принести вред, то зачем тупо продолжать ее исполнять?

Остается Тошимо. Как он отреагирует на то, что орден вдруг сдает назад? Да никак не отреагирует. Он — генерал-губернатор, причем стал им благодаря Ордену и ему же лучше, если не придется рисковать жизнями своих бойцов в катакомбах Тиадара. Ну, может, поворчит для проформу и успокоится.

Марен откинулся на мягкую спинку кресла, разглядывая узоры на мраморном потолке. Шитвани — разумная форма жизни. Мы ее реплицировали, мы ее вырастили. Да, были неправы на начальных этапах, но последние исследования подтвердили правоту доктора Мериен Грейт. Примерно так он и скажет в обращении. Вину за бунт биодронов легко переложить на плечи покойного ныне Уолтера Далласа, чьи парни взорвали псионную станцию. Разумеется, никаких равных гражданских прав биодронам предоставлено не будет, зато им предложат уйти восвояси в их любимые пещеры. Опять же, если верить донесениям из Санвуда, где Чистилище успели очистить, хозяева биодронов вступались за них. Значит, подобный демарш будет большим плюсом в копилку лично самого Марена Хосса. Грейт будет реабилитирована по местному законодательству. Если ей что-то и инкриминировали на Терре, то пусть сами с ней и разбираются. По своему опыту Хосс знал, что ни одного инспектора с Марса на Тиадар и волоком не затащишь.

И все, не отвлекаться от этой мелочевки, не отвлекаться. Самое главное сейчас — информация из ядра планеты. За нее спишут все.

Най вертелся перед зеркальной стеной, разглядывая то, что в Сиген-Арате называлось одеждой. На деле, это были тонкие, невесомые пластины из серебристого материала, похожего на металл, но только более гибкого и упругого. Они были выполнены в виде замысловатых узоров, орнаментов и символов, которые едва мерцали по граням таким же светом, каким светились тусклые полоски на теле Ная. Элементы одежды, включавшие в себя браслеты, обручи, одевавшиеся на бедра и предплечья, нагрудные пластинки, всевозможные ободки и филигранно выточенные композиции из узоров, которые закрывали часть груди и верх спины, не просто одевались, они накрепко присасывались к меху, и не спадали даже при резких движениях. Как они умудрялись держаться на теле, Най не знал, да ему это было и не очень интересно. Ему нравилась общая стилистика узоров и то, как они подчеркивали все черты тела. Он приметил, что пластинки были разных цветов. Те из перерожденных, кто обладал светлым окрасом, носили черные, а те, кто был темно-серый или черный, одевали серебристое или золотое.

— Ну как? — стеклянная дверь отползла в сторону и в проем просунулась голова Рита.

— Да поудобнее терранской одежды. — оценил Най. — Не натирает нигде, и не жмет.

Когда Рит проводил его в небольшой дом, находившийся среди девственного леса, удивлению Ная не было предела. Перерожденные синдараи жили не только в хрустальном городе, они расселились и по поверхности внутренней стороны планеты на участке размером с Аббервил. Здесь уже был древний город, и первые возрожденные потратили много времен на его расчистку. Най вспомнил, как хотел увидеть строения своих предков и теперь мог всецело удовлетворить любопытство.