Чтение онлайн

Сидящие в машине подавленно молчали, чувствуя, как всё сильнее стынут ноги. "Надо выйти из машины и прыгать", - думал Протасов, но вялость и дрёма уже овладели им.

– - Да вы, что, спите, что-ли?
– - Услышал он сиплый голос Митяева, с усилием открывая глаза.
– Василь Васильич! Тут неподалеку заимка есть летнего скотного двора. Там и заночуем.

Митяев растолкал полусонного водителя:

– - Езжай за мной по полю, снег ветром выдуло, проедешь.

"УАЗ" загудел, медленно двинулся за шагавшим впереди Митяевым. В свете фар мельтешили снежинки. Вдруг лучи выхватили из тьмы приземистую избу, изгородь. Над крышей, сверкая искрами, клубился дым.

– - Нам повезло, здесь кто-то есть. Сейчас согреетесь, Василь Васильич, -- радуясь случаю ещё раз угодить начальству, постучал в дверь Митяев.

Её долго не открывали. Наверно, тот, кто растопил печь в этой заброшенной заимке, крепко спал. Митяев ещё постучал. Но вот дверь скрипуче отворилась, и на пороге показался человек. Настороженно посматривая и придерживая за спиной топор, глухо спросил:

– - Кто такие?

– - Заблудились... Переночевать надо. Охотники мы...

Звякнул брошенный на пол топор. Зажжённая свеча осветила моложавое худощавое лицо, короткие, торчащие на затылке волосы. Тонкие губы сжаты в презрительной ухмылке:

– - Где тут блудить-то? Тайга что ли непроходимая?

Облепленные снегом охотники, бряцая ружьями, ввалились в жарко натопленную избу. Форменные полушубки, погоны - первое, что бросилось в глаза незнакомцу. Он потянулся к топору, но продрогшие милиционеры обступили печку. Коротко глянув на Митяева, незнакомец безошибочно угадал в нём деревенского выпивоху, кивнул на дверь:

– - За дровишками сгоняем, братан?

У поленницы незнакомец небрежно спросил:

– - Тот важняк, который по гражданке влатанный, кто такой?

– - Начальник милиции...

– - Ишь ты, -- присвистнул незнакомец, набирая охапку дров.

Еремеев втащил в избу набитый снедью рюкзак, и на столе появились бутылки, банки, пакеты, свёртки, пачка чаю и баклажка со спиртом. Обилие припасов заставило обитателя заимки сглотнуть слюну.

– - Давай с нами за компанию, -- пригласил Еремеев.

– - Я недавно поужинал... Разве что из уважения к гостям, -- ответил незнакомец, присаживаясь к столу.
– - Спасибо, не пью. Язва, знаете ли, беспокоит, -- отказался незнакомец от выпивки, но под шум застолья незаметно ел много и долго. Насытившись, устроился у печки с дорогой сигаретой, взятой из пачки Еремеева, молча попыхивал дымком, не проявляя интереса к разговору приезжих. Их лица раскраснелись, языки развязались, и скоро ему стали известны все подробности прошедшей охоты.

– - Так он живой?
– - встрепенулся удивленно парень.
– - Замёрзнет ведь в машине...

– - С него всё равно шкуру снимать, -- рассмеялся Протасов.
– - Ладно, тащите его сюда, поквитаюсь с ним, -- пьяно куражился Протасов.

Митяев и шофёр, улюлюкая, внесли волка, с маху швырнули на пол.

– - Красавец! Жаль портить каминный коврик моему шефу, а то бы всю обойму разрядил в него, -- с трудом поднимая отяжелевшую голову, сказал Протасов. Разморенный жарой, он разделся до пояса. Кровь сочилась из-под тряпки. Не замечая спьяну, Протасов размазывал её по груди.

– - Предлагаю тост за храброго волчатника!
– - поднял кружку Еремеев.
– - Ловко вы его взяли, Василь Васильич!

– - Не таких брали! Ишь лежит, глазищами вертит. В капкан из-за него залез, до сих пор нога ноет... Ещё и цапнул, стервец... На, падло, получай!

В пустом животе зверя опять ёкнуло. В бессильной ярости волк мусолил палку. Бешеной злобой сверкали красные глаза. Дрожащее пламя свечи отражалось в них. Протасов замахнулся ударить ещё, но зашатался и загремел на табурет, подставленный Митяевым.

– - Дешёвое дело - лежачего бить да вдобавок связанного, -- сквозь сжатые зубы процедил парень. Он пошуровал в печке, и вспыхнувший огонь на миг осветил оскаленный рот.

Громыхнув пустыми бутылками, Протасов поднялся, соловело уставился на парня:

– - Ты кто т-такой?! Не твоего ума дело! Сейчас зарежу волчару... Будем пить волчью кровь!

Было что-то жуткое в этой ночной оргии при свече и мерцающих отблесках раскалённой печи. Окровавленный Протасов, жаждущий крови... Волк, готовый вцепиться ему в горло... Ухмылки парня, не сводящего глаз с кобуры Протасова...

Схватив нож, Протасов замахнулся, намереваясь всадить его в шею неподвижного волка. Цепкая рука сжала его запястье. Нож выпал. Протасов обернулся, дохнул перегаром:

– - Еремеев! Задержать... эту под-дозрительную личность!

Протасов упал на устланные соломой нары, раскинул руки и захрапел.

– - Разберёмся, Василь Васильич... Кто т-такой?
– - икнув, спросил, Еремеев.
– - Что-то морда твоя знакомая мне... А? Молчишь? Ну, ничего, завтра поедешь с нами в отдел... Там разберёмся...

– - В отдел так в отдел...
– - с холодным безразличием ответил парень.
– - Разберёмся, конечно... А сейчас ложитесь лучше спать, товарищ капитан.

– - Тамбовский волк тебе товарищ, а не барабинский, -- развязно скаламбурил Еремеев и растянулся рядом с усатым сержантом. На соседних нарах свистел носом Протасов. Три милиционера, сражённые усталостью и "Столичной", дружно похрапывали. Один Митяев ещё клевал носом над пустой кружкой. Он посмотрел на спящих и доверительно забормотал:

– - Ты только... это, никому! Понял? Видал твою фотку... В милиции под стеклом вставлена... Ну, там, где написано: "Их разыскивает милиция". Не-е, я молчок! Ша! Меня тут самого загрести хотят... Бабе внушение делал. Вот и стараюсь для Протасова. Замять обещает...

– - Замнёт, раз обещал, -- сказал парень и, приложив палец к губам, посмотрел на лежащих милиционеров. Кивнул на дверь.

– - Пойдём, потолкуем...

Митяев, шатаясь, шагнул за порог. За ним с сигаретой в зубах вышел незнакомец, тихо прикрыл за собой дверь. Зябко поёживаясь, он пристально всматривался в темноту ночи. Порывистый ветер жгуче швырялся колючим снегом, свистел в щелях ветхой крыши.