Чтение онлайн

Бахнуло так, что я кубарем полетел по полю, спотыкаясь и врезаясь в остатки башенного щита.

Сильно болела многострадальная левая рука, звенело в голове, но я понимал — оставаться на месте — верная смерть.

Вскочив на ноги, я убрал гладиус в Инвентарь и рванул вперёд, то и дело виляя из стороны в сторону.

Стрелы свистели мимо меня, изредка попадая то в грудь, то в тело, но, к моему счастью, ноги пока что оставались целы.

Я же, не обращая внимания на боль и слабость, рвался к лесу, забирая влево — встречаться лицом к лицу с лучником, который стреляет зачарованными стрелами, я не хотел.

Когда до леса оставалось буквально десять шагов, из кустов вылетела стрела и так ударила меня в грудь, будто это был молот.

Дыхание сбилось, а я кувыркнулся на землю, сбивая прицел остальным лучникам.

А в следующий момент достал из Инвентаря топор и, замахнувшись, с силой швырнул его в кусты.

Судя по глухому вскрику, я попал.

Это придало мне сил, и я рванул вперёд — прямо в эти кусты. И не просто побежал, что было сил, но ещё и заорал:

— Р-р-р-разорву!

Увы, но моя психологическая атака не сработала. Стрела вылетела слева от кустов и врезалась мне в левое плечо.

Больно, неприятно, но не смертельно!

С этими мыслями я влетел в лес.

В трёх шагах от меня, бледный как смерть лучник торопливо накладывал на тетиву последнюю стрелу.

Подлетев к нему, я ударил по луку клинком, и последняя стрела бессильно упала на землю.

— Не на… — начал было егерь, но меч уже летел ему в горло.

Убедившись, что лучник больше не жилец, я схватил его лук, сдёрнул с него маскхалат и, то и дело поглядывая по сторонам, проверил сапоги.

Они оказались большие.

— Да чтоб тебя! — ругнулся я.

Справа от меня находились два егеря, слева, возможно, кто-то ещё, поэтому я не придумал ничего лучше, чем… залезть на дерево.

Я был уверен, что егеря с лёгкостью прочитают мои следы, к тому же, будучи раненым, я далеко не убегу.

Всё, что мне оставалось — устроить засаду.

Я и сам не заметил, как оказался на нижней ветке сосны и, накинув на себя маскхалат, замер.

Стрела лежала на тетиве, а я молился про себя, чтобы сочащаяся из ран кровь, не капнула вниз.

Несколько минут ничего не происходило, а затем я увидел движение.

Наверное, не сиди я в пяти метрах над землёй, я бы их и не заметил, но сейчас егеря были у меня, что называется, как на ладони.

Их было двое, и они шли так, чтобы постоянно видеть друг друга. Правый, тот самый, чьи стрелы фонили магией, держался ближе к Тёмной поляне, а левый то и дело посматривал в глубину леса.

Я затаил дыхание.

Руки чесались выстрелить прямо сейчас, но я не был уверен в том, что попаду.

— Рональд, ты где? — неожиданно крикнул правый.

— Заткнись, Дик, — шикнул левый. — Рональд мёртв. Иначе бы он подал условный знак.

До сосны идти им оставалось шагов пять-шесть, и я аккуратно натянул тетиву.

— Откуда у него башенный щит, Дэнни? — проворчал правый, обходя кусты, из которых стрелял покойный Рональд.

— Оттуда же, откуда у тебя зачарованные стрелы, — процедил Дэнни. — А теперь заткнись, и…

— Я вижу тело! — перебил его Дик. — Под сосной!

— Неужели рванул в лес? — прошептал Дэнни. — Странно, сигнальная нить не сработала.

— Это Рональд, Дэнни! — воскликнул Дик. — Он вскрыл ему глотку! И снял егерский плащ!

— Не ори, Дик! — с раздражением прошипел Дэнни. — Я вижу! Если он снял плащ, возможно, этот ублюдок притаился где-то рядом. — Смотри по сторонам, а я попытаюсь прочитать следы.

— Если найдёшь его, то он мой, — заявил Дик, которого я взял на прицел. — Понял, Дэнни?

— Да-да, — отмахнулся егерь, подходя к убитому. — А теперь помолчи.

Дик открыл было рот, чтобы что-то сказать, но я отпустил тетиву, и стрела вонзилась ему грудь. Точнее не в грудь, а в районе ключицы.

— Хра… — захрипел Дик, а я, достав из Инвентаря второю стрелу, перевёл прицел на стоящего подо мной Дэнни.

Тот же, резко повернувшись и увидев упавшего на колени товарища, сообразил, откуда прилетела стрела, и, не целясь, выстрелил вверх.

Стрела пролетела в считанных сантиметрах от моей ноги, я дёрнулся от испуга, и мой ответный выстрел из-за этого ушёл в молоко.

В глазах егеря мелькнуло торжество — он явно считал, что в грядущей дуэли выйдет победителем, но я и не собирался играть по его правилам.

Он ещё доставал из колчана вторую стрелу, как я, шагнув вперёд, уже летел на него.

Дах!

Я приземлился ему на плечи и прямо-таки почувствовал, как Дэнни, ломаясь, словно трость, складывается пополам.

Я же, не удержав равновесия, упал набок, сломав до сих пор торчащую из плеча стрелу.

От прострелившей всё тело боли потемнело в глазах, но я, вооружившись ножом, навалился на егеря.

Хватило трёх ударов, чтобы он отдал Богу душу, и только тогда я позволил себе выдохнуть.

Влил в себя предпоследнюю склянку с исцеляющей водой, аккуратно вынул все стрелы и наскоро обработал раны. Проверил подвижность рук и ног и только после этого начал обшаривать карманы егерей.

От потери крови темнело в глазах, а ещё, кажется, я подвернул ногу.

Вся надежда была на Дика. Учитывая, сколько зачарованных стрел было у него в запасе, где-то вполне мог заваляться бутылёк с зельем исцеления…

Увы, но всё, что я нашёл — пять Огненных стрел и две Ледяных.

Маскхалаты, луки, ножи и стрелы отправились в инвентарь, а я, не сдержавшись, с чувством выругался.

Мало того что у них не оказалось зелья Исцеления, так ещё и сапоги вновь маломерили!

— Ну что за подстава… — прошептал я, доставая из инвентаря склянку с неизвестным мне зельем.

Увы, но другого шанса, учитывая полученные раны, у меня не было.

Открыв зелье, я его понюхал — пахло шишками и мятой — и, решившись, опрокинул его в рот.

Как говорится — или пан, или пропал.

Единственным моим ориентиром была сторона света, поэтому я старался бежать ровно на север.