Чтение онлайн

Глаза Лесоруба расширились. Он быстро снял свои рыжие саржевый брюки и встал рядом в синих фланелевых кальсонах.

– Бррр! Это холодная луна, – сказал он. – Я пойду за другой парой брюк, но не вздумай ничего выдумывать, пока я не вернусь! – Лесоруб поспешил к «Повелителю облаков», с которого все еще сыпались потоки пыли.

Стурм отвел Китиару в сторону.

– У нас проблема, – тихо сказал он. – Нам нужен металл, чтобы починить двигатель, а весь наш металлолом затерялся в озере пыли.

– Может быть, Румпель сможет найти еще немного на летающем кораблю, – сказала Китиара.

– Может быть, но я боюсь, что он не разрушит весь корабль в процессе. Нам нужно больше металла. – Он повернулся лицом к толпе гномов, которые были заняты осмотром штанов Лесоруба, словно это была находка всей их жизни. Время от времени гном поворачивал голову и чихал.

– Румпель? Не могли бы вы подойти сюда, пожалуйста? – спросил Стурм.

Гном поспешил к нему. Он остановился, вытащил носовой платок, испачканный жиром и химикатами, и громко высморкался.

– Да, Стурм?

– А сколько нужно металла, чтобы починить двигатель?

– Это зависит от того, какой тип выключателя я сделаю. Для двойного броска, поворотный столб…

– Минимальное количество, которое нам нужно, в любом случае!

Румпель пожевал губу и сказал:

– Тридцать фунтов меди или сорок фунтов железа. Медь, видите ли, легче обрабатывать, чем железо…

– Да, да, – поспешно ответила Китиара. – У нас нет сорока фунтов ничего, кроме бобов.

– Бобы не помогут, – предположил Румпель.

– Хорошо. Нам просто нужно найти немного металла. – Стурм огляделся. Высокие облака начали редеть, и сумерки, которые продолжались с момента их приземления, начали светлеть. Солнце, согревавшее Кринн, поднималось все выше в их небе. Приняв это направление за восточное (для удобства), они увидели далекую гряду холмов далеко на севере.

– Румпель, ты бы узнал железную руду, когда увидел ее? – спросил Стурм.

– Знаю ли я? Я знаю здесь каждую руду!

– Ты чувствуешь её запах?

Зародыш идеи Стурма передался гному, и он широко улыбнулся.

– Прекрасная мысль, мой друг. Достойно гнома!

Китиара хлопнула его по спине.

– Вот оно что, – сказала она. – Несколько дней в воздухе, и ты начинаешь думать, как Гном.

– Немного остроумия. Мы должны организовать экспедицию на эти холмы, чтобы посмотреть, есть ли там металл.

Румпель побежал к своим товарищам, чтобы поделиться новостями. Радостные возгласы разнеслись по пустой равнине. Лесоруб, спускавшийся по трапу с «Повелителя облаков», едва не упал, когда его товарищи бросились в атаку. Его отнесли вместе с ними в дом. Удары и грохот, которые всегда означали гномий энтузиазм, не заставили себя долго ждать.

Китиара покачала головой.

– А теперь посмотри, что ты наделал.

Первый спор начался из-за того, кто пойдет в поход, а кто останется на летающим кораблем.

– Всем туда нельзя, – сказал Стурм. – Той пищи и воды, что у нас есть, нам всем не хватит на долгий переход.

– Я о-останусь, – сказал Заика. – «Повелитель облаков» – это м-моя ответственность.

– Молодец. Кто останется с Заикой? – Гномы смотрели на пурпурное небо, на звезды, на свои башмаки – куда угодно, только не на Стурма. – Кто останется, тот и будет работать на корабле.

Вабик присвистнул в знак согласия. Услышав, это, Флэш сказал:

– Никто, кроме меня, не понимает, что такое бутылки с молниями. Я останусь.

– Я останусь, – предложил Погодник. – Я не очень разбираюсь в разведке.

– Я тоже, – сказал Лесоруб.

– Придержите лошадей, – возразила Китиара. – Вы не можете все остаться. Погодник, ты нам нужен. Мы будем на открытом месте, и если грозит шторм, мы хотим знать об этом заранее.

Гном ухмыльнулся и встал рядом с Китиарой. Он счастливо смотрел на нее, довольный, что кто-то нуждается в нем.

– Троих должно хватить, чтобы следить за кораблем, – сказал Стурм. – Остальные соберите свои вещи. Никто не должен брать с собой больше, чем он может унести на спине. – Все гномы энергично закивали в знак согласия. – После еды мы все немного поспим, а утром начнем.

– Когда наступит утро? – спросил Румпель.

Наводчик развернул треногу и закрепил подзорную трубу. Он изучал небо, ища знакомые звезды. После долгого изучения он объявил:

– Шестнадцать часов. А может, и больше. Трудно сказать. – Он захлопнул телескопическую трубу.

– Шестнадцать часов! – изумилась Китиара. – Почему так долго?

– Лунитари не находится в той же части небес, что и Кринн. Прямо сейчас над нами нависла тень нашего родного мира. Пока мы не уберемся отсюда, это все, что мы получим.

– Придется, – сказал Стурм. Слесарю, который, как самый молодой гном, постоянно дежурил на кухне, он сказал – А что тут есть съестного?

– Бобы, – ответил Слесарь. Вареные бобы, приправленные последним крошечным кусочком бекона, были обедом, и он обещал стать их завтраком тоже.

Стурм присел на корточки под навесом корпуса летающего корабля и съел свою миску бобов. Пока он ел, он пытался представить себе, что лежит за пылью и камнями. Небо было не черным, а пурпурным, на горизонте оно светлело до теплого бордового цвета. Все было окрашено в красные тона – грязь, камни; даже белые бобы казались смутно розовыми. «Неужели вся Лунитари такая же безжизненная?» – удивился он.

Китиара неторопливо подошла. Она сбросила свои тяжелые меха ради менее стеснительного наряда. Жакет до бедер и легинсы она сохранила, а меч повесила на левое плечо, как это часто делали Эрготцы. В таком положении он освобождал ноги для ходьбы

– Хорошо, а? – сказала она, опускаясь рядом со Стурмом.

– Бобы есть бобы, – ответил он, позволив им упасть с ложки обратно в миску. – Я ел и похуже.

– Так же, как и я. Во время осады Сильвамори, меню моих войск было сведено к супу из варёных ботинок и листья деревьев. А мы держали осаду.

– А каково было людям в городе? – спросил Стурм.

– Тысячи людей умерли от голода, – сказала она. Это воспоминание, казалось, не беспокоило ее. Стурм почувствовал, как бобы превратились в пасту у него во рту.