Чтение онлайн

– Кто является их хозяином. Ваше Величество?

– Голос в обелиске. Примерно в десяти милях от моего дворца стоит огромный каменный обелиск высотой в пятьсот футов. Он полый, и в нем обитает демон. Он говорит сладким голосом с Миконами, которые живут в норе под основанием. Демон никогда не выходит из своей башни, и я никогда не заходил туда, чтобы увидеть его.

– И эти Миконы захватили наш корабль? – спросил Стурм.

– Разве я этого не говорил? – Угрюмо ответил Рапальдо. – Две ночи назад мимо в темноте промаршировала стая хрустальных муравьев. Они снесли одну из наших стен, чтобы расчистить путь. Зло, говорю я вам, они обошли вокруг. Должно быть, они несли ваш корабль.

– Почему твои воины не выступили против них?

– Потому что они деревья, в конце концов! Когда солнце садится, они пускают корни там, где стоят, и кормятся всю ночь напролет. Только с наступлением дня они могут стряхнуть с себя грязь и ходить. – Рапальдо снова поднялся. Он бросил свирепый взгляд на Стурма. – Ваши манеры дерзки! Я больше не буду отвечать на ваши вопросы. – Резкость покинула его голос, и он добавил – Мы устали. Теперь вы можете покинуть нас. Если вы пойдете по коридору направо, то найдете комнаты, в которых можно спать.

Китиара и Стурм поклонились, гномы помахали, и группа вышла из зала для аудиенций. Впереди шел древочеловек.

– Что ты об этом думаешь? – спросила Китиара громким шепотом.

– Позже, – тихо ответил Стурм. Стены без крыши не были гарантией уединения.

В коридоре, о котором упоминал Рапальдо, они обнаружили несколько ниш. Некоторые были заполнены обломками погибшей «Тарволины», другие пустовали. Человек-дерево указал, что пустые ниши были их «комнатами», и удалился.

Гномы сбросили свои рюкзаки и принялись за работу, производя столько шума и суматохи, сколько могли произвести семь гномов. Стурм отвел Китиару в сторону.

– Боюсь, Его Величество немного не в себе, – прошептал Стурм.

– Он сумасшедший, как охотник за жуками.

– Да, это можно сказать и так. Но Кит, нам нужно, чтобы он отвел нас к этому обелиску, если это то место, куда гигантские муравьи забрали «Повелителя облаков». Так что нам придется потакать его королевской позе, чтобы сохранить его добрую волю, по крайней мере, пока мы не уедем.

– Я бы хотела хорошенько встряхнуть его, – сказала она. – Это то, что ему нужно.

– Подумай хорошенько, Кит. Вокруг, наверное, сотни древесных людей, и все они верны королю Рапальдо. Как мы можем убить дерево? Даже с твоей возросшей силой, все, что ты сделал, это отрезал кусок от одного из них.

– Ты прав, – сказала она. Ее лицо потемнело. – Я тебе еще кое-что скажу – под этими лохмотьями на нем кольчуга. Я слышала, как она звякнула, когда он сел. У людей есть две причины носить кольчугу – когда они знают, что на них нападут, или когда они думают, что на них нападут. Может, он и сумасшедший, но старый Рапальдо чего-то боится. Она постучала пальцем по груди Стурма. – Я говорю, что это мы.

– Почему мы?

– Потому что мы люди, и у нас есть свой металл, который, вероятно, пугает Лунитар до смерти. А главное, мы моложе, крупнее и сильнее Его Величества.

– Пусть он будет королем древесных людей, если хочет. Если Рапальдо чего и боится, так это таинственного демона обелиска. Есть какие-нибудь идеи по этому поводу?

– На этой сумасшедшей луне это может быть что угодно, но если Заика и другие с летающим кораблем у демона, ему лучше быть готовым вернуть их или столкнуться с боем!

Появился Слесарь с двумя дымящимися мисками.

– Ужин, – сказал гном. – Розовые копья и грибные жабры, приправленные пылью от пуховых шариков. – Слесарь передал миски и вернулся к своим коллегам.

Некоторое время они ели молча.

– Я думал о том, когда мы вернемся к Крин. – Сказал наконец Стурм.

– Оптимист, – сказала она. – О чем ты только думал?

– Если мои видения до сих пор были правдой, то первое, что я должен сделать, это отправиться в дом моих предков. Может быть, мой отец спрятал где-нибудь там свой меч. Возможно, он также оставил мне ключ к разгадке, куда он направлялся.

– А что, если ты не найдешь его меч или его самого? – Китиара лениво помешивала свой розовый суп. – Что же тогда?

– Я продолжу поиски, – сказал он.

– Как долго, Стурм? – Она поставила миску на землю между ног. – Навсегда? Разве ты не думал о какой-нибудь другой жизни, кроме своей семьи? Я никогда не осуждала тебя за то, что ты хочешь найти своего отца – это казалось мне достойным делом и великим приключением, но теперь я вижу, что дело не только в этом. Ты не собираешься восстанавливать только имя и состояние Светлого Меча; ты хочешь восстановить весь рыцарский орден. – Ее тон был насмешливым.

– Неужели это такая ужасная цель? – У Стурма похолодели руки. – Мир снова может использовать силу во благо.

– Мы живем в Новое время, Стурм! Рыцари ушли. Люди покинули их, потому что они не могли измениться, чтобы соответствовать меняющимся временам. Среди воинов появился новый кодекс: сила – это единственная истина.

– Значит, я должен отказаться от своих поисков? – Он пристально посмотрел на нее.

– Посмотри дальше, ладно? Ты хороший боец и умный. Подумай о том, что мы могли бы сделать вместе, ты и я. Если бы мы присоединились к правильному отряду наемников, через год мы были бы капитанами. Тогда слава и власть будут принадлежать нам.

– Я никогда не смогу так жить, Кит. – Стурм встал и перекинул через плечо пояс с мечом.

– Эй! – крикнула она в его удаляющуюся спину. Стурм пошел дальше по коридору. Жар ярости наполнил сердце Китиары. Это нахлынуло на нее, и она почувствовала непреодолимое желание разбить что-нибудь. Как он смеет быть таким праведным! Что он знает о мире, реальном мире? Сентиментальный, скучный, рыцарский вздор…

– Мэм? – Перед ней стоял Слесарь с котелком в руке. – С вами все в порядке?

Усиливающийся жар в ее конечностях быстро спал. Она, моргая, смотрел на гнома и, наконец, сказал:

– Да, чего ты хочешь?

– Вы стучали в стену, – сказал гном. – Я не знаю, что вы там делали. – Звездочки! Вы её раскололи!

Китиара увидела паутину трещин, расходящихся от неглубокого отверстия в мягком песчаном растворе. Костяшки пальцев были покрыты белой пылью. Она совсем не помнила, как ударила стену.

Рапальдо первый наблюдал, как члены его королевской гвардии застыли в неподвижности на месте. Их глаза и рты закрылись, не оставив и следа на ребристой коре. Глядя на них в таком виде, никто и представить себе не мог, что они могут ходить и разговаривать.