Чтение онлайн

Даже если мысль о том, что она осталась одна, причиняла боль. Его маленькая человечка не слишком хорошо справлялась с одиночеством и уж точно не любила находиться слишком далеко от него. Хотя он видел, как ее силы возвращаются волнами, он не был уверен, что она стала прежней, такой же, как до битвы.

Она увидела слишком много. И отчасти это была его вина.

Но теперь у него наконец появилось время вернуться к ней домой. Пусть даже посреди ночи.

Он старался не шуметь, пока не добрался до кровати, главным образом потому, что хотел сделать ей сюрприз, скользнув под одеяло. Осторожно приподняв ткань, он постарался впустить внутрь как можно меньше холодного воздуха. Если бы он только мог подобраться к ней чуть ближе, то прижал бы ее к своей груди. Она издаст тот сладкий тихий звук, который всегда издавала во сне, когда он появлялся рядом, а затем вздохнет так, что каждая частичка его существа сожмется от счастья.

Боги, как же он ее любил. Так сильно. И он не был уверен, как ей об этом сказать, или есть ли вообще способ сказать ей это так, чтобы она не подумала, будто он шутит или лжет. Ни один из них не должен был влюбиться друг в друга. Только не учитывая то, с чего они начали, кем они были, и все то, что привело их сюда.

Но он влюбился. Он любил те тихие звуки, которые она издавала во сне, мягкое выражение ее глаз, когда она смотрела на его народ, и ту абсолютную, дикую самоотдачу, с которой она бросалась в любое дело. Если она что-то задумывала, она это делала. Вот какой была его маленькая человечка.

Рагнар просунул руки под ее расслабленное тело и осторожно притянул к себе. Он просто хотел немного почувствовать ее. Потом он разбудит ее и расскажет обо всем, что должно было произойти. Но сначала он хотел насладиться ею.

Пока она сама охотно не перекатилась к нему и не раскинулась на его груди с совершенно не сонным видом.

— Знаешь, ты слишком большой, чтобы быть таким тихим.

— Ты должна спать.

— Я не могла уснуть. — Она потерлась головой о его грудь, устроившись на подушке из плотных мышц. — Ты был очень занят.

— Король не дает мне скучать. — Хотя он хотел бы быть где угодно, только не в замке. И, возможно… Возможно, она хотела это услышать. — Я бы предпочел быть здесь, с тобой. Знаешь, только это и помогает мне пережить день. Я представляю, как снова отведу тебя в светящуюся долину. Или, возможно, мы отправились бы в путешествие по твоим землям и разбили бы лагерь под звездами. Я ловил бы для тебя кроликов, прямо как в первый раз.

Она скривилась, что он почувствовал кожей.

— Никаких кроликов — спасибо.

— Тогда тебе понравился кролик, которого я дал.

— Потому что я умирала от голода. Я бы предпочла найти что-нибудь более аппетитное, чем очаровательное маленькое создание. — Но он чувствовал ее смех, даже когда она пыталась его скрыть. — Если только ты не настаиваешь на убийстве маленьких пушистых зверьков.

Рагнар взъерошил ее волосы и обнял чуть крепче.

— У меня нет абсолютно никакой потребности убивать пушистых зверьков, если ты не заинтересована в том, чтобы их есть.

— Вот и хорошо. Я подумала, что нам бы тут в любом случае не помешал питомец. Может быть, кошка? — Она приподнялась на его груди, упершись рукой в его ключицу. — Ты вообще знаешь, что такое кошка?

— Не знаю.

— О, не думаю, что они тебе понравятся. Но они забавные питомцы, и я бы не чувствовала себя так одиноко все время.

Он услышал слова, которые она не произнесла. Ей не было бы так одиноко, если бы у нее был питомец. И это разбило ему сердце. Он знал, что его часто не бывало рядом, но… Рагнар поймал локон, упавший ей на лицо, и заправил его за ухо.

— Если это сделает тебя счастливой, Майя, ты можешь завести всех устрашающих существ, каких только пожелаешь, и заполнить ими этот дом.

— Думаю, им нужен солнечный свет.

— Мы будем выносить их наверх, чтобы они были счастливы.

— Каждый день?

Он торжественно кивнул.

— Если таково бремя, которое я должен нести, то я буду выносить тебя и всех твоих странных подкидышей на солнце каждый день после полудня.

Это было самым настоящим признанием в любви, на какое он только был способен. Ради нее он сделал бы что угодно, лишь бы заставить ее улыбнуться.

Прямо как она улыбалась сейчас. Эта нелепая, сияющая ухмылка говорила о том, что она считает его глупым. Так и было. Он знал, что сказанные им слова были нелепыми и, возможно, немного влюбленными, но он все равно не мог их остановить.

Он так сильно влюбился в эту женщину, что это было почти неловко.

Она наблюдала за ним своими яркими зелеными глазами, тени играли на ее лице, словно любящая рука ласкала ее черты. Рагнар провел пальцами по этим теням, наблюдая, как его массивная рука скользит по ее лицу, словно он никогда раньше не видел ни того, ни другого.

— О чем ты думаешь? — спросила она.

— О мыслях, которые я однажды тебе расскажу, огневолосая. Но не сегодня.

Ее улыбка смягчилась.

— О тролльих делах?

— О тролльих делах. — И ведь именно поэтому он был здесь, верно? Он должен был поговорить с ней о плане короля, в котором ей отводилась важная роль.

Но он не хотел говорить с ней об этом. Он хотел существовать в этом пузыре, где были только они вдвоем и больше никого. Он хотел, чтобы она была «в порядке», как она постоянно настаивала, и чтобы она улыбалась ему вот так еще хотя бы немного.

Возможно, она знала его лучше, чем он думал. Потому что та улыбка, которую он так обожал, исчезла с ее лица.

— Что случилось?

— Ничего не случилось.

— Я знаю это выражение лица, Рагнар. Случилось что-то очень плохое, и ты не хочешь мне говорить.

Она слишком легко его читала. Нахмурившись, он попытался сделать вид, будто ничего не произошло.

— Ты слишком проницательная женщина. Разве ты не боялась меня еще совсем недавно? Тебе стоит соразмерить этот страх, прежде чем требовать больше моего внимания.

— Рагнар.

— Ладно, — пробормотал он. Но он не мог смотреть на нее, пока говорил об этом. Поэтому он откинул голову на подушку и уставился в потолок. — У короля есть план, и ты — его часть.

— План для чего?

— Чтобы укрепить нас против людей. И, вероятно, чтобы выяснить, что задумал ваш король. Хотя я сомневаюсь, что нам удастся сделать это успешно. Люди очень хорошо умеют скрывать свои действия, когда хотят сохранить подобную информацию в секрете.

Он позволил тишине повиснуть между ними, зная, что скоро она начнет задавать вопросы. Он не ошибся.